Скайт Уорнер
Шрифт:
Из своего бластера Ким Рислинг так и не сделал ни единого выстрела…
Сейчас от волнения спина и ладони бывшего специалиста по коммерческому менеджменту покрылись потом.
Рислинг видел, как большой, похожий на перевернутое ведро летательный аппарат пытается протаранить белый пикап с его друзьями. Ким понимал, что на такой высокой скорости, с какой летит флаер, у Грена Уэсли попросту нет времени изменить направление движения или затормозить.
Рислинг навел перекрестие прицела туда, где на борту белело пятно короны. Задержал дыхание, как его совсем недавно учил Алекс Кан, и нажал на спуск.
Из квадратного набалдашника вырвался ослепительный разряд, похожий на шаровую молнию, опоясанную пульсирующей паутиной энергетических нитей. Шар
Ким сразу взглянул на индикаторы мощности батареи винтовки. Из оранжевых они превратились в темно-коричневые. Система накачки энергии работала исправно. Через несколько секунд «Крошка Мэй» снова будет готова к очередному смертоносному поцелую.
Увидев яркую вспышку, Алекс Кан громко выругался. Черт бы побрал этого Кима с его винтовкой. Оружие как раз и было задумано для поражения панцирных механизмов. Сейчас от лендспидера останется лишь покореженный корпус, годный разве что для сдачи в металлолом. Тогда придется ждать еще очень долго. Когда вновь представится такой удобный случай захватить машину Этмонса?…
Пилоты катера на воздушной подушке, похоже, тоже заметили выстрел. В последний момент им удалось увернуться, заложив машину в глубокий вираж. Удар разряда пришелся лишь по касательной к округлой поверхности корпуса. Он выжег глубокую борозду и ушел в стену дома на противоположном конце улицы.
Раздался мощный взрыв. Стена с грохотом обвалилась, взметнув клубы пыли и осколки битого кирпича.
Грен Уэсли, прижатый почти вплотную к стене дома, едва сумел выправить штурвал. Над самой крышей его флаера пронесся ослепительный красный луч, и лендспидер, уже готовый раздавить их своей громадой, вдруг резко повернул в сторону. Но это не могло спасти положения. Пикап чиркнул крылом по стене, неуклюже завалился и зарылся носом в кучу мусора, которая несколько смягчила удар. Двигатель задымился. Через раскрытые двери наружу выскочили Моррис Грук, Джонс Десмонд, Дэвид Мэй и Алекс Кан. Последним горящий летательный аппарат покинул Грен. Он брел за своими друзьями, бормоча под нос проклятия, смысл которых сводился к тому, что не стоило сегодня брать в руки руль, если тебе на рукав сел жук.
Чтобы в свою очередь не оказаться протараненным бронированным корпусом вражеского лендспидера, Пол Хакинс резко бросил машину вверх. На какую-то секунду перед глазами Уорнера возникли поручни ограждения, плоская крыша, изуродованные, оплавленные прутья антенны. Скайт, не раздумывая, первым шагнул в дверной проем флаера и прыгнул На верхнюю площадку катера. Через мгновение за ним последовали Бородач Эд и Рэй Клод.
С трудом удерживаясь на ногах от порывов встречного ветра, Скайт с Эдом стали открывать крышку люка. В следующую секунду к ним присоединился и Рэй Клод. Пол Хакинс, который управлял «Дожем-Экстремалом», поставил машину на автопилот и, покинув кресло, готов был уже прыгнуть к своим товарищам. Как вдруг расстояние между флаером и катером увеличилось. Грен бросился обратно к рычагам управления, но словно из-под земли выросшая перед ним стена закрыла все своей громадой.
Прыгая в открытый люк лендспидера, Скайт успел заметить лишь ослепительную вспышку и клубы черного дыма с той стороны, где недавно находился их флаер. Синий флаер с нарисованными языками пламени на бортах чадно горел, завалившись на левый борт. Капот машины смялся в гармошку от сильного столкновения со стеной. Лобовое стекло пронизала сеть трещин, сквозь которые алыми ручейками просачивались струйки крови. Синяя краска плавилась и пузырями вскипала на охваченном огнем железном корпусе машины. Из объятого пламенем салона валил густой дым. Оказавшись внутри лендспидера, Скайт с Эдом разрядили свое оружие в двух роботов, сидевших в креслах пилотов. Один с разорвавшейся головой бесформенным кулем сполз на пол. Другому, пытавшемуся в тот момент подняться с кресла, выстрел попал прямо в грудь. Сила энергетического
разряда согнула робота пополам и отбросила к останкам первого.Подскочив к штурвалу управления, Рэй Клод потянул его на себя. Катер замедлил ход и остановился. Реактивные турбины нагнетателя постепенно замолкли, прекращая вращение. Машина опустилась на землю, и наступила полная тишина.
— Не всегда все идет хорошо с первой минуты, — произнес Рэй, — но, похоже, на этот раз нам повезло, пусть сожрут меня черви!
Скайт, Рэй и Бородач Эд снова поднялись на крышу лендспидера. Они увидели, как, переступая завалы из мусора, к машине осторожно идут Моррис Грук, Джонс Десмонд, Грен Уэсли и Дэвид Мэй. Позади всех, то и дело спотыкаясь, брел Ким Рислинг, тащивший на плече тяжелую винтовку. Скайт Уорнер и Рэй Клод вернулись в кабину. Нужно было извлечь из катера тела двух роботов и готовиться в дальний путь. Внезапно какой-то подозрительный шум в грузовом отсеке привлек их внимание. Там кто-то был.
Приготовив оружие, Рэй Клод резко распахнул дверь. В маленькой темной каюте на полу лежал связанный человек. Он что-то мычал и пытался освободить руки. Уорнеру в глаза сразу бросился ярко-салатный цвет его пиджака. На спине ткань разошлась по шву, и из прорехи торчали аккуратно завязанные тесемки синей манишки. Сомнений не было — на полу лендспидера лежал Дерк Улиткинс.
— Что-то, Скайт, ты не очень торопился меня освободить, — выплюнув кляп, недовольно проворчал Дерк.
Глава 17
Еще немного, и я откажусь от дела!
Шерлок Холмс
Вечерело. Огромный диск солнца клонился к линии горизонта. Казалось, багровое светило хочет поскорее исчезнуть, чтобы не видеть опустошенный войнами выжженный ландшафт когда-то плодородного края, превращенного милостью людей в голую, безжизненную пустыню. Лендспидер с белой имперской короной летел на полной скорости в направлении северо-запада планеты Моногхал к городу Дептор — месту, которое избрал своим логовом Этмонс. Катер на воздушной подушке милю за милей оставлял позади себя мертвую землю пустынной планеты. Он вез в своих бронированных недрах отважных смельчаков, приближая их к спасению или, кто знает, к верной гибели.
Люди Алекса Кана находились уже почти трое суток в пути с того момента, как покинули руины Бриджер-Джека, города, бывшего когда-то самым большим на планете.
За все время путешествия пейзаж вокруг лендспидера почти не менялся. Уничтоженную огнем и солнцем землю, растрескавшуюся без влаги, усеивали огромные валуны. Кругом валялись ржавые, искореженные остовы летательных аппаратов, обгоревшие, черные от копоти и сажи гигантские наземные боевые машины с выгоревшей защитной краской. Корпуса погибшей техники виднелись повсюду, словно какой-нибудь великан-младенец в беспорядке разбросал сломанные игрушки. Машины, навеки застывшие в своем последнем бою, словно памятники смерти и разрушения, одиноко стояли среди камней, смятого железа и каркасов разрушенных строений. Черные причудливые силуэты механизмов особенно четко выделялись на фоне вечернего неба, нагоняя тоску и уныние.
Растительности не было. Только однажды у чьих-то побелевших костей, среди камней и песка друзья заметили одинокий кроваво-алый цветок с большими бархатными лепестками. Одному богу известно, каким образом цветок отыскал в высохшей земле питательные вещества для жизни. Словно душа погибшего здесь солдата вместе с его кровью впиталась в песок и возродилась в этом загадочном растении, одиноко алеющем у обглоданных животными и отшлифованных ветрами белых костей.
Громко хлопая крыльями, невдалеке пролетела большая птица с изогнутым желтоватым клювом. Но, завидев катер, она постаралась поскорее убраться прочь. Уцелевшие звери и птицы за годы не прекращающихся на планете войн хорошо усвоили, что если видишь работающую машину — творение рук человеческих, то ничего хорошего не жди, а без промедления улепетывай, пока не началась стрельба и земля не задрожала от взрывов.