Северянка
Шрифт:
Еще одно обстоятельство осложняло спасение: рано утром мужики расставили рыболовные сети (не смотря на течение в этих местах хорошо ловилась рыба).
– Трезор… Рагнеда… Скорее… – Влас только и смог вымолвить. От быстрого бега его легкие, казалось, разорвутся, если он попытается сказать еще что-нибудь. Собакам не нужно было повторять дважды. Трезор побежал обратно, где братья рыбачили – там горел костер. Трезор прыгнул в огонь. Пламя так и взвилось высоко, а пес исчез. Выпрыгнул Трезор из горна кузни. Кузнецы за эти годы уже привыкли к неожиданному появлению княжьих собачек, хоть такое и нечасто случалось. Мужики как раз ковали что-то, когда из огня выскочил пес. Он вылетел неожиданно и малость напугал кузнецов. Да еще кое-что пораскидал-посшибал
Рагнеда была на тренировочном поле, отдыхала после тренировки. Светозара с ней не было – куда-то отошел. Увидав встревоженного питомца, девушка поняла: что– то случилось. Трезор перемахнул через забор, подбежал к хозяйке и вцепившись зубами ей в штанину, стал тянуть в сторону реки. Рагнеда провела ладонями по горящей щерсти зверя и собрала весь огонь и искры, скатав это все в огненный шарик, который подкинула вверх, а сама побежала за Трезором. Рукотворная миниатюрная шаровая молния понеслась за создательницей. Рагнеда махнула руками, словно птица, что готовится взлететь, и огненный шарик превратился в огромную огненную птицу.
Тем временем Влас прыгнул в реку чтобы помочь брату, который уже совсем ослаб. Ивар терпеть не мог купаться – после он чувствовал себя как выжатый лимон, силы словно покидали тело. Девица так и не очнулась. Вынырнул меньший княжич возле брата и они вместе стали пытаться плыть к берегу, преодолевая поток, который неумолимо нес их в сети. Рыбаки неважно закрепили один край снастей – его отцепило течением.
У ребят стало получаться подплывать к суше. Ивар в конец ослаб, так что Власу приходилось держать на плаву и незнакомку, и брата. Рагнеда подоспела вовремя – ее огненная птица развернулась над рекой и камнем упала вниз. Орел схватил Ивара за шиворот вместе с девицей, а вот Влас выскользнул из пылких объятий жар-птицы. Орел не успел поймать княжича – тот снова плюхнулся в воду. Нога парня запуталась в сети, а когда тот стал пытаться высвободиться, только хуже сделал. Он дергался как мушка, попавшаяся пауку, и еще больше заматывался в снасти. Влас тонул, лицо захлестывала вода, мешая вздохнуть.
– Вла-ас! – крикнула княжна. Она попыталась развернуть птицу и заставить орла нырнуть за братом. Но огонь и вода вещи несовместимые, орел погас очутившись в воде с головой. Вокруг тонущего княжича поднялись клубы пара.
Мимо проезжал какой-то молодец. Он направлялся в Лешеву Падь и увидел как огненный орел вытащил из реки парня и девушку, а еще один витязь ушел под воду. Незнакомец мигом спешился и побежал к реке. По дороге он вынул нож и взял его в зубы, а сам с разбега ринулся в клубы пара. Рагнеда не поняла кто это был, но сейчас ее волновало одно – как спасти брата. Пар начал рассеиваться, княжна немного успокоилась, когда заметила как незнакомец вытолкнул из-под воды Власа, чтобы парень смог вдохнуть воздуха. После оба снова ушли под воду. Молодец резал сети. Пока он с ними возился, оба выныривали сделать вдох пару раз. Рагнеде казалось, что прошла целая вечность, пока Власа спасали. Она пыталась удержать Ивара, который рвался Власу на помощь:
– Ты и так без сил! Куда собрался? Утонешь! – ругала его Рагнеда.
Ивар и вправду с ног валился. Он полз к воде на четвереньках. Но когда увидал что Власу помогают, угомонился и совсем распластался на траве.
Незнакомец помогал Власу когда оба выходили на берег – поддерживал княжича. Как только они оказались на мягкой травке, оба повалились на земь, тяжело дышали. Рагнеда подскочила к ним.
– Влас, как ты? – спросила она в беспокойстве.
У Власа не было сил даже говорить. Он кивнул сестре, мол, нормально. Рагнеда только сейчас обратила внимание на незнакомца:
– Вольга?
– У вас каждый день так весело? – спросил молодец, поднимаясь на ноги.
– Тебя только к осени ждали, –
только и сказала Рагнеда.– Я что, не вовремя? – удивился Вольга. Он надеялся на простое «спасибо», а услышал другое.
– Ты не представляешь как вовремя, – отозвался Ивар.
– Вас как так угораздило? – Вольга не понимал как дошло до такого.
Рагнеда осмотрела девицу:
– Живая. Только ее нужно скорее в селение отвезти – ей помощь нужна. На ней живого места нет, вся в синяках.
Вольга накинул на утопленницу свой плащ, который снял с седла подошедшего коня. Арину с Иваром посадили на скакуна и пошли в селение. Вольга вел под уздцы своего вороного, а Влас с Рагнедой шли по обе стороны от друга, которого давно не видели. Княжич рассказывал как все случилось.
В Лешевой Пади обрадовались приезду Вольги. Истопили баню (первыми отправили туда молодцев, чтоб не простыли). Вечером всем селением устроили пир, веселились до полночи. Вольга все не сводил глаз с Рагнеды. На реке он внимания не обратил на девушку – не до этого было, а вот теперь присмотрелся. Похорошела княжна за то время, что он ее не видел: лицом милее и краше стала, фигурка очертилась, хоть и носила девица не сарафан, а штаны да рубаху; длинные русые косы были распущены и струились мягкими волнами вдоль спины ниже пояса. Глаза ее и в отсветах костров были ярко-голубыми, а веснушек с наступлением лета прибавилось. Раньше, когда они были детьми, Вольга часто дразнил и обижал Рагнеду, за что получал от нее тумаков. Теперь же, когда они повзрослели, Вольга пересмотрел свое отношение к княжне. Но Рагнеда и не взглянула в его сторону, хотя другие девушки пытались привлечь его внимание (что очень забавляло Вольгу).
Рагнеда все время держалась рядом с Светозаром. Ей любо было смотреть на него, проводить с ним побольше времени. Все чаще она себя ловила на мысли, что относится к нему не как к учителю, и даже немного ревнует к девицам. Княжна тонула в его темно-синих глазах, когда он смотрел на нее, объясняя что-нибудь. Но Рагнеда боялась себе признаться в этом и гнала подобные чувства прочь, но при этом старалась чтобы у эльфа не было свободного времени на всякие «глупости» с девками.
– Расскажи-ка, Вольга, чего нового в Киеве? – спросил Ярослав.
– Не знаю, я там в последний раз год назад был. Говорят, вера новая с Византии идет – православие называется.
– И чему же эта вера учит?
– Что Бог един. Что Бог есть любовь, он в каждом из нас. Любой может найти к нему путь, если пожелает.
– И что князь киевский? – спросил Белояр.
– Вроде как нравится ему. Даже подумывал креститься – принять все эти учения.
– Чем же ему наши боги не угодили? – не понимал Ярослав.
Вольга лишь плечами пожал. Он снова посмотрел на Рагнеду – она стояла в стороне с подругой, которая была чем-то расстроена.
– Злата, что я могу сделать? Разговаривай с ним сама, – говорила княжна.
– Я не знаю как подойти к нему… – зеленые глаза этой хорошенькой златовласки наполнились слезами отчаяния.
К ним подошел Светозар. Злата лишь глянула на него с грустью, повернулась и ушла.
– Что это с ней? – удивился эльф.
– Потом скажу, – Рагнеде было жаль подругу. Но как только она увидела непонимающее лицо Светозара, в чьих глазах читалось сочувствие Злате, тут же внутри княжны заворочался зверь.
– Ее кто-то обидел? – не унимался эльф.
– Да нет, – рыкнула Рагнеда.
– Странная она какая-то. Как я мимо прохожу, убегает.
– Нравишься ты ей, – чуть ли не прошипела Рагнеда. – Только как сказать тебе не знает, помочь просила. Разбирайтесь сами, я вам не сваха, – княжна поняла одно – если сейчас не уйдет от Светозара, то нахамит ему. Она пошла к столу, оставив эльфа в недоумении.
«Чего так злиться?» – не понял Светозар. Он стоял и смотрел попеременно то в сторону, где только что скрылась из вида Злата, то в след удаляющейся Рагнеде. Княжна злилась и на подругу и на учителя.