Чтение онлайн

Дагбашев был близок к обмороку от страха. Ему вспомнилась ночь, когда он на окраине города встретился с Зюльматом. Глаза бандита были полны злобы и горели, а он, Дагбашев, колебля своим дыханием листы кустов, в которых они стояли, шептал: "Гашем говорит, Заманов не должен жить... Пусть Сейфулла умрет..."

– Товарищ Дагбашев, прокурор, ты что тянешь? Начинай следствие!
– приказал Субханвердизаде.

– Послушай, Гашем, какое следствие?..

Субханвердизаде обернулся к Хангельдиеву:

– У нашего прокурора большой опыт работы... Действительно,

какое тут может быть следствие?

Хангельдиев покачал головой:

– А все-таки нужно провести следствие, уважаемый товарищ Дагбашев, сказал он.
– Я, как начальник милиции, свидетельствую, что у нас подобного еще не бывало...

Субханвердизаде оборвал его:

– Дело абсолютно ясное, к чему тут следствие? Мне кажется, товарищ начальник, прокурору виднее.

Неожиданно Дагбашев вскочил с постели раненого, тяжело опустился на стоящий рядом стул, закрыл лицо руками:

– Ах, Гашем, Гашем!..

Сердце Субханвердизаде обмерло. Он испугался, что Дагбашев сейчас покается, расскажет всю правду. Встал, положил руку на лоб прокурора, начал слегка массировать его, другой рукой незаметно сжал горло Дагбашева, нагнулся к его уху, зашептал:

– Опомнись... Опомнись, болван... Думаешь, выиграешь?.. Думаешь, выиграешь?.. Сукин сын...
– Он поднял голову, взглянул на Хангельдиева, громко сказал: - Враги пытаются перестрелять нас по одному отравленными пулями, хотят уничтожить нас всех!.. Можно ли ждать, можно ли бездействовать?! Сейчас не время скорбеть, не время проливать слезы!..
– Он вдруг бросился к Ярмамеду, схватил его за ворот рубахи, пронзительно закричал с издевкой в голосе: - Так откуда, говоришь, стреляли?

– Оттуда, из окна, - ответил Ярмамед как ни в чем не бывало и отвел руку Субханвердизаде.

– Кто стрелял оттуда?!

– Враг!.. Мой враг!.. Мой наипервейший кровник!.. Я ведь все рассказал вам!..

Субханвердизаде презрительно усмехнулся:

– Говори, ты стрелял, кулак?.. Лучше сознавайся!.. Мы все знаем, нам все известно!..

– Мне не в чем сознаваться...

Субханвердизаде с минуту пристально смотрел в глаза Ярмамеда:

– А если это ты?! Ведь ты настоящий бандит!.. Посмотрите на него, товарищи!.. Разве он не похож на бандита?! Громила!.. Бандит!.. Убийца!..

– Я?!

– Да, ты!..

Ярмамед бросился к своей винтовке, которая стояла в углу. Закричал:

– Я -бандит?! Я -бандит?! Я -убийца?! Да я сейчас!.. Эту винтовку мне дали в ГПУ!...

Гашем Субханвердизаде моментально выхватил из кобуры наган, картинно вскинул руку, прицелился в голову Ярмамеда, приказал:

– Стой, бандит, ни с места!.. Не шевелись!.. Ах ты, убийца, прирожденный бандит!.. Ах ты, классовый враг!.. Не шевелись! Или...

Хангельдиев тоже выхватил револьвер, приставил к виску Ярмамеда, сказал:

– Ты, вражина, не шевелись, говорят тебе!.. Руки вверх!.. Подними руки!..

– Заманов был моим гостем!
– воскликнул Ярмамед.
– Или вы не знаете нашего обычая?!

Люди во дворе зашумели. Гейчек начала царапать ногтями свое лицо, завопила:

– Люди!.. Они хотят свалить эту кровь на

Ярмамеда!.. Спаси нас аллах! Это клевета!.. Это клевета!..

Кто-то в толпе захихикал. Раздались голоса:

– Эта яловая кобылица за одну ночь принесла в жертву дьяволу двух мужчин.

– И это еще не все... Из-за нее прольется еще много крови! Она дьявольское отродье!

– Уже есть - двое из сорока. А тридцать восемь еще впереди! Она - не женщина!.. Она - кровь!..

Тем временем Хангельдиев обыскал Ярмамеда, приказал своим милиционерам:

– Уведите арестованного.

Ярмамед начал буйствовать. Пять человек едва справились с ним. Связали ему руки.

Субханвердизаде распорядился:

– Возьмите его винтовку. Вон стоит, в углу... Вещественное доказательство...

Заманов простонал:

– Отпустите его... Отпустите его... Он ни в чем не виноват... Он не враг... Враг другой... отпустите Ярмамеда...

Субханвердизаде, стараясь заглушить его голос, приказал Дагбашеву:

– Это надо оформить!.. Тебе все-таки придется провести следствие.
– Он сделал шаг к постели Заманова, нагнулся, произнес ласково: - Дорогой Сейфулла, дружище. Успокойся, мы схватили преступника... Ты слышишь, дорогой товарищ?..

– Он ни в чем не виноват...
– Заманов начал бредить: - Товарищ Демиров!.. Пусть партия разберется!.. Субханвердизаде громко твердил:

– Не беспокойся, не беспокойся, дорогой!.. Мы схватили преступника!..
– Он посмотрел на Хангельдиева, добавил: - Ты слышишь, товарищ начальник? Он благодарит нас, говорит, что мы правильно отгадали, кто преступник...

Люди в комнате посторонились, дали дорогу фельдшеру. Субханвердизаде, подойдя к старику, кивнул на Дагбашева:

– Сначала оживите мне вот этого молодца, джигита, сына гор... Ему плохо... Кровь увидел... Есть у вас что-нибудь успокаивающее, скажем, бром?

– Есть и бром, - ответил фельдшер, порылся в сумке, достал оттуда пузырек с темной жидкостью, протянул Субханвер-дизаде: - Вот, пусть выпьет одну столовую ложку.

Старик, подойдя к раненому, откинул одеяло. Все увидели, что кровь, просочившись сквозь тюфяк, капает на пол. Рыжебородый фельдшер, недовольно ворча, принялся срезать ножницами тряпки, которыми была перевязана грудь Заманова, и кидать их на пол. В лице Заманова не было ни кровинки. Он лежал с закрытыми глазами, несвязно бормотал:

– Товарищи... Он же не преступник... Товарищ Демиров... Пусть партия разберется!..

Субханвердизаде, обшарив полки, нашел наконец ложку, наполнил ее бромом, вылил в рот Дагбашева.

– Пей, красавец, - приговаривал он, - пей, джигит, дитя гор!.. Пей да поскорей приходи в себя. Может, тогда ты начнешь следствие...
– Нагнувшись к уху Дагбашева, зашептал: - Ты же знаешь, что надо делать... Забыл?.. Все произошло из-за женщины... Ясно тебе?.. Будь он сам пророк, он не смог бы устоять перед такой аппетитной бабенкой... Ты понял?
– Схватил Дагбашева за плечи, встряхнул: - Эх, милый, подвело тебя сердце, однако делать нечего!.. Прокурор обязан быть острым, как меч.

– Гашем, но ведь...