Чтение онлайн

Так оно и было. Хэвит остановился. «Дела плохи,— сказал он сам себе.— Как и коридор, каюта стала уже».

Хэвит пытался как-то объяснить происходящее, но в физике он был дилетантом. И изменения внутренних размеров казались не таким уж чудом, если вспомнить, как вел себя сам звездолет, игнорировавший все законы сопротивления и тяготения.

Хэвит перестал строить предположения. «Бесполезная трата времени! Я должен действовать!» — подумал он.

Отлично понимая, что нужно действовать быстро, он мягко развернулся, включил передачу и проехал вперед, через дверной проем.

В прихожей капитанских апартаментов было пусто. Здесь не предусматривалась мебель. Обставлены были остальные помещения. Хэвит направился в спальню. Дверь туда была

закрыта, но он открыл ее, толкнув носом капсулы. Хэвит проник в помещение с некоторым смущением; у него были обычные человеческие понятия о вторжении посторонних людей в спальню. В каюте стояла противоперегрузочная койка, справа возле нее лежала женщина, прикрытая тонкой простыней так, что он видел только часть ее руки, плечо и голову, повернутую в сторону от него. Хэвиту вид женщины показался вполне нормальным. Еще раз внимательно посмотрев в ту же сторону, он заметил мужчину, лежащего в совершенно неестественной позе, словно сброшенного внезапной остановкой или неожиданным стартом. Часть его тела выглядела плоской, а другая нормальной. Хэвит объехал вокруг кровати, чтобы посмотреть на свою находку с другой стороны, голова и тело мужчины выглядели словно карикатура на человеческое существо — таким можно увидеть человека в плохом фильме ужасов. Тем не менее, не было ни крови, ни каких-то иных физиологических повреждений.

Хэвит больше не смог смотреть на этих людей. Конечно, он не обнаружил сходства мужчины с капитаном Джоном Стрейнжбери, который командовал кораблем, когда шесть лет назад «Надежда Человечества» стартовала с Земли.

Хэвит окончательно запутался. Все, что он видел, было абсолютно невероятно!

Хэвит направился к выходу из апартаментов капитана. В голове его не осталось никаких мыслей, но он все-таки помедлил, заглянув в другую комнату. Там находилось три койки, и в каждой из них было по молодой женщине. Даже накрывающие их белые простыни не могли скрыть чудовищно искаженных пропорций их тел. Хэвит, дрожа, попятился назад. Зрелище ужасало его...

Когда Хэвит снова оказался в коридоре, он собрал всю свою волю, пытаясь сознательно воспринять окружающую обстановку. Он покатил по коридору, стараясь зафиксировать в памяти все увиденное. Он заглядывал в помещения, предназначенные для офицеров и ученых корабля. Почти во всех каютах были люди, но почему-то одни только женщины и иногда — дети.

Наконец Хэвит набрался смелости и сбросил простыню с одного из обитателей корабля, мальчика-подростка.

Тело так же было деформировано, но аккуратно зафиксировано в лежачем положении с помощью страховочных ремней.

Хэвит двинулся дальше, заглядывая во все каюты. Только женщины, дети и подростки. Но где же все мужчины?

Он нашел всего трех парней лет по восемнадцать в каютах, расположенных во втором коридоре, рядом с каютой капитана. Они также находились в койках и представляли собой изумительный набор уродов. Когда Хэвит поднял простыню у первого юноши, то увидел тело тонкое, как палка, и невероятно худое. Второй выглядел просто калекой-карликом. Третий был плоским, словно бесплотный силуэт.

Исключая тех трех юношей, Хэвит не нашел других мужчин, пока не попал в большое, похожее на дешевую гостиницу, помещение на нижних палубах. Здесь, в маленьких спальнях, которые предварялись большим общим отсеком, он обнаружил, несколько сотен мужчин. Зато тут не было ни одной женщины, что явилось для Хэвита очередной неразрешимой загадкой. Он не мог понять, почему все мужчины находятся здесь, внизу, а все женщины и дети — на верхних палубах.

Хэвит ошалел от увиденного. Пока он двигался к машинному отделению, до его сознания дошло, что на корабле есть мужчины, женщины и дети всех возрастов, но никого из них он не знает. Он, который изучал досье всех офицеров, колонистов, техников, ученых, женщин, — сейчас не смог узнать никого.

Хэвит спустился в машинное отделение. Бросив первый взгляд на приборную панель, он пришел в изумление.

Реактор был запущен на полную мощность, и мощность

эта далеко перекрывала все расчетные параметры. Преобразователь энергии тоже выдавал чудовищные показания. Если верить приборам, то корабль сейчас пронзал пространство с ускорением в сотни g.

Взгляд Хэвита сместился к показателю скорости. Его пробила дрожь.

Цифры были совершенно невероятные: 198700 миль в секунду, выходило так, что звездолет двигался с относительной скоростью, ПРЕВОСХОДЯЩЕЙ скорость света! И продолжал ускоряться.

«Боже мой! — подумал Хэвит. — Этого не может быть!»

Он еще раз поглядел на дисплей с полетными характеристиками и внезапно осознал свою ошибку.

Звездолет не разгонялся. ОН ТОРМОЗИЛ!

Совещание Управления космических сил Запада началось на следующий день после возвращения Хэвита на планету.

Аварийная команда прекратила работу. «Надежда Человечества» неторопливо двигалась прочь от Земли. Ее сопровождал сторожевой эсминец космических сил.

Нынешнее совещание было посвящено результатам изучения корабля и дальнейшим шагам землян в отношении странной находки.

Собравшиеся заслушали отчеты всех побывавших на звездолете, в том числе и отчет его номинального владельца — Эвирайла Хэвита.

Несмотря на то что на совещании присутствовали самые блестящие ученые Запада, ничего определенного они сказать не могли. Кроме одного из них, астрофизика Питера Линдена, высказавшего любопытную гипотезу о «двуслойном времени».

Высказывались разные предложения. От — «немедленно уничтожить» звездолет до «предоставить самому себе».

— Вы, Хэвит, засунули в это опасное дело голову одним из первых! — заявил председатель совещания, возглавляющий Совет директоров НАСА. — Что скажете вы?

— Скажу, что мы столкнулись с одним из интереснейших явлений, — заявил Хэвит. — Было бы глупо уничтожить это явление только потому, что мы его не понимаем. Кроме того, я вовсе не уверен, что мы можем его уничтожить. Не забывайте: никто еще не опроверг гипотезы Джона Стрейнжбери о том, что наше Солнце относится к классу пульсирующих звезд. А «Надежда Человечества» была создана именно потому, что, согласно этой гипотезе, нашей планете угрожает серьезная опасность, и эту угрозу еще никто не отменял, дамы и господа!

— Что ж, — произнес председатель. — Я склонен согласиться со сказанным. И хочу поздравить мистера Хэвита, поскольку именно благодаря его инициативе мы увидели феномены, которые способны перевернуть наши представления о вселенной.

На этой стадии событий, — продолжал он, — мы в первую очередь должны беспокоиться не о том, как это произошло, хотя размышления об этом тоже не помешают, а о последствиях наших открытий. Мистер Хэвит видел, как приборы показывали значение относительной скорости корабля, превосходящее скорость света. Возможно, как это предположил доктор Линден, при достижении такой скорости корабль находится и перед нашими глазами, и в то же время в условиях открытого космоса. Я предполагаю, что корабль путешествует с более чем световой скоростью в своей собственной зоне существования — во времени ли, параллельном нашему, или в иной среде, но у него «другие» минуты, секунды. Конечно, дальнейшее осмысление происшедшего необходимо, но я предлагаю с этим подождать. Настало время практических решений. Я предлагаю следующее: попытаться установить контакт с экипажем звездолета. Для этого копии тщательно продуманного письма должны быть вложены в руки различных руководителей служб корабля, чтобы они, если они способны воспринимать наше пространство в той же степени, что и мы — их пространство, смогли прочитать это послание. В письме следует описать сложившиеся обстоятельства и дать определенные указания. В частности, сделать попытку, связаться с нами. Например с кем-то, кто рискнет остаться на звездолете.