Рассказы
Шрифт:
Развязка наступила спустя полтора месяца. (Он действительно вынужден был задержаться на полтора месяца — даже дольше. Ему пришлось призвать на помощь все свое воображение, чтобы найти себе в Нью-Йорке кучу неотложных дел в области торговли недвижимостью, которыми и объяснялось затянувшееся пребывание в доме Алистер. А по истечении шести недель он стал в этом доме своим, и нужда в подобных увертках сама собой отпала.) Для того чтобы облегчить общение с Крошкой, Алек изобрел специальный код, объяснив женщинам: «Посмотрите на бедного пса. Сидит он, как муха на стене, все слышит и все понимает, а сказать ничего не может. Представляете, каково
Наконец Алек изобрел довольно простую систему. Для начала он вырезал из дерева три фигурки — квадрат, круг и треугольник. Круг означал утверждение, квадрат — отрицание; выбором треугольника Крошка просил повторить вопрос или сменить тему. Оказалось, что с помощью всего трех фигур пес может передавать или принимать уйму информации. Происходило это следующим образом: как только определялась тема очередного занятия. Крошка усаживался между кругом и квадратом, чтобы одним поворотом головы отвечать «да» или «нет». С тяжкими изнуряющими беседами с бесконечными повторами и смысловыми тупиками было покончено.
Отныне разговоры протекали примерно так:
— Крошка, можно задать тебе вопрос? Надеюсь, он не покажется тебе чересчур личным. Ты разрешишь? — Это был, конечно, Алек, всегда предельно вежливый с собаками, ибо признавал за ними врожденную гордость.
«Да», — отвечал Крошка, мотнув головой в сторону круга — Скажи, правда ли, что ты, собака, — лишь посредник в нашем разговоре?
Крошка тянулся в сторону треугольника. «Нет».
— Хочешь сменить тему?
После некоторого замешательства Крошка все-таки возвращался к квадрату. «Нет».
В разговор вмешивалась Алистер:
— Он явно чего-то хочет попросить, прежде чем продолжит разговор. Это так, Крошка?
«Да». Миссис Форсайт:
— Он уже пообедал и не курит. Остается одно — он просит нас сохранить тайну.
«Да».
— Отлично. Нет, Алек, ты все-таки молодчина, — сказала Алистер. — Мама, перестань же хихикать. Я только хотела…
— Ты уже все сказала, дочка. Больших разъяснений мужчинам и не требуется.
— Благодарю вас, мэм, — серьезно сказал Алек, и в глазах его загорелись знакомые искорки. Затем он снова обратился к псу. — Hу, так кто же ты, Крошка? Суперпес?
«Нет».
— А кто?.. Нет, на это он не ответит. Хорошо, пойдем другим путем. Деббил рассказал правду?
«Да».
— Так! — все возбужденно переглянулись. — И где же оно, это… чудовище? Осталось на Сан-Круа?
— Нет».
— Здесь?
«Да».
— Ты хочешь сказать — в этой комнате, в доме?
«Нет».
— Где-то поблизости?
«Да».
— Как же нам узнать, где оно — не перебирать же все по порядку? задумался Алек.
— Придумала! — воскликнула миссис Форсайт. — Судя по рассказу Деббила, эта «субмарина» была немаленькой.
— Совершенно верно, мэм.
— Отлично. Крошка, а его… это, корабль… он тоже находится поблизости? «Да». Миссис Форсайт развела руками.
— Теперь все ясно. Поблизости есть только одно место, где может спрятаться махина таких размеров. — И она торжествующе указала на западную стену дома.
— Река! —
догадалась и Алистер. — Верно, Крошка?«Да».
Подтвердив это. Крошка тут же подошел к треугольнику.
— Подожди, — сказал Алек. — Прости, ради Бога, Крошка. Если можно, еще один вопрос. Вскоре после того, как ты перебрался в Нью-Йорк, случилась эта история с компасами, вдруг указавшими на запад. Это было как-то связано с его кораблем?
«Да».
— Он двигался во воде? «Нет».
— Это уж чистой воды научная фантастика! — заявила Алистер. — Алек, в ваших тропиках водится, научная фантастика?
— Встречается, мисс Алистер, но не так, чтобы часто. Однако и я кое-что успел прочесть, и космический корабль вполне заменил мне в детстве Сказки Матушки Гусыни. Правда, я не встречал ничего похожего на наш случай. Во всех читанных мной рассказах космические чудовища прилетали на Землю с единственной целью — убивать и завоевывать. А наш гость, мне кажется, — почему, впрочем, не знаю, — совсем не из той компании. Он излучает какую-то доброту.
— Даже я это ощущаю, — задумчиво произнесла миссис Форсайт. — Мне все время кажется, что вокруг нас витает какое-то защитное облако. Ты чувствуешь, Алистер?
— И давно, — убежденно ответила дочь. Она бросила долгий взгляд на дога. Непонятно только, почему он… оно не желает нам показаться. Почему оно общается с нами лишь с моей помощью? И почему именно я?
— Думаю, главное обстоятельство — ваше тесное знакомство с металлургией. А вот почему оно ни разу не показалось, не знаю. Видимо, у него есть веские причины.
Так день за днем по крупице они добывали и передавали чудовищу информацию. Многое еще оставалось тайной, но, как ни странно, необходимости в перекрестных допросах Кротки больше не возникало. В их общении воцарилась, наконец, атмосфера доверия и доброжелательства, и задавать вопросы казалось не только излишне, но и нетактично.
День сменял день, неделя неделю, и в умелых руках Алека стал обретать форму некий чертеж. На вид это была отливка, причем несложная, однако внутри оказались переборки и камера. Судя по всему, в последней должен был находиться графитовый стержень. Никаких других отверстий, кроме того, что служил для ввода стержня, в камере предусмотрено не было; сам же стержень предполагался вращающимся, хотя что должно было приводить его в движение, вызывало жаркие споры.
— К чему здесь переборки? — вздыхала Алистер, взлохмачивая свои огненные волосы. — А графит? И при чем здесь вольфрам, скажите на милость?
Алек долго изучал чертеж и вдруг стукнул себя по лбу.
— Кротка! Каков уровень радиации в камере? Там горячо?
«Да».
— Вот в чем дело, — удовлетворенно произнес Алек. — Вольфрам нужен как защита от излучения. А отливка — для обеспечения надежной изоляции. Переборки превращают прибор в разрезе — в меандр. Видишь на стержне диски между перегородками?
— Да, но отверстие-то единственное… Не понимаю, как мы сможем отлить такое сооружение из вольфрама! Может, для чудовища это плевое дело, но не для нас! Правда, можно подыскать нужный флюс и достичь достаточной мощности, но надеяться на это просто глупо. Никто сейчас не умеет отливать вольфрам.
— И никто не строит космических кораблей. Но ведь должен быть какой-то выход!
— Не при наших возможностях и не с вольфрамом, — отрезала Алистер. — По Крошке выходит, что это так же просто, как нам зайти в кондитерскую и заказать свадебный торт.