Рассказы
Шрифт:
А потом несколько смягчившимся тоном продолжил: — Я не могу, Лора. Мэру все это не слишком нравится. Ты принесла сумку?
— Да. Я хочу отдать ее тебе. — Внезапно голос ее стал резким: — Не будь ослом, Тимми! Открой дверь!
Но блистательная Лора совершила ошибку. После ее признания, что она принесла сумку, сердце мистера Варнера переполнилось каким-то хмельным возбуждением от осознания того, что она все-таки уступила ему. Он крепко стиснул зубы.
— Если ты принесла сумку, — произнес он наконец, — оставь в холле, я заберу ее, когда ты уйдешь. Впустить тебя я не могу. Я… я не одет. — Конечно, это была ложь, но бедняге она была
— Чтобы ты поехал домой, конечно. — Тон ее голоса нельзя было назвать ни молящим, ни командным. — Просто я абсолютно уверена в том, что за тобой нужно кому-то присматривать, Тимми. Ты стал как-то странно себя вести. Открой дверь!
— Нет!
— Пожалуйста!
Это было ужасно тяжело. Мистер Варнер не мог припомнить, чтобы она когда-нибудь прежде произносила слово «пожалуйста», обращаясь к нему. Он скрипнул зубами и дико завопил:
— Уходи!
Секунд десять после этого крика за дверью царило молчание, мистеру Варнеру показалось, что у жены от возмущения его поведением перехватило дыхание. Потом раздался звук удаляющихся шагов и стук каблучков по ступенькам. Он подбежал к окну и проследил за тем, как жена перешла улицу и села в свою машину, стоявшую у тротуара. Автомобиль резко рванул с места и исчез вдали. Мистер Варнер как подкошенный рухнул в кресло; силы его оставили.
Немного погодя он вышел в холл и взял сумку, которую обнаружил за дверью. Вскоре после этого ему доставили раскладушку, он установил ее в углу и лег. В ту ночь ему снились странные сны.
На следующие утро мистера Варнера посетил мэр Слоссон. Он был несколько раздражен той бесцеремонностью, с которой адвокат прервал их телефонный разговор накануне вечером, но извинения принял сразу и беспрекословно и тут же осведомился о причинах, побудивших мистера Варнера задавать столь таинственные вопросы по поводу чека от железнодорожной компании.
— Теперь у меня нет причин умалчивать об этом, — ответил мистер Варнер, взглянув на календарь. — Сегодня тридцать первое августа, так что не важно, пусть хоть весь город узнает. Хотя, пока дело в работе, лучше было бы хранить это в секрете.
— Так что же случилось? — осведомился мэр. — Обнаружили какую-то головоломку?
— Пожалуй, да. Но то, что для меня головоломка и забава, для мистера Генри Блада Нельсона — отнюдь не шутка. Слушайте.
И мистер Варнер, подавшись вперед, начал что-то шептать. Его чуть слышный монолог длился минут пять, был прерван восторженным восклицанием мэра, а потом стал прерываться все чаще и чаще. Когда же адвокат закончил, лицо Слоссона светилось восторгом, ликованием и триумфом.
— Господи боже, мы их прищучили! — вскричал мэр, а его отнюдь нельзя было обвинить в том, что он любитель поминать имя Господне всуе.
— Думаю, да, — согласился адвокат.
— Точно! Абсолютно точно! Осталось только уладить детали, мистер Варнер, уверен, вы и с этим справитесь блестяще. Пожалуйста, сделайте все распоряжения до завтра и пришлите мне копии материалов как можно скорее. И конечно, я не скажу никому ни словечка!
В течение следующего получаса они обсуждали дело с разных точек зрения, а когда мэр ушел, мистер Варнер достал из ящика стола лист бумаги, ручку и написал следующее:
«Миссис Лоре Варнер 621, Мэйн-стрит, Грантон Уважаемая мадам,
соблаговолите сообщить, удобно ли будет вам и представителю Грантонской железнодорожной компании встретиться со мной, нижеподписавшимся, в вашем офисе завтра (первого сентября). Возможно, на встрече будет присутствовать мэр Слоссон. Мы хотели бы обсудить все детали иска, поданного городом Грантоном против Грантонской железнодорожной компании.С почтением, Тимоти Д. Варнер».
Когда мистер Варнер подписывал и запечатывал письмо, на губах его появилась кривая усмешка. Потом он надел шляпу и отправился на улицу, чтобы бросить свое послание в почтовый ящик на углу.
Следующим утром он получил ответ, отпечатанный на пишущей машинке:
«Мистеру Тимоти Д. Варнеру 417, Мэйн-стрит, Грантон Уважаемый сэр, отвечая на ваш запрос от тридцать первого августа, спешу сообщить, что мистер Джон Генри Нельсон, секретарь Грантонской железнодорожной компании, и я ждем вас в моем офисе сегодня (первого сентября) в одиннадцать утра. Однако должна предупредить: если в ваши намерения входит предложение компромисса, наша встреча будет бессмысленной тратой времени. Мой клиент абсолютно уверен в своей правоте в этом деле, так что никакой компромисс его не устроит.
С почтением, Лора Варнер».
Получив это письмо, мистер Варнер почувствовал совершеннейшее нежелание делать то, что он обязан был сделать ради города и ради себя самого. Но упоминание имени молодого Нельсона уничтожило остатки его малодушия. Больше того, когда он позвонил мэру Слоссону, чтобы сообщить ему о том, на какой час назначена встреча, в его голосе настолько явственно звучали нотки мстительности, что мэр даже усмехнулся — он угадал причину и, возможно, был не так уж далек от истины.
Без одной минуты одиннадцать мистер Варнер и мэр Слоссон подошли к подъезду дома номер 621 по Мэйнстрит и поднялись по ступенькам в самый шикарный из всех адвокатских офисов в Грантоне. На двери в конце холла висела табличка с выгравированными на ней золотыми буквами:
«ЛОРА ВАРНЕР
Адвокат».
— Сюда, джентльмены, — указала путь аккуратно одетая секретарша, и они проследовали в просторный, залитый солнечным светом кабинет, окна которого выходили прямо на Мэйн-стрит. За сверкающим полированным столом из красного дерева сидела Лора Варнер, за ее креслом стоял Джон Генри Нельсон.
Все пожелали друг другу доброго утра, и Генри Нельсон предложил посетителям присаживаться. Ни один из этой четверки не чувствовал себя свободно; напряжение наэлектризовало воздух. Миссис Варнер кивком указала молодому Нельсону на кресло справа от себя; ее муж расположился напротив нее, на другом конце стола, и принялся вытаскивать из портфеля необходимые бумаги.
Лицо его пылало.
— Итак, джентльмены, мы ждем ваших предложений, — деловито начала миссис Варнер.
Мэр взглянул на мистера Варнера, который, прочистив горло, спокойно обвел взглядом присутствовавших.
— В первую очередь, — заговорил он, — мы хотим объявить о нашем намерении отказаться от иска, который городские власти подали против Грантонской железнодорожной компании по поводу получения процентов от сверхприбыли. — Адвокат посмотрел на мэра; тот кивнул. — Мы признаем, что по условиям настоящего договора о предоставлении таможенных льгот наши претензии не являются абсолютно законными.
С губ молодого Нельсона сорвалось удивленное восклицание, но миссис Варнер сохраняла поистине олимпийское спокойствие.