Чтение онлайн

Стена окружавшая город была не то чтобы высокой, но основательной. За вход в город с нас содрали по медной монете. Выйдя из тени ворот с любопытством осмотрелся. Не так уж все и плохо. Я читал, что средневековые города буквально утопали в грязи и нечистотах, а тут вполне прилично. Даже некое подобие сточных канав по краям улицы есть. Хотя запах, конечно… особенно после лесного воздуха. Даже Замковая улица, на которой мы сейчас стоим (вторая по величине в городе, между прочим), не вымощена. Представляю, что здесь творится после дождя. Ниа открыв рот глазеет на особняки за ажурными коваными оградами, что расположились по правую руку. Это, должно быть, Золотой Квартал — район, где живут наиболее богатые и уважаемые горожане. Слева дома победнее. Каменный здесь в основном только первый этаж. Неспешная прогулка приводит нас на центральную площадь. Здесь Замковая улица пересекается с Аршанским трактом — основной транспортной артерией

баронств. Величественное здание магистрата, чья главная башня является самой высокой точкой в городе и выполняет заодно и функции колокольни соседствует с храмом. Храм представляет собой четыре невысокие башни, растущие из одного основания. Очень символично. Туда тоже нужно будет зайти, но позже. Помост для казней, расположенный посреди площади, возвращает к грубой прозе жизни. Возможно, насаженные на колья головы преступников и дают какой-то воспитательный эффект, но они же жутко воняют! Хотя, нужно признать, в местном амбре это не так заметно. Ага, это, должно быть, здание банка. Оно же — представительство гильдии менял и ростовщиков. А неплохо устроились! Хотя, на мой взгляд, слишком уж много золота и украшений. Ну, по крайней мере, тут прохладно. А то солнце уже начало ощутимо припекать. Чек обналичили быстро и без вопросов. Вот теперь можно и погулять. Хотя нет, сначала нужно сделать еще кое-что.

Нищие и калеки у входа в храм несколько снизили мое радужное настроение. Не то, чтобы мне было их жалко, просто не люблю. В храме было довольно пустынно — рабочий день, однако. Найти служительницу Кайтаны труда не составило. Толстушка с доброй улыбкой уточнила у Ниакрис действительно ли она сирота и хочет принять мою опеку. Тексты клятв, которые мы повторяли за служительницей, здорово напоминали те, что я сымпровизировал на поляне. Когда скрепляя клятвы, служительница воззвала к богине, я вздрогнул, почувствовав присутствие чуждой силы. Богиня ответила и мир изменился. Чуть-чуть, совсем капельку, где-то за гранью ощущений, но это было. И я это почувствовал. Может быть, стоит чаще ходить в храм? Или наоборот — если уж боги существуют и активно действуют, то лучше не раздражать их своим присутствием? Под конец мне вручили официальную бумагу, где Ниакрис теперь называлась моей дочерью и получала право носить родовое имя Кат.

После храма мы двинулись в ремесленный квартал. Сердцем его была цеховая площадь, куда выходили представительства большинства гильдий. Собственно, лучи улиц, расходящиеся с площади, и образовывали цеховые кварталы. Весьма различные, нужно сказать. Квартал в котором работали кузнецы и оружейники больше напоминал крепость. Вход на внутренние улочки перегораживали выполненные с невероятным мастерством кованые ворота, сейчас распахнутые. Впрочем, меня больше интересовали кварталы портных и сапожников. Десятки лавочек предлагали широчайший выбор одежды от простых рубах из небеленого льна до изящнейших женских платьев с обилием золотого шитья и драгоценных камней. Правда, последний образец был скорее выставочным. Впрочем, я за роскошью не гнался, а для Ниакрис даже наличие трех платьев уже было чем-то вроде сказки. В общем, промотались по городу мы почти целый день. Одна торговая площадь, на которой продавали все от сенарского вина до гернского жемчуга (включая скот, лошадей, рабов и так далее) украла уйму времени. В результате пришлось нанять носильщика, чтобы тащить покупки. И это мы еще обувь не покупали, а только сняли мерки. Сапожник обещал доставить готовую продукцию уже в замок. Возможно, я просто не привык к местным реалиям, но только платьев для Ниакрис я купил пять штук. Три повседневных (на детях одежда просто горит, по себе знаю) и два парадных (мало ли что). Ребенок, кажется, до сих пор не верил, что это все ей. Конечно, покупали мы не только одежду, но и кучу другой мелочи. Небольшое серебряное зеркальце (куда уж девочке без него-то, хоть и стоит скажу я вам…) Ниакрис как зажала в кулаке, так с ним и не расставалась. Единственное, что вызвало у нее более бурную реакцию — кукла в витрине одной из лавочек. Игрушка действительно была чудо как хороша. Даже я оценил. И купил еще и ее. Во-первых, мне было интересно, возможно ли еще большее выражение счастья, а во-вторых, имею я право хоть раз побаловать свежеобретенную дочь? Всегда считал, что дарить подарки гораздо приятнее, чем получать.

Найти удалось не все. Полчаса на двух языках (а под конец уже переходя и на русский) пытался объяснить книготорговцу, что такое азбука. Не понял. Точнее, суть он уловил, но таких книг в жизни не видел. Впрочем, всяких письменных принадлежностей я у него тоже набрал немало — мне еще ребенка грамоте учить.

В замок вернулись уже ближе к ужину, уставшие, но довольные. Разложив все покупки и переодевшись в домашнее, захожу в комнату дочери (странно звучит, право слово). Та в лучшем из купленных платьев сидит на кровати, сжимая в одной руке зеркальце, а в другой старую

тряпичную куклу и ревет. И что случилось? А, маму вспомнила. Прижимаю ребенка к себе, глажу по волосам и несу какую-то успокаивающую чушь. Надеюсь, детали она ее не запомнит, так как о местных представлениях загробной жизни я не знаю почти ничего. В общем успокоил. За ужином немного последил за тем, как она ест. Ничего так. Вилкой и ножом пользуется еще не слишком уверенно, но старается. Умная девочка.

Жизнь потихоньку входит в колею. Утром зарядка и небольшая тренировка, после завтрака — занятия с Ниакрис (чтение, письмо, счет, история, география), после обеда, пока Ниа носится по двору со сверстниками, я пропадаю в библиотеке или лаборатории. Под лабораторию мне выделили отдельное помещение в подвале, так как в свою лабораторию мэтр Даугар отказался меня пускать категорически. Его неведомое оборудование очень капризно реагировало на магию, и поэтому комната была экранирована от всего, что только можно.

Вечером снова тренировка и занятия с Ниа. Я как-то попробовал присоединиться к тренировкам дружины, убедился, что по физическим возможностям я большинству из них не уступаю и продолжил тренироваться так, как привык с Льюисом.

Ниакрис училась не то, чтобы очень охотно, но прилежно. Считать научилась быстро, а вот с чтением поначалу все было плохо. Две ночи убил на рисование азбуки. Знаете, «буква, слово и картинка», думаю, у всех в детстве такая была. Повесил в комнате Ниа над кроватью. Дело пошло веселее. Со сверстниками у нее отношения вроде сложились, единственное, мне не очень нравилась ее дружба с Самантой. Сомневаюсь я, что та научит чему-то хорошему. Однажды чуть не поседел. Выхожу во двор искать ребенка, а она дергает за хвост огромную кошку с вот такими зубами. И та огрызается! Как я не всадил в животное пару клинков, до сих пор не знаю, но перепугался здорово. Накричал на Ниа и отправил учить уроки, пообещав оставить без ужина. Так кошка на меня еще рычать пыталась! Вечером все присутствующие на ужине имели счастье наблюдать замечательную сцену «маг и оборотень спорят». Начала разговор баронесса:

— мэтр Даркин, а почему не видно вашу дочь? Что произошло?

— Ничего, — пожимаю плечами, — она наказана.

— Наказана ни за что! — Саманта не выдерживает.

— За жестокое обращение с животными, — съела? — И вообще — моя дочь, за что хочу, за то и наказываю. И, кстати, я запретил ей с вами общаться.

— А если я наплюю на ваши запреты? — лезет в бутылку девушка.

— Да на здоровье, — пожимаю плечами, — даже если инициатором встреч будете вы, наказывать-то я все равно буду ее.

— Только попробуй ее обидеть! — Саманта вскакивает. Зрачки от бешенства становятся вертикальными, а на пальцах прорастают когти.

— И что?! — Я тоже вскакиваю. Будут мне еще всякие указывать, как с собственной дочерью обращаться! Она моя! — Хочешь померяться коготками?

Теперь на моих руках тоже когти, только черные.

— Хватит! — вмешивается фрайхер. От удара дребезжит на столе посуда. — Успокойтесь оба!

Успокаиваемся и до конца ужина демонстративно друг друга не замечаем.

— Мэтр, к вам можно? — В комнату заглянула Тарина.

— Конечно, леди, проходите. Присаживайтесь — приглашающий жест в сторону кресла. — Или, может быть, перейдем в гостиную?

— Лучше здесь. Даркин, я прошу вас разрешить Ниа и Саманте общаться.

— Зачем? — тему разговора предположить было не сложно, но это не значит, что она мне нравится.

— Девочке нужна если не мать, то хотя бы старшая подруга, с которой можно поболтать, посекретничать. Я не ставлю под сомнение ваше мастерство, как учителя, но быть женщиной — тонкое искусство — Тарина лукаво улыбнулась, — и научить ему может только другая женщина.

— Саманта? — лицо непроизвольно складывается в презрительную гримасу, — вряд ли эта развратная кошка научит ее чему-то хорошему.

— Простите, кто? Я не поняла слова.

Я опять перескочил на русский. Пытаюсь вспомнить местное слово для кошки. Нет такого! Хм, а кошки-то тут вообще есть?

— Мелкое домашнее животное, чем-то похожее на виесхатту в зверином облике.

— У вас на родине есть и такие? Ни разу не слышала.

— А в местных краях кого используют в качестве домашних любимцев?

— Соколов, иногда ручных хорьков или смешных уродцев. У одной моей подруги живет хальфад.

— Хальфад? — этого названия я еще не слышал.

— Ящерка такая, очень умная и красивая. Не уходите от темы! — спохватывается баронесса.

— Если вернуться к теме, то, возможно, вы и правы. Но Саманта слишком распущена и легкомысленна. Ниа уже опаздывает на занятия, а Саманта это поощряет.

— Мне кажется, вы преувеличиваете, — примирительно начала Тарина, — Саманта не так распущена, как кажется. К тому же она училась вместе со мной и знает все, что полагается благородной леди.