Путь миротворца
Шрифт:
— Снова нарушение! Еще минус десять баллов с серых магов!
Но колдуны словно вошли в неотвратимую ярость. Пылая жаждой сокрушить аделиан, они бы бросили на кон и двадцать, и пятьдесят баллов.
— Ди-и-инами-и-ис пне-е-евма!
— Святой щит!
Яннес хотел снова придавить Автолика к земле, но тот успел провозгласить слово защиты. Полупрозрачное заклятие отбилось от его меча и бухнуло в песок. Это нарушение судьи не заметили.
На поле возникла непродолжительная пауза, во время которой Марк окинул взглядом трибуны. Вокруг поля состязания, над четырехметровой стеной, поросшей лианами, ликовали
— Маркос, подключайся! Нам не хватает риторов! — прокричал Автолик.
Марк решительно запустил руку в ведро с шариками, а затем, что силы размахнулся и запустил метид.
— Путь истины осуждает колдовство!
Светло-серебристый шар лениво пролетел метров двадцать, словно встретил сильное сопротивление воздуха и упал в песок, не долетев до огненных колец. В трибунах раздался смех. Сектор магов ликовал.
Сгорая от позора, Марк вспомнил, что ему рассказывал Автолик: если слова ритора совсем уж наивны, то его послание даже не достигнет колец. Так и случилось.
— Ну что же ты, Маркос! — махнул ему Автолик. — Не будь так наивен, Путь истины для серых магов не имеет веса.
Колдовской сгусток грязи ударил в голову Амикла, залив ему лицо черной противной жижей.
— Нарушение!
— Да будет проклят колдун! — закричал Клеант и его синий метид выбил посох из рук колдуна, облившего грязью Амикла.
— Нарушение! Послания запрещено усиливать проклятиями! Минус десять баллов с аделиан!
— Не нарушайте правил, держите свои страсти на замке! — в гневе накричал Автолик на команду. — Маркос, готовь софронистир!
Приказ застал его врасплох. Марк глянул на таблички у судейской ложи: 90:75 в пользу аделиан. Если удачно запустить софронистир, можно и не отбивать вражеский — исход состязания будет предрешен.
— Маркос, софронистир!
Марк подхватил золотой шарик: такой маленький, такой хрупкий. Как опровергнуть все доводы серых магов, прозвучавшие так убедительно?
— Соф-ро-ни-сти-и-р! — кричал Автолик как заклинание.
Марк впился глазами в горящие кольца: софронистир следовало запускать в зеленое. Он зажмурил глаза:
— Основание мудрости — не хитрые слова, а чистая совесть!
На время для него все перестало существовать: трибуны, толпа, Автолик, песок, руки, ноги, существовали только глаза, будто слившиеся с золотистым шариком в единое целое. Он неотрывно следил за полетом софронистира: вот он пролетает сквозь кольцо зеленого огня, вот окрашивается в удивительный изумрудно-золотой сверкающий цвет, вот проносится мимо Яннеса, мимо растерявшегося мага-аполога: «Ну, ну, попади, попади же! Ну почему ты летишь так медленно?»
— Порочащий свои принципы — посмешище для мудрых!
Глаза заныли от боли, словно в них вонзилась тысяча осколков. Маг-искатель ликующе разнес софронистир Марка прямо перед высшим символом. Не дав Марку опомниться, колдун запустил свой софронистир.
— Сила превыше морали!
Кратко, но мощно.
Такой
же изумрудно-золотой софронистир, но не такой яркий, летел ему в глаза. Голова сжалась от боли. Удушливый неконтролируемый страх перед неизвестным забил горло и нос, Марк окоченел как парализованный. «В цепях безликого ты бессилен, бессилен!» — зловеще зашипел ненавистный голос в самом центре разума. Каким-то странным чувством он понимал — сила, поражающая его страхом исходит от первой ложи трибун. Где-то там сидит его злейший враг!Мысли спутались.
— Нет… нет… неправда, — зашептал Марк, пытаясь на ходу сформулировать ответное слово.
Он кинулся навстречу софронистиру, размахнулся мечом, слабо надеясь отбить шар без слов…
Растянувшись на песке, он услышал три поочередных душераздирающих звука: звонкий хлопок и как бы свист тысячи стрел, звон осколков разбитого высшего символа и восторженный вопль трибун.
Подниматься ох как не хотелось! Марк решил притвориться умирающим — не придется поднимать к людям взгляд опозоренного поражением воина.
Протрубили конец состязания. Путь со Светлой арены на шумную многолюдную улицу проходил для Марка как в пьяном дурмане. Что-то малоутешительное твердил на ухо Харис, а Флоя настойчиво совала в рот огромное зеленое яблоко. Марк вертел головой как упрямый осел. Зеленый цвет был ему отвратительней всего на свете.
«Как хочется умереть! — с отчаяньем лезли самые безумные мысли. — Или хотя бы напиться до забытья и крепко уснуть.
Но на следующее утро Марк, вопреки своему желанию, поднялся первым, едва только забрезжил рассвет.
— Мы уходим на юг, Автолик, — сказал он, стараясь не смотреть лидеру в глаза. — Я виноват. Прости меня за упущенный шанс…
Автолик понимающе глядел ему в лоб, и казалось, сопереживал:
— Мы все виноваты в проигрыше. Серые маги демонстрировали силу, пусть и теряли из-за этого баллы. Но их софронистир достиг цели. Твоя идея с чистой совестью была восхитительна, но не могла достичь успеха: мы тоже нарушали правила. Клеант постарался. Когда слова не подтверждаются делами — это верный проигрыш. А насчет упущенного шанса… у нас всегда есть возможность исправить ошибку.
— Мы проиграли, чего уж тут исправлять? Учителя богатства имеют одно выигранное состязание, они и будут биться с магами в завершительной встрече.
— Они никогда не выступят друг против друга, они союзники. Да и баллов у скряг меньше, чем у нас, хоть они и выиграли у странников. Через две недели они сразятся с философами Школы душевного покоя и если проиграют, то с философами сразимся мы, а если выиграем — выйдем в завершительном состязании с серыми магами, а если…
— Прости Автолик, вы справитесь без меня.
— Маркос, я десятки раз пил горечь поражения, но Всевышний столько же раз поднимал меня, давая вкушать сладкое вино победы!
— Победа опьяняет, поражение дает трезвость, — подумав, ответил Марк.
— Отличный метид, искатель!
— Но не в то время и не в том месте.
Епископ неодобрительно покачал головой, когда услышал от Марка, что тот твердо решил идти через Белое забвение, даже если этот путь ему предстоит пройти в одиночку, но перечить не стал. Собирались в молчании — и от недоспанной ночи, и под впечатлением вчерашнего состязания.