Чтение онлайн

"Еду. Обязательно еду!" - уже засыпая, подумал он.

ПЕРВОЕ ПИСЬМО

Кэт, я сдержал свое слово. Но и без него я не ушел бы от горячего желания поделиться с вами.

Все идет отлично, но буду последовательным. О дороге не пишу - не интересно... Как и предполагал, утром следующего после отъезда дня благополучно прибыл в город Н. Навестил свою студенческую alma Mater. Повидался с учителями, особенно о своих планах не распространялся. Во вторую половину дня пошел отыскивать Стокса. Оказалось, живет он почти в центре города, в огромном, несуразном доме. Забрался на восьмой этаж (лифт, как назло, не работал). Долго звонил... И вот, наконец,

мне открыла дверь худенькая женщина лет тридцати пяти с каким-то навечно испуганным выражением лица. Я показал письмо, и она без лишних слов провела меня в кабинет хозяина. И вот передо мною Стокс!.. Представьте: крупное лицо с маленькими внимательными глазами, круглый череп, покрытый жидкими светлыми волосами, массивная фигура. Кивнув на мое приветствие, он взял письмо и пробежал по нему взглядом. При этом лицо его сохраняло безучастное выражение.

– Мы на сегодня не можем доверять вам, мистер Найт, сказал он наконец.
– Профессор Кэви работает над проблемами строго секретными. В связи с этим вы не должны знать расположение места, где будете работать. В одиннадцать часов вечера вам подадут машину и отвезут вас на аэродром. В половине двенадцатого вы вылетите в неизвестном для вас направлении. Компаса не брать. Ночью же вы прибудете на место назначения. Согласны?

Укрепившееся желание ехать к профессору заставило меня сказать: "Согласен".

Стокс дал понять, что разговор окончен, и я, сообщив ему номер гостиницы, отправился домой. Все произошло точно в указанное время. Меня ожидал небольшой самолет. Кроме летчика, в кабине был еще один пассажир, который, впрочем, не выразил желания в течение всей дороги обменяться со мной и двумя словами.

Опустившись на кожаное сидение, я еще раз испытал остро противоречивое чувство - может быть, не ехать? Может быть, перерешить, пока не поздно?.. Ведь сейчас машина сорвется с места, вся эта темная масса лесов, гор и рек бросится ей под крылья и в гуле моторов, в холодном ветре уйдет глубоко вниз, в прошлое. Но поздно... Самолет пошел на подъем.

Признаюсь, Кэт, всю дорогу меня не покидало какое-то необъяснимо острое чувство одиночества. Невольно вспомнил ваши слова, и мне стало грустно...

Через некоторое время пошли на посадку. Когда я вышел из кабины, вокруг была непроглядная темь. Метрах в ста от посадочной площадки я смутно различал зубчатую стену леса. А несколько ближе - очертания каких-то невысоких зданий.

"Ну и завезли, - подумалось мне, - и не выберешься отсюда?"

– Мистер Найт?
– раздалось из темноты рядом со мной.

Получив утвердительный ответ, человек принял мой легкий чемодан и повел меня к одному из зданий.

– Вот, - сказал он, открывая дверь и осветив небольшую комнату, - здесь вы переночуете.

Не успел я осмотреться, как мой провожатый исчез за дверью, оставив меня одного. Что делать? С дороги я устал. Единственное, что можно было придумать, - немедленно лечь спать. Это я и сделал.

Проснулся поздно, около десяти часов утра. Не успел закончить утренний туалет, как вошел слуга с завтраком.

– Мистер Найт, - сказал он, - профессор ожидает вас в одиннадцать часов.

Позавтракав, я вышел из дома и огляделся. Признаться, все мои вчерашние предчувствия улетучились бесследно. Было прекрасное свежее утро. Место, куда я прибыл, представляло собой лесную поляну метров полтораста в поперечнике, на которой расположилось несколько небольших деревянных домов полубарачного типа. От дома к дому вели узенькие тропки, посыпанные желтым песком. Густые синие

прохладные тени на траве и земле перемежались с теплым светом. Искрами вспыхивала роса. От соснового леса, окружавшего поляну темно-зеленым кольцом, долетел смолистый аромат. Я почувствовал себя необыкновенно хорошо. Время подошло к одиннадцати. В сопровождении слуги я прошел к профессору в кабинет.

Это небольшая уютная комната с огромным письменным столом, с мягким крутящимся кожаным креслом и книжным шкафом черного дерева. Ничего лишнего.

Профессор сидел в кресле. На нем был белый халат, накинутый поверх дешевенького костюма.

Обильные морщинки, старческие мешки под глазами, да и глаза... На сей раз они не производили впечатления того пристального внимания, как во время нашего дорожного знакомства. Честно признаюсь, я почувствовал к этому человеку искреннее расположение и желание быть ему хорошим помощником в его большом деле.

Профессор улыбнулся мне, как старому знакомому:

– Приехали? Ну вот, я так и знал, будем работать.

Он усадил меня напротив.

– Думаю, вы не обидитесь, мистер Найт, если я повторю вам некоторые из наших условий. Важность проблем, над которыми мы работаем, заставляет нас тщательно проверять наших новых сотрудников. Устанавливать, так сказать, для них испытательный срок. Сообщаю без оговорок: вы должны подписать контракт на пять лет. В течение первого года вы безвыездно будете жить на территории института. Ваши письма будут проходить цензуру, что избавит вас от лишних подозрений с нашей стороны. Вам будут писать по адресу господина Стокса. Сегодня вы ознакомитесь с лабораториями, представитесь сотрудникам и определите свое рабочее место. Сегодня же вы начнете знакомиться и с профилем нашей работы... Ну как, - продолжал Кэви после минутного молчания, - не смущают вас наши условия?

– Нисколько, профессор. Я признаю их вполне законными и необходимыми по отношению ко мне.

– Тем лучше. Тогда вернемся к формальной части.

Когда все документы были подписаны мной и профессором, он предложил мне осмотреть лабораторные помещения.

Признаюсь, что увиденное мною превзошло все ожидания. Скромные домики оказались изумительно оборудованными изнутри. Все в них сверкало никелем и стеклом, блестело краской, изразцами, кафелем. Мы переходили из одной комнаты в другую, из одного домика в другой. Профессор давал скупые, но точные пояснения приборам и установкам.

Кэт, я не имею возможности сообщить вам, что видел, скажу лишь, что кибернетические машины, которые показывал мне профессор, неизмеримо превосходят ранее известные мне. Я испытывал чувство искреннего восхищения этим сказочным техническим совершенством.

– Вот и ваше рабочее место, - сказал профессор, когда мы вошли в небольшую уютную лабораторию. Навстречу нам из-за стола поднялась белокурая девушка лет двадцати двух-двадцати трех в белом рабочем халате.

– Познакомьтесь, - улыбнулся профессор, представляя ее мне, - ваш будущий сотрудник, старший лаборант института...

– Мэри Стокс, - отрекомендовалась девушка и застенчиво опустила глаза.

В голове у меня мелькнуло: "Стокс? Мэри Стокс? Да уж не дочь ли это..." Приятный голос, миловидное лицо и глаза... глаза... как бы вам сказать...

Что я делаю?.. Простите меня, Кэт, я увлекся и написал много лишнего.

– Мисс Мэри, - сказал профессор, - имеет достаточную профессиональную эрудицию. Она во многом поможет вам на первых порах в вашей работе. Не так ли, Мэри?
– улыбнулся он девушке.