Чтение онлайн

– Вот за что я тебя люблю, дорогая, так за то, что ты умеешь приводить неопровержимые доводы в свою пользу. Ну, раз-два-три, продолжили!

И мы продолжили.

Дама червей

Утро не было добрым.

Тело болело. Голова болела.

Не сразу сообразив, где я, через секунду осознание накрыло меня.

Нас поймали. Пытали. Мы во дворце. Что с Марком?

Мучилась в догадках я не долго.

Скоро дверь открылась, и вошел вчерашний стражник, не Ворон, другой.

– Идем.

Руки мне не связывали. Я шла за охранником по извилистым коридорам то вверх, то вниз, поражаясь идиотской запутанности планировки дворца. Хотя, это, наверное,

против злоумышленников. Залезешь вот так тихонечко спиздить столовое серебро с вензеля и сгинешь навеки в одном из бесконечных замковых закоулков. Я как раз размышляла, рискнула бы сунуться в замок за подвесками королевы, имея на руках план здания, как мы пришли.

Стражник подтолкнул меня к входу, заметив, что Марк уже был там, на первый взгляд здоровый и невредимый, я немного повеселела и вошла.

Марк, увидев меня, сразу бросился обнимать и так крепко стиснул, что я охнула от боли:

– Спина!

– Ой, прости, прости, Шел, как ты? Тебя не обижали?

– Нет, нет, Марк, все хорошо, ты как?

Убедившись, что с другом все в порядке, я осмотрелась. В комнате кроме нас был принц-Ястреб. Ворона не было, и я тихонько выдохнула. Не хотелось признаваться в этом даже самой себе, но этот мужчина вселял в меня ужас.

– Он занят другими делами. Подойдет позже. – Оказывается, Ястреб только делал вид, что не смотрит на меня. Проницательность принца внушала серьезные опасения. Ну почему в сказках героям попадаются тупые и недалекие правители, а нам достался вот этот? «Наверное, ты в другой истории, Шелена, в которой благородный и справедливый принц наказывает глупых и жадных злодеев», с печалью констатировала я.

– Плохо быть на неправильной стороне, – пробормотала я, – но Принц услышал.

– Жалеешь?

Я заглянула в себя.

– Жалею, что уступила Марку с этой авантюрой. Если бы мы не пришли, вы бы нас никогда не прижучили.

– Но мы вас прижучили.

– Что есть, то есть. И что теперь, сир?

Я сама удивлялась собственной дерзости, но почему-то, после того, как этот мужчина побывал в моей голове – я невольно вздрогнула от воспоминания о пережитой боли – мне казалось, что я его давно знаю. Я чувствовала, что его забавляют мои смелые ответы и собиралась воспользоваться всем своим обаянием, чтобы выторговать наши жалкие жизни.

– А сами как думаете? – он кивнул нам с Марком, и мы ответили одновременно:

– Смерть.

– Тюрьма.

– Просто чудо, что вы попались только сейчас, учитывая слаженность ваших ответов последние два дня. – Принц издевался – и поделом нам – мы действительно показали себя не очень хорошей командой.

– Ну, как показывает практика, выгодно дать слово первому тебе – и он посмотрел на Марка. Последний глянул на меня виноватыми глазами и, расправив плечи, гордо сказал:

– Вы казните нас на главной площади в назидание всем остальным.

Я невольно залюбовалась его посадкой головы, его высокомерным тоном… Благородный идиот. Любимый.

– И сделает из нас мучеников? Соколы только и ждут повода поднять восстание, и твоя смазливая физиономия отлично будет смотреться на повстанческих штандартах. Не надейся, ди Анджело, нас сгноят в тюрьме, и мы будем сидеть там до глубокой старости, а когда нам исполнится лет тридцать, то нас выпустят сломленными развалинами и с позором отправят на все четыре стороны.

Марк в ужасе выпучил на меня глаза. О таком он, конечно же, не подумал. С честью принять смерть он был готов, но всю жизнь просидеть за решеткой… Это было страшно.

Ястреб ехидно меня похвалил.

– Тебе пятерка, Гатинэ. Точно и красочно. Особенно мне понравился пассаж про старых тридцатилетних калек. – что-то в моих словах его рассмешило,

но я не поняла, что.

– На самом деле есть третий вариант, -добавил его высочество без тени улыбки.

Мы с Марком переглянулись. Ничего другого нам в голову не приходило.

– Присядьте, дети. Нам есть, о чем поговорить.

***

– Работать на вас? Да лучше сдохнуть!

– Никогда и ни за что!

– Ну наконец-то вы проявили единодушие. Только вы не поняли меня. – Ястреб наклонился в нашу сторону, веселье пропало из его глаз, голос стал стальным, а взгляд холодным.

– Или вы работаете на благо королевства и живете, либо мы объявляем вас государственными изменниками со всеми последующими вытекающими.

Мы побледнели. Подставиться под удар самим? Мы были молоды, безрассудны и не боялись ничего, кроме скуки. Любое наказание мы смогли бы принять. Но признание изменниками…

Такое обвинение ложилось не только на одного человека, а на всю его семью. Фамилия покрывалась позором, вычеркивалась из всех генеалогических деревьев, а имущество подлежало конфискации короной. Подставить самых дорогих нам людей, единственных, чьим мнением мы, два безрассудных оболтуса дорожили, отнять у родителей ди Анджело их имение и виноградники, у моей матери отель… Я сглотнула подступившую горечь.

– Я согласен. – на Марке не было лица, на висках выступил холодный пот, но голос его не дрожал.

Мы заслужили.

– Согласна.

Ястреб сложил на груди руки и кивнул, еле заметно улыбнувшись.

– Значит, настало время заключить сделку.

Он поднял трубку телефонного аппарата и проговорил.

–Сирин 16 ? Попроси Колина зайти ко мне в кабинет.

Валет пик

Колин достался ему от отца.

Седовласый мужчина за пятьдесят, еще крепкий, и, по мнению многих придворных дам, весьма и весьма привлекательный. Ястребу было плевать, как выглядел Колин. Гораздо важнее было то, как он умел составлять документы.

Если придворный мир Кермана и кишел акулами, то Колин был ловцом на них и крепко держал на крючках каждого, кто хоть раз в жизни подписал какую-то бумагу.

Влиятельный юрист, прожжённый делопроизводитель, он умел составлять договоры так, чтобы возвысить и уничтожить, обогатить и разорить одним нужным незамеченным словом в подпункте соглашения.

И именно Колина позвал Ястреб заключить трудовые контракты с Гатинэ и ди Анджело.

– Все ли вам понятно в этих документах? – заботливым голосом доброго дедушки поинтересовался адвокат.

Ястреб ожидал, что девчонка опять выскочит первой, но на удивление она промолчала и бросила косой взгляд на дружка.

– Вполне. – хмуро ответил Марк. – Согласно написанному здесь, мы переходим в полное распоряжение короны на три года с возможным последующим односторонним обновляемым продлением контракта на один год, и наша заработная плата будет соответствовать уровню нашей квалификации, установленной соответствующими инстанциями.

– Вы очень точно пересказали составленный договор, молодой человек – Колин уважительно поднял брови. – Да, вы все правильно поняли.