Последний идальго
Шрифт:
– Почему я? – вздохнула Кристина, принимаясь за анкеты.
– А больше некому! – ответил Диего и откинулся в кресле, довольный своей идеей.
Весь следующий день они не выходили из мотеля, заказывая еду из китайского ресторана и пытались привыкнуть к девятичасовой разницы во времени. Разговорчивостью никто не отличался и это было единственное, что радовало Диего. Ложась спать, он трижды прочел “Отче наш”, но заснуть так и не смог. Провалялся в кровати до полудня, пока их не выставили из номера. Они отправились перекусить в ближайшее кафе и оттуда вызвали такси.
Ровно
– Да знаю я! – пробормотал он, выбираясь из машины.
Следом выскочил Муту. Придерживая дверь открытой, африканец чуть наклонился и погладил колено. Лицо сияло идиотской улыбкой.
«Клянусь, если он снова начнет петь дифирамбы хирургу, я сломаю ему чертову ногу обратно!» – Диего повернулся и пошел к центральному входу.
Спутники быстро нагнали его, и в здание они вошли вместе. И вместе, как по команде, остановились.
– Это правильный адрес? – Спросил Диего, хотя прекрасно видел на стене логотип “Си-Джи-Гейм”. – Может компания переехала?
Просторный холл больше всего напоминал огромное студенческое кафе. Не меньше сотни молодых парней и девушек расселись на диванах и креслах вокруг разноцветных столов. Никто не ел и не пил. Все молча пялились в экраны ноутбуков и стучали по клавишам. Ощущение было такое, что идет дождь, и тысячи капель бьются об пол каждую секунду.
– Добрый день! Чем могу помочь? – Худенькая азиатка с раскосыми глазами возникла ниоткуда.
– Привет! –опередила его Кристина, – У нас назначена встреча на четырнадцать часов.
Азиатка взглянула на планшет, что держала в руках.
– Мистер Диего Мария Герер?
Пришла его очередь кивать.
– Вас ждут в переговорной, я провожу.
Пока они пересекали холл, петляя между столами, никто не оторвал голову от компьютеров.
– Кто эти люди? – в недоумении спросил Диего.
– Сотрудники компании, в основном разработчики и тестеры ПО, – с готовностью ответила провожатая.
– А почему они не работают? Или у вас еще обед?
Она засмеялась, будто услышала удачную шутку. Диего стало не по себе, и задавать вопросы расхотелось. В конце концов ему было плевать на то, что здесь происходит. Главное, получить от компании деньги и найти лягушатника!
Лифт поднял их на последний этаж, и там все стало на свои места. Стены и пол из белого мрамора, золотая вязь надписей. Никаких студентов-хиппи, только строгие черные костюмы спешащих мужчин и женщин.
– Сюда, – азиатка открыла широкую дверь, – Хорошего вам дня!
Диего вошел первым и будто натолкнулся на стену холодных оценивающих взглядов. Тринадцать юристов-крючкотворов занимали всю сторону длинного лакированного стола, разрезавшего помещение пополам. Чертова дюжина табличек с именами. Напротив – столько-же свободных стульев и только одна табличка – «Оппонент».
«Даже имя мое не удосужились написать!» – взгляд Диего пробежал вдоль стола и уперся
в два пустых кресла, возвышающихся во главе.Массивные, чем-то напоминающие трон, они ясно давали понять – здесь не ищут компромиссов, здесь диктуют условия.
«Это что, заседание трибунала?» – он повел пальцами по короткой щетине на подбородке.
Стрелки настенных часов показали ровно два по полудню. Кристина опустилась на край свободного стула, держа в руках старый конверт. Муту занял место рядом и опять стал тереть колено.
«Вот кому все нипочем!» – Диего прошелся позади стульев.
– Почему не начинаем? – сказал он громко, чтобы все услышали.
Пара крючкотворов бросила взгляд на закрытые двери позади пустующих кресел. Вот откуда появиться начальство. А может никто и не придет? Промаринуют до вечера, да перенесут встречу. Будут тянуть сколько вздумается, хоть неделю, хоть месяц! И кто им помешает?
Он развернулся, и вдруг заметил ухмылку на лице одного из юристов компании. Остальные прятали глаза. Борясь с приступом бессильной ярости, Диего обошел пустующие кресла и направился к дверям.
– Вам туда нельзя, ждите исполнительного директора здесь! – крикнул кто-то вдогонку.
– Попробуй останови! – дверь легко поддалась, он ввалился внутрь и точно очутился в старой японской хижине. Мягкий свет бумажных фонарей, дубовый пол. Вместо стен рисовая бумага, расписанная каллиграфией. Напротив друг друга две сдвижные перегородки. «Президент Си-Джи-Гейм Груп» и «Исполнительный директор Си-Джи-Гейм Груп».
– Ты то мне и нужен, – пробормотал Диего, чувствуя, что злость куда-то испарилась.
Осторожно, чтобы не сломать деревянную раму, он сдвинул перегородку и вошел.
– Минутку, я сейчас подойду! – сказала светловолосая женщина, не поднимая головы.
Изящное кресло и широкий письменный стол никак не вписывались в японский интерьер помещения. Как и малахитовый «Паркер» в руке женщины. Кровь викингов наделила ее лицо холодной скандинавской красотой, и даже время тут оказалось бессильно.
Диего выпрямился, вдохнул поглубже и произнес, стараясь, чтобы голос не подвел.
– Ну здравствуй, стрекоза!
Женщина замерла. Ручка выпала у нее из рук, докатилась до края стола и со стуком ударилась о пол. По деревянному полу растеклась жирная черная клякса.
Глава 34
34. Диего.
Говорят, память человека избирательна. Говорят, время лечит. Говорят, люди помнят только хорошее, напрочь забывая обо всем, что еще недавно рвало сердце на куски. Говорят, это дар божий слугам его. Может быть. Вот только Диего был слугой иных Господ.
И он помнил все. Каждое чертово мгновение его жизни было прописано в сознании, точно бездушные строчки судового журнала. Убористые, скупые, безликие. Сколько раз он мечтал все забыть? Тысячи! Жалел ли о том, что помнил? Никогда. Жизнь без смысла, без надежды, без конца. Лишь воспоминания, которые не позволяли ему сойти с ума, заблудившись в чертогах собственного разума. И жажда мести, что гнала вперед.