Полночные узы
Шрифт:
Данте выключил фары и припарковал «порше» неподалеку от здания, за которым им предстояло наблюдать. Порыв ветра подхватил собравшуюся у обочины пыльную листву и швырнул ее на капот машины. Когда ветер утих, Данте открыл окно, впуская в салон холодный осенний воздух, и вдохнул полной грудью.
Ноздри дрогнули, уловив сладковато-пряный аромат, тело напряглось. Запах был едва уловимый, естественный, такую композицию не могли создать в лаборатории ни люди, ни вампиры. Томительно-теплый аромат напоминал смесь корицы и ванили, но казался более сложным, мистически притягательным. Запах был уникальный, не похожий ни на какой другой.
Данте узнал его мгновенно.
Тесс.
Данте открыл дверцу и вышел.
— Что ты делаешь?
— Сиди на месте, — приказал он Чейзу, двигаясь на запах, ноги сами несли его по тротуару.
— Что происходит? — Вытаскивая пистолет из кобуры, агент тоже начал было вылезать из машины, намереваясь последовать за Данте. — Да скажи, черт возьми, в чем дело? Ты заметил что-то подозрительное?
— Сиди в машине, Гарвард, и глаз не спускай с этого здания, прислушивайся к каждому шороху. Мне нужно кое-что проверить.
Данте считал, что за несколько минут здесь ничего не случится, а если и случится, его это не заботило. Сейчас он мог думать только о манящем аромате, который свидетельствовал о том, что женщина где-то рядом.
Его женщина, напомнил внутренний голос.
Данте, словно хищник, шел по следу. Как все представители Рода, он обладал острым чутьем и животной ловкостью. Вампиры могли перемещаться стремительно, будто ветер, оставаясь невидимыми для людей. Именно так Данте сейчас двигался в толпе, звериный нюх уверенно вел его к цели.
Свернув за угол, вампир оказался на шумной улице и там на противоположной стороне увидел ее.
Данте застыл на месте, наблюдая, как Тесс тщательно выбирает овощи и зелень на рыночных лотках. Желтый кабачок нырнул в ее холщовую хозяйственную сумку, после чего внимание женщины сосредоточилось на корзине с фруктами: Тесс извлекла оттуда мускусную дыню и поднесла к носу, проверяя спелость.
Данте вспомнил тот момент, когда впервые увидел ее в клинике: даже тогда сквозь пелену боли он сумел разглядеть, что она красива. Но сегодня в тусклом мерцании ламп, освещавших лотки с овощами и фруктами, казалось, что она сияет: яркий румянец играл на щеках, зеленовато-голубые глаза искрились, когда Тесс, улыбаясь, хвалила товар пожилой торговки.
Не в силах оторвать от нее взгляд, Данте шел по улице, продолжая держаться в тени. Ее близость и аромат пьянили, кружили голову. Данте ртом вдохнул сладковато-пряный воздух, языком ощущая приятную волну.
Господи, он вновь хотел припасть к ее шее.
Ощутить вкус ее крови.
Насладиться ею.
Не вполне отдавая себе отчет в том, что делает, Данте шагнул с тротуара на проезжую часть. Он мог бы через секунду оказаться рядом с Тесс, но кое-что насторожило его. Данте был не единственным, кто наблюдал за Тесс с явным интересом. Неизвестный скрывался в тени одного из зданий, осторожно выглядывая так, чтобы Тесс его не заметила. Он ждал, когда она закончит делать покупки. Мужчина не был похож на маньяка — высокий, худощавый, с лицом пай-мальчика. Но и Тед Банди [5] имел весьма смазливый вид.
5
Теодор Роберт Банди (1946–1989) — американский маньяк-убийца, совершил около сорока преступлений.
Тесс рассчиталась за покупки и пожелала торговке спокойной ночи. В ту самую минуту, когда она отошла от лотков, из своего укрытия
вынырнул и наблюдавший за ней мужчина.Данте напрягся при мысли, что Тесс может угрожать опасность. В мгновение ока он пересек улицу и последовал за мужчиной, готовый схватить незнакомца за руку, если только тот посмеет протянуть ее к Тесс.
— Эй, доктор, — фамильярно окликнул Тесс мужчина. — Что случилось?
Тесс обернулась и удивленно улыбнулась ему:
— Привет, Бен! Что ты здесь делаешь?
Она его знала. Данте тут же отступил назад, сливаясь с потоком прохожих.
— А ты разве не получила мое сообщение? У меня тут было кое-какое дельце, и я подумал, может, мы зайдем куда-нибудь поужинать или просто выпить.
Данте видел, как незнакомец подошел к Тесс вплотную, приобнял ее и поцеловал в щеку. Мужчине она явно нравилась. Больше чем нравилась, Данте отметил собственнические жесты в его поведении.
— Мы идем завтра на выставку? — спросил мужчина.
— Разумеется, — кивнула Тесс, отводя в сторону руку с сумкой, к которой потянулся мужчина. — Как ты думаешь, что мне надеть?
— Что хочешь. Не сомневаюсь, что ты будешь выглядеть потрясающе.
«Ну конечно, это ее бойфренд», — догадался Данте. Это ему она звонила прошлой ночью. К нему бросилась за помощью в ужасе от того, что Данте с ней сделал.
Воина обожгла ревность, на которую он не имел никакого права. Кровь закипела в жилах. Звериная часть его натуры побуждала рвануть к Тесс сквозь толпу и сказать, что она принадлежит ему, и только ему. И не важно, знает она об этом или нет. Не важно, хочет ли этого.
Но здравый смысл удержал Данте.
Он не желал обзаводиться Подругой по Крови. Никогда не желал и никогда не стал бы этого делать.
Данте наблюдал, как Тесс со своим бойфрендом шла по улице, их болтовня растворялась в гомоне прохожих. С минуту Данте следовал за ними, кровь стучала в висках, пульсировала внизу живота.
Затем вампир отступил в тень, развернулся и направился к машине, в которой его ждал Чейз. Данте очень надеялся, что предположения Гидеона о вечеринке Отверженных подтвердятся на все сто процентов. И чем раньше, тем лучше. Он жаждал боя, свирепого и кровавого.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Вечеринка в старом пустующем здании действительно состоялась, но на ней собрались исключительно представители расы людей. В поле зрения не оказалось ни одного Отверженного или вампира из Темной Гавани, включая подсевших на «малину» легкомысленных юнцов. Вероятно, следовало считать удачей то, что в течение нескольких часов в городе царило спокойствие, но Данте так не думал. Он испытывал напряжение, требовавшее разрядки.
И получить ее было несложно. Данте знал с десяток мест, где можно найти сговорчивую женщину с полнокровными венами и горячим лоном. Высадив Чейза у Темной Гавани, он поехал к одному из ночных клубов. Данте припарковал «порше» у обочины, набрал номер бункера и в двух словах доложил Гидеону, что за ночь ничего интересного не произошло.
— Это не повод расстраиваться, Ди, посмотри на ситуацию с другой стороны: ты провел в обществе агента целых семь часов, и он все еще жив, — пошутил Гидеон. — Это само по себе примечательное событие. Мы тут поспорили, сколько часов он продержится. Я поставил на девятнадцать.
— Девятнадцать? — Данте рассмеялся, — Ну, тогда я ставлю на семь с половиной.
— Что, все так плохо?
— Думал, будет еще хуже. По крайней мере, этот холеный чистюля умеет подчиняться приказам, хотя, если судить по его виду, он привык их отдавать.