Под иными звездами
Шрифт:
— Меня зовут Франк, это — Урд! — заговорил вампир, слегка поворачиваясь, чтобы оборотням было лучше видно девушку, — Ее деревню сожгли люди, она одна осталась. Решил помочь — у людей ей жилось бы не лучше, чем собаке.
Приблизившись почти вплотную, все трое глубоко вдохнули воздух и тут же улыбнулись. Радостно так и дружелюбно, что мгновенно заставило их лица преобразиться — они словно осветились изнутри и будто бы искренне радовались появлению зверодевушки.
— Вот оно как? Правду, что ли, красавица, упырь говорит?
Урд хмуро и нехотя кивнула.
— Немая, что ль? — удивленно спросил один из оборотней.
—
— Ну а твой-то резон ее провожать было, вомпер? — поинтересовался тот, что покрупнее, — Поди, награду какую хочешь?
Франк улыбнулся, но скупо и предупреждающе. Мужики его ухмылку поняли и одобрительно закивали.
— Ну, тодыть, потопали, а? — весело поинтересовался оборотень, — Накормим, напоим, да отдыхать положим… На многое, вомпер, не надейся — ваш народец нам не особо люб, но за родича спасибо!
Франку очень хотелось сказать, что не очень-то они на родичей смахивают — больно уж на медведей похожи.
А в маленькой деревне зверолюдей он только убедился в своих домыслах — это и правда были медведи-оборотни. Не только мужчины, но и женщины отличались крупными фигурами и ростом, а в земле, играясь и забавно попискивая, крутились и переваливались детеныши — маленькие и не очень медвежата.
Фран снова глянул на Урд. Отметил ее понурый и недовольный вид, так резко контрастирующий с невероятно радостными мужчина и невольно подумал: а будет ли такой уж хорошей идеей оставлять такую кроху среди медведей?
И он совершенно не удивился, услышав от нее в сумерках, около костра, после того, как хлебосольная жена деревенского старосты их сытно накормила, категоричное и до смешного суровое:
— Не хочу здесь оставаться!
На них посмотреть собралась вся деревня. Праздник в их честь, конечно, не закатили, но на деревенской площади, в центре которой высоко полыхал большой костер, оборотни расселись в несколько рядов и громогласно переговаривались, передавая огромный черпак с медовухой. Все вопросы пришельцам были заданы, все ответы получены, и теперь они просто приятно проводили время, изредка вынуждая и своих гостей присоединиться к той или иной беседе. Царила атмосфера какой-то дикой, но все же уютной семейственности и простодушия. «Вомперу» здесь понравилось, а вот Урд взирала на оборотней дико и насторожено. Что поделать — разные темпераменты.
— Здесь тебе будет хорошо, — уверенно заявил Франк, смело отпивая из черпака.
— Не будет…
— Почему ты так в этом уверена?
— Ты только посмотри на них! — громко воскликнула девушка, обводя рукой собравшихся вокруг костра оборотней.
— Тише ты! — улыбнувшись, произнес Франк и обнял ее за плечи, — Невежливо так себя вести с теми, кто столь гостеприимно принял нас.
Девушка прыснула и обиженно насупилась. Но руку вампира не скинула и даже теснее прижалась к нему, явно млея от хотя бы такой, но близости.
А вот неделя без крови да и регулярная, пусть и частичная, трансформация не далась Франку просто. Он быстро опьянел и в итоге задремал, откинувшись на большой пень и сложив на груди руки. Никто его не потревожил, а у костра было тепло и уютно и не надо было даже контролировать циркуляцию своей крови. Впервые за долгое время вампир позволил себе как следует отдохнуть — в деревне зверолюдей он чувствовал себя на удивление спокойно и безопасно.
Поутру его разбудили голоса — немного раздраженные
и громкие. Особенно выделялся среди них голос Урд: она чему-то шумно возмущалась и сопротивлялась. Именно это и сдуло с него сон, как сухую листву.Широко распахнув глаза, Франк пружинисто вскочил и огляделся, чтобы мгновенно оценить ситуацию вокруг.
Тепло светило утреннее солнышко. Угли костра тлели и иногда потрескивали. Площадь была пустынна. Но в нескольких шагах от него он заметил Урд, которую тесным кольцом окружило несколько мужчин. Один из них — аккурат тот, кого они повстречали в лесу накануне — крепко держал тонкую ручку девушку и которую та пыталась храбро, но безуспешно вырвать.
— Ну ладно тебе, кроха, ломаться, — почти добродушно рокотал державший ее оборотень, — Что тебе не нравится? В моем доме тебе будет хорошо — я заботиться о тебе буде, на руках носить! Родишь мне много хорошеньких медвежат!
Челюсть знакомо закололо, как и скулы. Фран распахнул видоизмененный рот и в один прыжок оказался около оборотней, легко протиснувшись между ними.
— Твою мать! — прогрохотал зверочеловек, болезненно поморщившись от крепко захвата Франка, который без особого усилия заломил ему запястье, тем самым заставив отпустить руку Урд.
Девушка в один миг прижалась к вампиру и что-то испуганно залепетала.
— Вампир, черт тебя дери, отпусти! — угрожающе рыкнул один из оборотней, подступая к Франку и тут же получая от того ощутимый толчок, от которого тот пораженно и недовольно охнул, согнувшись.
— Что здесь происходит? — хмуро поинтересовался Франк, оглядывая честную компанию.
Оборотень, чью руку он так и не подумал отпустить, громко выругался — пальцы вампира держали крепко и больно впивались отросшими когтями под кожу.
— Да ты чего, вомпер? — пробасил оборотень, продолжая морщиться, — Мы просто с хвостатой болтали, ничего такого! Я ей предложение сделал — хочу, чтоб женой мне стала! Знаешь, какую ценность свежая кровь для нас представляет? Да еще такой редкой породы?
— Породы, говоришь… — Франк оскалился и вид непропорционально длинных и острых клыков, в которые превратились его зубы, заставил зверолюдей пораженно и испуганно охнуть в унисон и даже отступить.
Франк был зол. Страшно зол. Причем в первую очередь на себя.
О чем он думал, когда решил, что остаться в этой деревне медведей-оборотней будет для Урд отличным решением? Разумеется, она не могла не привлечь внимание местных самцов, учитывая, что она, несмотря на хрупкую внешность и миниатюрность, давно вошла в детородный возраст. Наверняка забеременеть от сильного семени ей не представлялось никакой сложности, но от предположения, что маленькая Урд будет вынашивать огромного медвежьего младенца, его мгновенного бросило в холодный пот. Да как она, со своей-то комплекцией, сможет пережить хотя бы одну беременность и тем более роды? Да ее разорвет же изнутри!
— Мы уходим, — прорычал Франк, отталкивая от себя оборотня, — Спасибо за гостеприимство и заботу, но здесь я девочку не оставлю.
— Да ты в своем уме, упырь? — возмутился один из мужиков. Хотел, видимо, податься вперед, но вампир так красноречиво щелкнул пастью, что тот, вздрогнув, резко передумал. Франк едва доставал ему о плеча, да и вширь был раза в три меньше. Вот только даже в частичной трансформации, от которой уже неприятно покалывало кожу на солнечном свете, его силы нисколько не уступали медвежьей.