Чтение онлайн

— Тут настолько много комнат, — проходя по коридору второго этажа, я открыла очередную дверь, видя за ней просторное помещение с пока что пустыми шкафами для книг, двумя диванами и столиком. Создавалось впечатление, что это место должно быть библиотекой, но похожую комнату я видела на первом этаже. — Я пока что не могу понять, зачем они вообще нужны.

— Тебе не нравится? — одной рукой опираясь о дверной проем, Картер, находясь за моей спиной, вторую положил мне на живот. Наклоняясь и губами медленно касаясь шеи. Дыханием обжигая кожу.

— Нравится. Очень, — произнесла, чувствуя, что из-за альфы моё дыхание мгновенно сбилось. — Я вообще в восторге от этого дома. Просто пока

что непривычно.

Этот особняк нам с Картером подарили его родители. Он находился за городом в недавно построенном закрытом поселке. В отдалении от других соседей, с огромным садом и четырьмя этажами, из которых мы пока что осмотрели лишь два.

Если я правильно понимала, изначально Картер не хотел его принимать. Еще находясь в больнице, в ванной комнате, я слышала, что он разговаривал с отцом по телефону и говорил о том, что купит дом на свои деньги, но его родители настояли на том, что хотят сделать хоть какой-то подарок на начало нашей с Картером совместной жизни. А дом, как я поняла, из соображения безопасности сейчас был важнее всего.

И я явно не могла назвать этот дом «хоть каким-то подарком». Он действительно великолепен. Еще явно стоил столько, что я даже думать об этом боялась.

— Твои родители тебя очень любят, — закрывая дверь, я пошла дальше. — В такой короткий срок, они нашли настолько невероятный дом. И просто подарили его.

Я понимала, что семья Даран богата, но покупка такой недвижимости любому ударит по карману. Тем более, этот дом только недавно был построен и стоял полностью пустым, но Аделар и Амелия Дараны, в кратчайшие сроки позаботились о том, чтобы комнаты заполнили хоть какой-то мебелью. Чтобы мы сразу могли сюда переехать, но чуть что при желании позже имели возможность наполнить комнаты по собственному вкусу.

Во всём этом ощущалась их безграничная забота.

— Они и тебя любят, Лили, — Картер взял мою ладонь в свою, переплетая наши пальцы. После моего пробуждения мы часто держались за руки. Нам так было легче. И контролировать себя становилось чуточку проще. Картер, как мощный наркотик без соприкосновения с которым начинало ломать.

— Пока что я для твоих родителей чужой человек.

— Тебе не стоит об этом думать так.

Открывая следующую дверь, я более чем отчетливо понимала, что мои слова были слишком грубыми. Особенно, если учесть то, что Аделар и Амелия приняли меня, как свою. Маму Картера я пока что лично не видела. На момент того, как стало известно про истинность, она находилась в поездке. В срочном порядке вернулась и, когда я находилась в больнице без сознания, она, имея связи среди медицинской среды, искала для меня врачей и хоть какие-нибудь сведения о том, как можно облегчить пробуждение. И после того, как я очнулась, она не имея возможности лично прийти, так как ко мне пускали только Картера и врачей, передавала цветы и вкусные, полезные сладости. А еще она явно понимала меня, как девушку и передавала то, в чем не было критичной нужды, но меня это очень радовало и поднимало настроение. Например, приятный, нежный и мягко пахнущий набор из гелей, шампуней и мыла. Удобную и красивую одежду, хорошую расческу и заколки. Много мелочей, о которых я стеснялась попросить, так как понимала, что и без этого уже всем доставила много проблем, но, получая все это от Амелии, радовалась.

То, что делал Аделар тоже было неоценимо. Лишь со временем я узнала, насколько тяжело Картеру было во время моего пробуждения. Как сказала Маргарет он сам испытывал полное помутнение рассудка и того, что безумием влияло на него физически. Но при этом пытался делать все и даже больше. И ему помог Аделар. Забрал на себя обязанности по охране и многому другому.

И я знала о том, что правительство пыталось повлиять на родителей Картера, чтобы через них иметь влияние на нас. Они предлагали Аделару и Амелии продвижение их дел и более глобальную поддержу, но они отказались.

Более того, принимая наше решение не брать помощь от правительства, сами нас поддерживали, чтобы мы в настолько сумбурное для нас время, более устойчиво стояли на ногах. Даже в том, как Аделар и Амелия подарили нам этот особняк, чтобы мы не переживали о жилье.

— Давай, завтра пригласим твоих родителей на

ужин, — предложила, когда мы уже подошли к лестнице, чтобы подняться на третий этаж. — Я сама что-нибудь приготовлю и накрою на стол.

Сейчас уже было поздно. Да и меня только сегодня выписали из больницы, но будет хорошо хотя бы завтра увидеться с Аделаром и Амелией, чтобы поблагодарить их за все, что они сделали для нас.

Для того, чтобы обойти весь дом, потребовалось не мало времени, но под конец, я уже никакими словами не могла выразить свое восхищение.

Во-первых, на первом этаже был крытый бассейн. Еще один находился в саду. Для меня, как для человека, который обожал плавать, это уже являлось поводом считать себя самой счастливой во всем мире.

Во-вторых, тут вообще имелось абсолютно все, что только можно себе представить. В том числе и огромная терраса, веранда, огромнейшая кухня. И бесконечное количество комнат, из которых можно сделать все, что душа пожелает. Не дом, а целая крепость. Еще ухоженный сад, похожий на бесконечный рай.

Но с детства я привыкла к совершенно другому уровню жизни и пока что не могла поверить в то, что действительно могу жить тут. Подобное казалось сном. Но, куда более ощутимым являлось чувство того, что я всего этого не достойна.

Вот за что мне все эти блага? Лишь за то, что я, оказывается омега и за то, что я истинная Картера?

Вот только, Картер даже родясь в богатой семье, практически всего добился сам. Он уже давно был вхож в дела бизнеса Даранов. Отвечал за некоторые направления, развивал их. Открывал новые. И при этом учился на нескольких специальностях. Учебу не всегда посещал, но лишь по той причине, что знания позволяли ему это делать. Он же с детства практически все время проводил с репетиторами и еще в школе с ними проходил программу университетов.

А что я? Ничего.

И в этот момент я вспоминала про родителей Картера. Все дела вел Аделар, но Амелия не была всего лишь красивым дополнением к нему. Она тоже помогала и поддерживала его. И мне бы хотелось быть полезной.

— Как думаешь, я смогу заново поступить в университет? — открывая холодильник, я осмотрела его содержимое. Оказалось, что в нем было чуть ли не всё. Фрукты, овощи, молоко, сыры, мясо.

После того, как мы осмотрели особняк, пришли на кухню и, вопреки тому, что тут уже имелось три горничные и повар, хотелось самой что-нибудь приготовить для нас двоих.

— А ты хочешь? — Картер отодвинул стул и сел за стол, только сейчас включая телефон. Сегодня, после того, как меня выписали из больницы и мы вдвоем оттуда уехали, он вообще разрывался от звонков, из-за чего альфа его отключил.

— Да. Очень, — я достала из холодильника помидоры. — Но я боюсь, что этим могу доставить проблемы твоей семье. Мы же отказались от помощи правительства и только вы сейчас можете дать мне защиту. А как это делать в университете?

— Насчет этого тебе вообще не нужно переживать. Ты отказалась от их помощи по моему желанию, но я этого хотел зная, что могу дать тебе больше, чем они и я это сделаю.

— Да я сама не хотела ничего принимать от правительства, — я взяла несколько упаковок с сырами, рассматривая их. — Мне нравится быть независимой от них. Но и доставлять проблем твоей семье я тоже не хочу.

— Прекращай, Лили, — Картер отложив телефон, поднялся со стула и подошел ко мне. Забрал у меня сыр, положил его куда-то и, подхватив меня под бедра, усадил на столешницу. — Ты никогда не сможешь создать проблемы. Скорее наоборот.

— Тогда, я в следующем году попробую заново поступить своими силами. Опять подготовлюсь к экзаменам и пойду сдавать, — я положила ладони на его плечи, чувствуя, как по телу пробежал ток. В больнице мы многое делали. Постоянно находились в руках друг друга и даже душ принимали вместе. Но полноценного секса у нас до сих пор не было. Мы оттягивали его для того, чтобы прежде всего привыкнуть друг к другу и не навредить, но подобное лишь накаляло атмосферу между нами. До такой степени, что она уже пылала. Даже, когда мы просто разговаривали или держались за руки. Это начинало жестоко пожирать. В особенности в том, что я видела в глазах Картера. За последние дни они даже на мгновение не стали человеческими.