Чтение онлайн

Его секретарь Дарик был сыном вампира и демона. Он был высок, красив, питал вампирскую страсть к плащам и костюмам тройкам, а кожа его была демонического серого цвета. Хвост и черные глаза достались от матери. Отец учил Дарика исчезать, но пока что это плохо выходило. Воланду Дарик нравился – проблем с парнем не было, хвостом он не вилял, и никогда не жаловался на объемы работы, которые в последнее время они вместе разгребали. Воланд окинул взглядом гигантские горы папок, высящиеся у стены. Еще несколько, шурша, материализовались наверху. Сейчас они с Дариком откроют каждую из них и поставят печать на тех, кого решат принять на баланс. А утром их будет ждать новая партия папок.

Когда душа высвобождается из тела, ее будто магнитом тянет к другим таким же душам.

Они летят в потоке, образуя собой реку мёртвых Стикс. Летят над улицами городов, над домами и над озерами, петляя и находя новые пути. Люди не могут их видеть также, как и не могут видеть большинство потусторонних существ. Некоторые из таких существ обитают в бюро ритуальных услуг и в больницах. Они приписаны к секретариату ада или рая, работают всегда парами, и работа их заключается в том, чтобы составлять досье на каждого мертвеца. Затем эти досье они отправляют в рай и ад. Каждое досье просматривают, и, если душа соответствует всем требованиям, ее берут на баланс. Чтобы заполучить душу, на её досье надо поставить печать. У светлого и тёмного царства собственные различные печати. Адская печать выглядит как пиктограмма. Ее носит на лацкане Воланд, и с тех пор, как Дарик стал секретарем главы преисподней, и у него на лацкане пиджака появился такой же значок с печатью. При соприкосновении с документацией печать вспыхивает красным пламенем и прожигает бумагу. Как только печать поставлена, на душе в области груди также прожигается эта метка. С этого момента душа принимается на баланс, она течет по Стиксу прямиком к чистилищу. Если в аду заклеймили печатью папку, она исчезает из стопки аналогичных папок в раю. Воланд снова посмотрел в окно на Лауру. Рай никогда не видел её досье, он об этом позаботился.

А что же случается с теми, чьи тела не попадают в похоронные бюро или чьи смерти не фиксируют врачи? Что ж, такие души обречены вечно течь по Стиксу в унынии и депрессивной апатии. Они выделяют особое вещество – душран. Именно из-за него Стикс опасен. Если подержать руку в потоке душ, можно ее навсегда лишиться.

Придя к власти в аду, Воланд понял, что этому месту нужен хороший пиар, и обратился к Сиире с просьбой помочь восстановить ад. Но демон наотрез отказался возвращаться из мира живых домой, и предложил отправить туда своего лучшего пиарщика. Он сам составил на него досье и передал главе ада. Затем был еще один пиарщик, и еще один. Последним было досье Лауры. Воланд лично пришел за ним, чтобы посмотреть на Сиире. Воланда успехи Лауры впечатлили, и ее судьба была решена. В то время в агентстве вели важный государственный проект. Демон вызвал Лауру с самого утра и, выслушав все её идеи, осмотрев сметы и проверив черновые записи, заварил кофе. В её чашку он добавил яд, и Лаура, спустя пару глотков, уже покидала мир живых. Затем демон просто избавился от тела, чтобы досье на нее никогда не было составлено, и рай не смог забрать душу себе на баланс.

Сиире проследил за тем, где душа влилась в Стикс, и сообщил Воланду. А глава ада высматривал ее в общем потоке душ а завидев, решительно протянул руку и силой вытянул Лауру из Стикса. Он стремительно полетел с душой в ад. Рука не слушалась, была онемевшей, будто она была после наркоза. И в то же самое время Воланду казалось, будто миллионы раскаленных игл втыкались в руку снова и снова.

Он оставил душу на попечение Дарика и пошел к врачу. Ему прописали разогревающую мазь, и врач сказал, продержи руку секундой дольше, можно было бы навсегда потерять чувствительность.

Лаура смотрела в окно и любовалась видом на Красное море. Молох зашел с двумя чашками кофе. Одну он отдал Лауре, а вторую обхватил двумя руками. По стеклу чашки лязгнули черные когти. От кофе еще шел пар, и демон блаженно закрыл глаза, вдыхая аромат. У него даже крылья расправились, так приятен был запах кофе с утра.

– Ты в той же одежде, – сказал он, когда вновь открыл глаза и посмотрел на Лауру.

– Нет, это второй комплект из шкафа.

Демон прошагал до шкафа, открыл створку и просунул внутрь голову.

–

Знаешь что, мы сегодня пойдем в Нижний ад, я тебе все покажу. Да и вопросов, наверное, у тебя много.

– О, это точно, – выпалила Лаура.

– Ну, спрашивай.

– Как я сюда попала?

– Как и все – умерла.

– Я не помню ни момент смерти, ни путь сюда, ничего не помню. Только что меня кто-то встретил, выдал одежду и отправил на работу.

– Душа обычно не помнит ничего, это нормально.

– Почему бумага черная?

– Что? – Молох даже улыбнулся. Лаура кивнула на записку на столе около букета.

– Ну, она каменная, а в аду добывается только черный камень. Из этого камня делается практически всё. Так, рассказать и не показать странно, пошли.

Они допили кофе и отправились в Нижний ад. Сначала прошли вдоль берега до места, где Багровый ручей впадает в море. Пошли вдоль ручья, и буквально через пару минут Лаура увидела большую круглую дыру. От нее исходило слабое алое сияние.

Молох пошел первый и начал спускаться внутрь. Вниз вела каменная лестница. Она спускалась конусом вниз со всех сторон дыры. Параллельно ступеням вниз уходил высокий поребрик, на котором были установлены гигантские каменные чаши, из которых вырывалось алое пламя. Оно освещало всю лестницу.

Они прошли довольно глубоко. И когда, наконец, спустились, перед глазами открылся совершенно иной мир. Если Верхний ад был похож на стандартный канонизированный ад, то в Нижнем аду все было иначе. Даже учитывая, что все происходящее творилось под землей, Лауре казалось, что она попала в огромный мегаполис или даже новую страну. Они стояли на площадке, которая походила на набережную в южных городах, с небольшими перилами в два ряда и большими каменными плитами под ногами. А за этими перилами парили тысячи островов. Большие и маленькие, они левитировали, занимая все видимое глазу пространство. На одних островах было несколько больших строений, на других – всего одно небольшое, похожее на сарай. Острова парили как вверху, так и уходя далеко вниз, в адскую бездну.

Мимо Молоха и Лауры по набережной сновало много странных существ, они очень быстро передвигались. Существа были похожи на маленьких коренастых мужичков, полностью покрытых волосами и с небольшими крысиными хвостами. Лица их выглядели приплюснутыми, как у мопсов, ноздри широкими. Вместо ступней росли копытца, поэтому они немного цокали, когда ходили.

Поодаль вдоль набережной стоял длиннющий поезд с небольшими вагонами. Лаура видела, как эти существа то и дело подходят к вагонам, заходят в них и летят прочь от парковочной станции к парящим островам.

– Это нолы, – сказал Молох. Маленькие существа при виде демона слегка наклоняли голову, будто кланялись. Лаура посмотрела на Молоха, казалось, он этого не замечал, будто так и должно быть. – Итак, сначала нам надо в банк, авторизовать тебя.

Они прошли к одному из вагонов и зашли внутрь. За ними сразу опустилась стеклянная дверь. На двери проявилась панель управления.

– Здесь вся карта, можешь выбрать, куда лететь. Торговый центр, рестораны, кинотеатр. Если коротко: цветное на панели – туда можешь ехать. То, что на карте серое: фабрики, заводы, дома – туда ты не можешь попасть без особого пропуска.

Молох нажал на один из цветных островков.

Из стены с большим окном как раскладушка раскрылись два кресла и стол. Молох предложил Лауре присесть на одно из кресел.

– У нас тут все очень эргономично.

Лаура села в кресло, и оно оказалось на редкость удобным. В это время половинки стола разъехались в стороны, и наверх поднялись кувшин с водой и два стакана.

Их небольшой вагончик плавно отсоединился от станции и полетел. Лаура, как ребенок, вцепилась пальцами в краешек стола и, не отрывая взгляда, смотрела в окно. Они пролетели пару маленьких островов с небольшими домиками, еще один очень большой остров с разными постройками и озером из лавы, в котором плескались саламандры. На острове росла высокая белая трава. Пожилая женщина нол в белоснежном чепчике копалась в огороде, а маленькие нолы качались на качелях.