Отвоёванный шанс
Шрифт:
Но сегодня звук сирены оказался вовсе не учебным. В непосредственной близости от забытой Спасителем планеты, которую они охраняли непонятно от кого, внезапно засветился разведчик Монийской империи. Причём, по неподтверждённым данным, это была легендарная «Пурпурная звезда», уничтожить которую мечтал каждый уважающий себя пилот флота Федерации.
Изначально на успех никто не надеялся. Монийцы в любой непонятной ситуации старались как можно быстрее ретироваться путём пространственного прыжка. Но на этот раз корабль повёл себя очень странно и начал движение в противоположном
Сам факт того, что он появился прямо под носом у ВКС Федерации, казался подозрительным: обычно монийцы предпочитали шпионить с больших дистанций, не подставляясь под удар. Но уничтожить внезапного врага они были обязаны. Хотя бы попытаться это сделать.
Крейсер находился с другой стороны планеты и не мог быстро телепортироваться к месту происшествия, а устаревшие боевые системы флотоносца были бессильны против разведчика, оснащённого по последнему слову техники. Пришлось поднимать истребительное звено.
Спустя минуту начинённые оружием машины уже неслись в пустоте вдогонку кораблю. Через некоторое время они вышли на рекомендуемую дистанцию для ведения огня и сделали несколько залпов. Впустую: разведчик оказался дьявольски юрким, и за ту секунду, пока снаряды летели к цели, он успевал уйти с линии огня. Вдобавок, монийцы умудрились сжечь систему наведения одному из истребителей, и теперь он мог вести огонь только по наводке с других машин. Пришлось активировать противолазерные экраны и продолжать сокращение дистанции.
Боевую ситуацию осложняло внезапное появление какого-то неопознанного объекта. По совокупности свойств он не был похож ни на что из того, с чем пилоты Федерации когда-либо сталкивались, но убегающий разведчик целенаправленно шёл точно к нему. Что это могло значить – оставалось только догадываться.
Врон Мур, первый пилот истребителя №124 и по совместительству командир всего звена из четырёх машин, задумчиво смотрел на экран переднего обзора. На нём светились две точки: красная – цель, и жёлтая – тот самый неопознанный объект, природу которого не получалось прояснить.
Он предполагал, точнее – почти был уверен, что это ловушка. Вот только им был дан конкретный приказ: уничтожить разведчик любой ценой, пусть даже ценой потери всего звена. Придётся рисковать.
– Доклад: накопление энергии на экзорелекторном обводе не фиксируется, звездолёт противника по-прежнему открыт для атаки, – сообщила Мора, его второй пилот.
Врон вздохнул и уставился в бездну, простирающуюся за стеклометаллическим колпаком кабины. Потом посмотрел на экран с данными радаров. Корабль врага продолжал двигаться по направлению к аномалии, не снижая скорости.
Может, это какая-то секретная разработка, которую они хотят прямо сейчас испытать непосредственно в боевых условиях? Ситуация выглядит пугающе. Но отступать нельзя.
– Приказ: рельсы к бою!
Казалось, что монийский разведчик обречён. До объекта, по направлению к которому лежал его курс, оставалось около тысячи километров, а истребители уже находились от противника менее, чем в трёх милях. Увернуться от снарядов, выпущенных с третьей космической скоростью, на такой дистанции
было уже практически невозможно.– Доклад: система энергоснабжения пушек работает нестабильно, причина сбоя не ясна, – внезапно подала голос Мора.
– Перепроверь…
– Д…лад! тршья релш…ш отказшшш… – раздался в наушниках голос Таурана, переднего пилота одной из ведомых машин. – Буду вешти о…нь из трех оршдий…шшш… ш…ицел работает неадекватншш…
«Странно, откуда помехи?», – подумал Врон. Он собирался что-то ответить, но тут раздался испуганный голос ещё одной из ведомых:
– Дошшшш… …шшш… …штроя система оршштацшш…ш…шш…шшшшште?
– Приказ: огонь по команде и отворот! Огонь по команде и отворот! – заорал Врон, пытаясь перекричать неведомо откуда взявшиеся помехи.
Задним числом он уже понимал, что при общении по лазерной связи ближнего радиуса никаких помех быть не должно, а значит – с ними творится что-то совсем неладное.
Так и есть! Дисплей, отображающий данные о движении истребителя, показал невероятное ускорение в 650 м/с… Но этого физически быть не могло! Врон машинально потянулся к кнопке аварийной проверки всех систем машины, но она не сработала, а цифры замерцали и исчезли совсем. Вспыхнул и погас дисплей системы ориентации…
В этот момент замигал индикатор расстояния до заданной цели, сигнализируя, что они подошли к кораблю противника на критическую дистанцию. Слава Спасителю, система наведения вроде бы ещё работала. Лобовое стекло, переключённое в режим противолазерного экрана, всё ещё сохраняло полную непрозрачность, но Врон чувствовал, как близко к ним находится вражеский разведчик.
– Залп! Залп!
Мора оскалилась, давая вычислительной системе команду на доводку корпуса и открытие огня. Но… Рельсовые пушки промолчали. Попытка переключиться в ручной режим управления оружием тоже не принесла никаких плодов. Искусственный интеллект корабля умирал по непонятным причинам. У экипажей других истребителей, судя по всему, дела обстояли не лучше.
– Доклад: система управления полностью испорчена, – глухо прозвучал голос Моры.
Врон понял, что шлемофон тоже перестал работать…
Дать залп его машинам всё-таки как-то удалось, а вот развернуться назад не смог уже никто. Истребители совершенно перестали слушаться своих пилотов. Двигатели глохли. Дисплеи, датчики и лампочки на приборных панелях мигали и гасли друг за другом. Машины продолжали полёт вслед за разведчиком, но уже не в аккуратном боевом строю, а медленно кувыркаясь, как попало.
Между тем, злополучную аномалию уже было видно невооружённым глазом в виде белой точки. Все четыре истребителя неотвратимо приближались к ней на огромной скорости. Врон понятия не имел, что им принесёт эта штука, но морально уже готовился к смерти.
– Мора, если что, прости меня… за всё, – произнёс он, глядя, как звёздочка впереди по курсу становится всё ярче и ближе.
– Не за что. И вы простите…
– Спаситель прощает, и я прощаю.
Потом была вспышка света. Очень яркая, она ударила по глазам даже сквозь опущенные забрала и зажмуренные веки. В тот же миг машину тряхнуло – и…