Чтение онлайн

Вместо классических японских мечей эти два ёкая были вооружены парными кукри, на клинках которых были нанесены светящиеся красноватым светом иероглифы. Не желая проверять правильность своих выкладок о действии иероглифов, Густав подпустил к себе противников и ударил между ног ближайшему. Тенгу согнулся пополам, не ожидая такого подлого приёма от противника, и тут же получил пулю в затылок. От ударов второго ёкая Густав увернулся, стреляя ему по коленкам, но ни разу не попал.

Во время очередного уворота от серии ударов Густав скривился от боли, так как резь в раненом предплечье стала настолько нестерпимой, что он выронил пистолет.

Тенгу решил этим воспользоваться и подскочил вплотную к парню, но ему в промежность упёрлось что-то твёрдое и горячее, а после его сознание потонуло в океане боли.

– Мда, невнимательность к мелким деталям приводит к большим проблемам, - проворчал Густав, смотря на болтающуюся на лоскуте кожи правую кисть, пока в сторонке дымились две ноги и верхняя половинка несчастного тенгу.

Вернув обрубок на положенное ему место, Густав вошёл в зал, где он ощущал ранее ауру кицуне и нескольких других сильных ёкаев, оставив позади сражающихся членов Оккультного Клуба. Внутри он увидел лежавшую на полу связанную невысокую блондинку в красном кимоно японских храмовых жриц, которое с трудом скрывало внушительный бюст своей хозяйки.

«А она подросла», - подумал Густав, переводя взгляд с Ясаки на стоявшего рядом с ней человека с собачьей головой, - Будь добр, отойди от девушки, нэ?

– А ты весьма необычен для человека. Настолько необычен, что на тебя реагируют лей-линии Киото. Я бы тебя отпустил, если бы ты не попытался помешать моим планам. Тайгей, - произнёс человек с собачьей головой.

– Да, Микумо-сама, - вышла вперёд закованная в самурайскую броню помесь паука и собаки.

– Возьмите след и преследуйте свою дичь до конца времён, - произнёс Густав, сделав десяток выстрелов в пол, на котором в местах попадания пуль появились тёмно-красные магические круги.

– Убейте его, - одновременно с выстрелами произнёс Микумо.

– Да, Микумо-сама, - кивнул ёкай и дал знак своим товарищам.

– Гончие Тиндала, - произнёс Густав, и из магических кругов на атакующих ёкаев выпрыгнули существа, похожие на полуразложившихся овчарок с отсутствующими органами брюшной полости. Махнув пистолетом в направлении ёкаев, он скомандовал, - Фас!

– Глупо, - произнёс Микумо, глядя как его подчинённые с лёгкостью расправились с псами.

– Не думаю. Эти гончие будут преследовать свою добычу до тех пор, пока не поймают её, - проговорил Густав, с ухмылкой наблюдая, разрубленные псы появлялись перед своими жертвами из воздуха всякий раз, когда кому-то из ёкаев удавалось отбиться от их атаки.

– Тогда логичным решением будет устранить создавшего их, - сказал Микумо, в руках которого появились две катаны.

– Да что же вы все зациклились на катанах, - проворчал Густав, уворачиваясь от ударов противника или уводя их в сторону, - Самые же отстойные мечи в истории. Взяли бы турецкий ятаган или черкесскую шашку.

– Чужакам не понять всю красоту и мощь катаны, - ответил Микумо, - Но я должен похвалить тебя – мало кому удавалось столь долго избегать моих ударов.

– Ну, я же не могу дать тебе меня ударить, - ухмыльнулся Густав, отпрыгнув от Микумо и скрестив пистолеты на груди.

– Нельзя предотвратить неизбежное, - спокойно сказал Микумо, подскакивая к противнику.

– Законы мира… - проговорил Густав, пистолеты в руках которого засветились фиолетовым светом. Проигнорировав проткнувшие его мечи, он договорил, - Я отрицаю их, - и

дотронулся обоими пистолетами до груди Микумо.

В следующее мгновение на груди ёкая с лёгким гулом загорелся кроваво-красный символ в виде волчьей морды, в раскрытой пасти которой горел крест. Удовлетворённо хмыкнув, Густав ударом ноги отбросил от себя ёкая и взглянул на его соратников, которых терзали гончие-полутрупы.

– И это всё? – покачал головой Микумо, - Простая метка, без какого-либо эффекта?

– Так и быть, я последую местному этикету и поболтаю. Видишь ли, эта метка – знак сильнейшей и уникальной способности моего священного механизма, Дикой Стаи. Она позволяет носителю нарушать законы мироздания, а если конкретно – закон причинно-следственных связей, вроде копья из одного аниме, - произнёс Густав, вспомнив источник своего вдохновения, - И чтобы не засорять тебе голову ненужной болтовнёй – принцип «оружие выстрелило, значит цель поражена» становится «цель поражена, значит оружие выстрелило».

Договорив, Густав направил пистолеты в разные стороны и стал стрелять по стенам комнаты, но куда бы он ни целился, пули всегда летели метку на груди Микумо, превращая его сердце в жидкую кашицу. Когда бездыханное тело предводителя повстанцев рухнуло на пол, присоединившись к своим соратникам, Густав легонько стукнул стволами пистолетов друг по другу, отменяя эффекты всех, применённых ранее, способностей священного механизма.

– Кхе-кхе-кхе, напрасно ты расслабился, - прокряхтел Микумо, поднимаясь с пола, - Я получил доступ к лей-линиям Киото, и меня не так просто победить.

– Нда? Тогда, - проговорил Густав, прислонив пистолеты друг к другу, - Ярость стаи! Абсолютная Форма!

Пистолеты засветились, и вместо них в руках Густава оказалось странного вида оружие серого цвета, некоторые детали которого излучали мёртвый бледно-зелёный свет. Указав своим оружием на Ясаку, он мысленно запер дверь и нажал на курок. Громко загудел тёмно-зелёный вихрь, закрутившийся у дула пушки в руках парня, и через секунду комнату залил зелёный свет.

– Яху! Оно работает! – радостно воскликнул Густав, глядя на целую и невредимую кицуне, которая смотрела на него хмурым взглядом.

– И ты специально устроил этот спектакль?
– усталым голосом спросила Ясака.

– Я в отпуске, - пожал плечами Густав, из рук которого исчезло оружие, - И кроме подобных тебе адептов в чтении природной энергии мне помешать никто не может. И слава мне, ты одна такая.

– И ты предоставил ангелов и демонов самим себе? – спросила Ясака, пока парень её развязывал, - Ты слишком безответственен для сильнейшего божества планеты.

– И это всё, что ты мне можешь сказать после пятисотлетней разлуки? Ты разбила мне сердце, - вздохнул Густав, театрально схватившись за сердце.

– А ведь я думала, что ты действительно умер, - тихо проговорила Ясака, положив руку на рану от мечей Микумо.

– Мне нужно было уйти так, чтобы мне никто не мешал, - сказал Густав, - А ты, я смотрю, времени зря не теряла. Взяла под контроль духов, дочку родила.

– Да, у меня прелестная дочка, - хитро улыбнулась Ясака.

– Так, я сейчас театрально упаду в обморок, а ты разбирайся с демонами, - повторив улыбку кицуне, сказал Густав

В следующую секунду двери в зал были выбиты ударом Дюрандаля, и Густав, закрыв глаза, свалился на кицуне, уткнувшись лицом в грудь правительницы Киото.