Чтение онлайн

– Осторожнее, она сейчас в состоянии берсерка! – предупредил Азазель.

Однако предупреждение Азазеля запоздало, так как баканеко в одно мгновение оказалась рядом с Густавом и с горящими от бешенства глазами занесла для удара руку с ужасающего вида когтями.

– Я решил больше с этим не связываться, - театрально вздохнул Густав, - Белое перо для праведника. Чёрное перо для ужасного греха. Мы – вестники Бога и его карающие десницы, что вершат истинное правосудие. Пусть грешники будут наказаны! Да свершится правосудие! – быстро проговорил он, перекрестив атакующую его баканеко.

– Ого, не думал, что вновь

услышу боевую литанию рыцарей Иллюминати, - присвистнул Азазель, глядя на застонавших демонов Оккультного Клуба и на вспыхнувший перед парнем крест из света, испаривший кошку-ёкая.

– Даже не напоминай! – стряхивая дымок с пальцев, произнёс Густав, смотря на Азазеля, - Я слинял оттуда, так как не хотел иметь дела со сверхъестественным миром от слова вообще.

– Разве Иллюминати кого-то отпускают? – с ухмылкой спросил Азазель

– Я умею убеждать, - гадко улыбнулся Густав.

– Сенсей, об этом поговорить можно позднее, - сказал Иссей лидеру падших ангелов, после чего повернулся в Густаву, - Мольтке-сан, ты тоже в Бригаде Хаоса? – спросил он, а позади Зеновия и Ирина приготовились к атаке.

– Ты у меня на лбу видишь восемь стрел? – спросил Густав, смотря на бывшего Секюритея как на умалишённого.

– Чего? – переспросил Иссей.

– Я не хаосит.

– Я ему не верю, - сказал Саджи, - Пусть идёт с нами, так мы сможем держать его под наблюдением.

– Да ты гений. Скажи, в студсовете все такие же гении, как ты? – притворно удивился Густав.

– Саджи прав, ты идёшь с нами, - сказал Иссей, - И это не обсуждается.

– Да ладно. Попробуй заставь.

– Мольтке, советую подчиниться, - серьёзным тоном сказал Азазель.

«Выпороть бы тебя розгами за это. Но ничего, месть моя будет жестокой», - подумал Густав, подняв руки вверх, - О-кей, о-кей. Подчиняюсь вашему неоспоримому тактическому таланту.

– Вот и славно. Россвайс, присмотри за Асией и за Мольтке, - обратился Азазель к валькирии.

– Хорошо, - кивнула Россвайс.

– Винтерфелл-сан, ну хоть вы постарайтесь убедить остальных, что меня можно отпустить, - обратился Густав к валькирии, пока демоны и ангел в лице Ирины расчищали дорогу от восставших ёкаев, - Вы же создаёте впечатление разумного индивидуума.

– Прости, Мольтке-сан, но это вынужденная мера, - извиняющимся голосом произнесла Россвайс, - Мы должны убедиться, что ты не заодно с террористами.

– Мда, напрасно я решил, что в достопримечательности мне удастся выспаться, - вздохнул Густав.

– Почему ты не вернулся в гостиницу, Мольтке-сан? – спросила Россвайс.

– Седьмая была лишняя, - ответил Густав.

– Что?

– Я говорю, седьмая была лишняя. Не спрашивайте, что именно, Винтерфелл-сан, я не помню, что за пойло мне наливали в баре. Я помню только то, что оно горело синим пламенем, и его нужно пить именно горящим.

– Ты пил спиртное?! – воскликнула Россвайс, - И как тебе не стыдно?!

– Грешен, Винтерфелл-сан. Но на то я и школьник, чтобы ходить по злачным местам и попадать в плохую компанию. Разве вы не такой же были?

– Я была ответственной девушкой и в школе я занималась учёбой.

Высказаться по поводу того, к чему привела серьёзность и занятие валькирии учёбой Густаву не дал появившийся вместе с двумя десятками тенгу Цао Цао, который после непродолжительного разговора вступил в схватку

с Азазелем, оставив молодёжь на тенгу.

«Похоже, Цао Цао не сильно-то и верит в силу повстанцев, раз решил лично вывести Азазеля из боя», - подумал Густав, наблюдая за битвой двадцати трёх тенгу против четырёх демонов и одного ангела, - «В принципе, его можно понять – в соседнем зале находятся оставшиеся повстанцы, Ясака и предводитель мятежников».

Посмотрев на тенгу, преграждавших путь к его цели, Густав перевёл взгляд на Россвайс, сменившую свой розовый спортивный костюм на броню валькирии, которая прикрывала барьерами маленькую кьюби и Асию, попутно помогая сражающимся впереди атакующими заклинаниями. Ему нужно было прорваться к Ясаке, не вызывая вопросов сверх того, что уже возникли ранее, и у него в голове созрел коварный план.

– Может, мне им помочь, Винтерфелл-сан? – обратился Густав к Россвайс.

– Пожалуйста, помоги им спасти мою маму! – услышав слова парня, взмолилась маленькая кьюби.

«Маму?! Ясаку?! Бли-и-и-ин, я влип», - пронеслось в голове Густава, но он продолжил играть роль, - Разве я могу отказать маленькой девочке.

– Мольтке-сан, не вмешивайся, - попыталась сказать Россвайс, но быстро обнаружила себя прижатой к стене, - Мольтке-сан? – спросила она, увидев перед собой улыбающееся лицо своего ученика.

– Талисман на удачу, - улыбнулся Густав и припал к губам валькирии. Очень скоро его язык оказался у неё во рту, и он переместил свои руки на талию валькирии, которая от неожиданности даже не думала сопротивляться. Спустя несколько минут он оторвался от губ Россвайс и произнёс, - А теперь и помирать не страшно.

Оставив шокированную, тяжело дышащую и покрасневшую валькирию позади, Густав побежал в самую гущу сражения, на ходу призывая недавно созданный священный механизм.

– Дикая Стая, - пробормотал он, чтобы его смогли услышать, и вплотную приблизился к одному из тенгу, - Малый бронебой.

Уведя правой рукой удар меча в сторону, Густав выстрелил своему противнику под подбородок пистолетом в левой руке. Затем он резко развернулся, бросив труп своего первого противника в тенгу, атаковавшего Кибу, тем самым пропуская за своей спиной вражеский меч. Повернувшись лицом к атакующему, он сделал не успевающему начать новый удар противнику подножку и несколько раз выстрелил из правой руки по падающему тенгу.

Заблокировав удар очередного противника пистолетом, он прогнулся назад, пропуская над головой меч другого тенгу, после чего резко выбросил руки в стороны, направив оба пистолета в противников.

– Пятикратное «Ура!» разрывному, - проговорил Густав, игнорируя неприятную резь в правом предплечье.

Каждый пистолет выстрелил быстрой очередью в пять выстрелов, оставляя в телах противников дыры размером с кулак. Сделав сальто назад, он в полёте пристрелил очередного тенгу, прежде чем приземлиться и осмотреться по сторонам. Россвайс так и стояла, прилипнув к стене с шокированным выражением лица и румянцем на щеках, Азазель делал попытки не подпустить Цао Цао к демонятам, а Цао Цао делал вид, что у Азазеля это получается. Отвлёкшись на тенгу, который потребовал свою дозу свинца в организме, он решил, что дальше Оккультный Клуб разберётся сам и направился в сторону дверей в следующий зал, но путь ему перегородили два тенгу, отличавшиеся от остальных вооружением.