Особенная
Шрифт:
Зейн привстал в кресле и протянул руку к пакетику, но Шэй расхохоталась:
— Не торопись, Зейн-ла. У тебя дурная привычка — принимать неправильные таблеточки.
— Не напоминай, — в отчаянии проговорил Зейн.
Тэлли снова пробрал озноб. Зейн опустился в кресло медленно, вяло — почти как старик.
Она помнила, как капсула Мэдди повредила двигательные функции Зейна, поразив участок мозга, отвечавший за рефлексы и моторику. Может быть, только это и пострадало в его организме? Может быть, только эту мышечную слабость оставили после себя микроскопические механизмы? Ничего страшного. Этого
Но лишь Тэлли устремила взгляд на лицо Зейна, как снова почувствовала, что чего-то недостает. У него не было роскошных анимированных татуировок, и она не испытывала такой радостной дрожи, глядя на него, как тогда, когда смотрела в угольно-черные глаза своих друзей, «резчиков». Зейн выглядел сонным — чего чрезвычайники никогда себе не позволяли. Просто еще одно симпатичное личико. Ничего особенного.
И все же это был Зейн, а не какой-то пустоголовый красавчик.
Тэлли опустила глаза. Ей хотелось отключиться от того, что представилось так отчетливо.
— Откуда взялись эти капсулы? — спросил Зейн все тем же далеким, отстраненным голосом.
— Забрали у девчонки-дымницы, — ответила Шэй.
Зейн перевел взгляд на Тэлли:
— Я ее знаю?
Она покачала головой, не отрывая глаз от пола. Девочка никогда не состояла в группировке «кримов», и по Старому Дыму Тэлли ее не помнила. На миг Тэлли задумалась, уж не явилась ли эта девчонка из другого города. Может быть, это была одна из таинственных новых союзниц дымников…
— Но она знала твое имя, Зейн-ла, — заметила Шэй. — Сказала, что эти штучки именно для тебя. Ты ждал доставки?
Зейн сделал медленный, осторожный вдох.
— Возможно, лучше спросить у нее.
— Она смылась, — сказала Тэлли.
Шэй негромко зашипела.
— И что, чрезвычайникам нужна моя помощь? — рассмеялся Зейн.
— Мы не то же самое, что… — начала было Тэлли, но осеклась.
Она служила в Комиссии по чрезвычайным ситуациям. Зейн это прекрасно понял. Но ей вдруг захотелось объяснить ему, что «резчики» — совсем другие, не такие, как чрезвычайники-полицейские, к которым он попадал в руки, будучи уродцем. «Резчики» играли по собственным правилам. Они обрели все, о чем только когда-то мечтал Зейн. Они жили на природе, вдали от диктата городских властей, они мыслили ясно и четко и при этом были красивы, но свободны от дурмана красотомыслия.
Свободны от похожести, от одинаковости, от всего заурядного, что просто-таки сочилось из Зейна.
Тэлли поджала губы. Шэй положила руку ей на плечо. Сердце Тэлли забилось чаще.
— Конечно, нам нужна твоя помощь, — сказала Шэй. — Нам нужно прекратить поставки этого… — Она помахала пакетиком с капсулами. — Чтобы больше не появлялись красавцы вроде тебя.
С этими словами она бросила Зейну пакетик.
Тэлли отследила каждый сантиметр полета пакетика. Наблюдала, как он пролетал мимо: Зейн сомкнул ладони с опозданием в секунду. Пакетик раскрылся, стукнувшись о стену, капсулы рассыпались в углу.
Зейн уронил на колени руки, ставшие похожими на мертвых слизней.
— Отличная хватка, — сказала Шэй.
Тэлли сглотнула ком, подступивший к горлу. Зейн был калекой. Он пожал плечами.
— Лично мне никакие капсулы не нужны, Шэй-ла. Я в форме. — Он постучал себе пальцем по лбу. — Наноустройства
повредили мой мозг вот здесь, где должны были находиться микротравмы. Видимо, врачи во время операции произвели новые микротравмы, но, насколько я могу судить, ничего ужасного со мной не случилось. Эта часть моего мозга — новенькая как с иголочки, и в ней происходят изменения. Положительные.— Но как насчет твоих… — У Тэлли сдавило горло, и она не смогла закончить вопрос.
— Моих воспоминаний? Моих мыслей? — Зейн снова пожал плечами. — Человеческий мозг способен себя… как бы это лучше сказать… переписывать. Точно так же произошло с тобой, Тэлли, когда ты сама додумалась до того, как перестать мыслить подобно красоткам. И с тобой, Шэй, когда ты впервые себя порезала. — Он поднял руку. Она дрожала, как пойманная птица. — Управлять кем бы то ни было, изменяя его головной мозг, — это то же самое, что пытаться остановить аэромобиль, возводя на его пути земляной вал. Стоит хорошенько задуматься — и аэромобиль наберет высоту и перелетит через него.
— Но, Зейн… — пробормотала Тэлли. Ее глаза стали горячими от слез. — Ты весь дрожишь.
Дело было не только в неуверенности его движений. Его глаза, лицо, голос… Зейн не был особенным. Он пристально посмотрел на Тэлли.
— Ты снова можешь сделать это, — сказал он.
— Что сделать?
— Изменить себя. Перебороть то, что с тобой сотворили. Вот чем занимаются мои «кримы» — они переписывают себя.
— Но у меня нет никаких микротравм мозга.
— Ты в этом уверена?
— Прибереги такие разговорчики для слабаков, для своих новых дружков, Зейн-ла, — вмешалась Шэй. — Мы здесь не для того, чтобы трепаться на тему, поврежден твой мозг или нет. Откуда взялись эти капсулы?
— Ах, ты хочешь разузнать насчет пилюль? — Зейн улыбнулся. — Почему бы и нет? Все равно вы не сможете нам помешать. Они из Нового Дыма.
— Большущее спасибо, гениальный ты наш, — процедила сквозь зубы Шэй. — И где же он находится?
Зейн задумчиво уставился на свою дрожащую руку.
— Жаль, но я не знаю. Помощь дымников мне бы сейчас не помешала.
Шэй кивнула:
— Так ты поэтому им помогаешь? Надеешься, они сумеют поправить твое здоровье?
Зейн покачал головой.
— Есть многое, что гораздо важнее меня, Шэй-ла. Да, мы, «кримы», раздаем капсулы. Пятеро моих товарищей… — он указал на интерфейсные кольца, — именно этим сейчас занимаются, как бы сидя здесь. Но заняты этим не только мы. Половина группировок помогают нам. Мы раздали уже несколько тысяч капсул.
— Несколько тысяч? — ахнула Шэй. — Это невозможно, Зейн! Каким образом дымники могут изготавливать капсулы в таких количествах? Когда я с ними общалась в последний раз, у них унитазов не было, не то что фабрик!
Зейн равнодушно пожал плечами:
— Можешь меня обыскать. Но пытаться нас остановить — нет, слишком поздно. Новые капсулы работают невероятно быстро. На данный момент уже много красавцев и красоток способны мыслить здраво.
Тэлли посмотрела на Шэй. Если это было правдой, то действительно проблема становилась намного серьезнее. Неудивительно, что Нью-Красотаун так изменился.
Зейн вытянул перед собой дрожащие руки, прижал запястья друг к другу.
— Желаете меня арестовать?