Опальная принцесса
Шрифт:
– Ага, съем и попрошу добавки. Впрочем, моей заслуги там практически нет… Ах, в этом году у меня было столько планов, – я не удержалась от тяжкого вздоха, – а теперь даже не знаю, смогу ли попасть на ярмарку в Коттаме.
Говорю, а сама на Джереми поглдываю. Лицо аристократа сиреет, как небо по вечерней зорьке, брови грозят сойтись на переносице, а уж какая поза напряженная, пальцем тронь и лопнет.
– Если выедем отсюда хотя бы после завтра, и проследуем без задержек, то успеешь как раз на самое интересное, – заверила сеньорита воительница.
Джереми перевел дух и чуть-чуть
– Значит послезавтра?
– Да, ливень уж больно сильный, дороги размыло, экипаж попросту застрянет в грязи, так что завтра мы еще будем здесь.
– Завтра… – гляжу на Рустама.
– Какая нехорошая идея посетила твою светлую голову? – правильно догадался тот.
Брови Джереми снова сошлись на переносице и сам он мне индюка напомнил, очень злого и надутого. Но то его проблемы, а я исподволь подвожу Конкрадова к нужной мысли.
– Здешние жители ведь тоже пропускают ярмарку в этом году… Значит у них есть товары.
– Могу даже подсказать какие, – улыбнулся мошенник.
– Овощи, фрукты, сыры да колбасы, – перечислила Лаура, – ничего интересного.
– Ошибаешься, – парировал Конкрадов. – Мы же вместе по селу ходили. Неужели ты не заметила бочки?
– Какие такие бочки? – Лаура сделала вид, будто не понимает о чем речь.
Руста изогнул бровь и ткнул куда-то в сторону окна.
– Аккуратно сложенные возле порога в каждом сарае и готовые к перевозке.
– И с чем они? – спрашиваю с недоумением. – Виноградника здесь нет…
– Зато есть мед… Ульи почитай в каждом дворе стоят, – с улыбкой поведал Рустам.
– И злаки! – вставила Лаура. – На подходе к деревне раскинулись поля…
– Медовуха, – предположила я.
– И виски! – в один голос добавили Рустам с Лаурой, переглянулись и обменялись загадочными улыбками.
– Как известно мы направляемся на ярмарку в Коттам… – Конкрадов таинственно умолк.
– А все ярмарки сопровождаются фестивалями и весельем, где… – продолжила его фразу Фалькони.
– Спиртное льется рекой!
– И это самый ходовой товар, который гарантирует прибыль, – Лаура светилась, как солнышко от широкой улыбки.
– Филиппа, должен признать ваш ум и деловая хватка поразили мое весьма богатое воображение, – зачарованно разглядывая девушку изрек Рустам.
– О, да, – галисийка хитро прищурилась, – я умею удивлять и обожаю это делать.
Рустам чуть подался вперед, крепко оперевшись руками на стол.
– Хм, а вот я только что понял, как сильно обожаю сюрпризы.
– Кхм-кхм! Мы вам не мешаем? – сердитый голос сеньориты воительницы заставил купцов поубавить пыл.
Лаура отвела взгляд от Рустама и щеки ее вспыхнули едва заметным румянцем. Она встряхнула головой и вымолвила:
– Простите, сеньорита Фалькони, я совсем позабыла о манерах. Уже довольно поздно, можно я отправлюсь спать, а то дневной переход был таким длительным…
– Разумеется!
Рустам в тот же миг поднялся из-за стола, опустился на пол в дальнем углу, скрестил ноги и сложил руки на уровне груди.
– Что же вы такое делаете? – удивилась сеньорита-воительница.
– Вдруг придет староста, мне нужно поддерживать легенду, что я монах джехесит.
– Ах… Ясно… – сеньорита погруснела
и поднялась из-за стола. – Что ж всем доброй ночи.В комнате стало тихо, только Джереми продолжил сверлить меня сердитым взглядом. А я что? Правильно, у меня из головы не выходили слова купцов о бочках. Для путешествия в Виттенбург понадобятся деньги. А тут мне в лоб говорят, что бочки принесут прибыль.
Прежде я собиралась продать в Коттаме свои зелья. Вот только осуществить задуманное под наблюдением графа Барлоу будет крайне затруднительно. А потом еще придется объяснять, что это и откуда.
Нет, нужно заполучить бочки, а потом сбыть их трактирщикам, так сказать, в разгар сезона. Озаренная идеей я подхватилась с места. Но Джереми уже был наготове и заступил мне дорогу.
– Вы чего?
– Идите спать! – потребовал он.
– Неприменно, только старосте доброй ночи пожелаю! – руки зудели от желания исполнить задумку. Но поререк дороги стоял Джереми и бессовестно мешал.
– Нет! Не стоит беспокоить людей так поздно! Вас проводить?
– Обойдусь, – и снова пытаюсь его обойти, но Джереми смещается вместе со мной.
– А я настаиваю!
Смотрю на аристократа и понимаю, он от меня не отстанет. Можно конечно заупрямиться, но к себе всеравно вернуться надо, зелья вместе с остальными вещами остались в комнатке, где Мелиса спит.
– Раз уж вы так настаиваете…
Джереми посторонился ровно настолько, чтобы я прошла к двери. Обхожу его насторожено, отворяю дверь из сеней выхожу в светлицу. Здесь темно, тусклый свет пробивается из сеней, потому выставляю вперед руки, все же обстановка незнакомая. По правую руку хозяйкая спаленка, а если прямо пойти там кровати, где нас разместили. Вот только далеко уйти я не успела. Джереми цапнул меня за руку и бесцеремонно повернул к себе лицом.
– Что вам известно о Рустаме Конкрадове?
Вот так вопрос.
– Ровно столько же, сколько и вам!
– Ваш ответ попахивает лукавством, вы всю дорогу держитесь рядом с ним, а потом бездумно влезаете в его авантюры! Совсем не цените свою жизнь? Он может выставлять себя кем угодно, но вам подобные выходки не по рангу!
– Поэтому вы весь отряд кинули перед деревенькой! Да? Как благоразумно с вашей стороны.
– Вержана, у меня есть четкий приказ – доставить тебя к отцу, а я уже запаздываю… Так еще и всякие бесноватые на пути… – Джереми вздохнул. – Поверь, я бы не оставил всех мокнуть под дождем, одно твое обещание ехать до столицы спокойно и все оказались бы в комфортных условиях. Но вокруг тебя творится сплошная бесовщина. Не понимаю, как ты это делаешь, но прошу – прекрати! И подумай о том, каким пятном это может лечь на твою репутацию?
– Что может быть хуже того, что есть сейчас?
Джереми не растерялся и выдал ответ:
– Монастырь, темница! Поверь у твоего отца найдется и на тебя управа. Ты видишь во мне врага, и не хочешь понять очевидного, я просто – посланник.
– Если вы, Джереми, просто посланник, то прекратите меня воспитывать и пытаться переделать!
– Даже в мыслях такого не было!
– Да неужели?! – мы уставились в глаза друг другу и даже темнота не мешала никому из нас бодаться взглядами.