Чтение онлайн

— Разве в этом могут быть какие-то сомнения? Право, сомневаюсь, — забасил брюнет, которому бы явно не помешало сбросить килограмм так тридцать. Ещё и усы выглядят отвратительно, словно щётка для обуви.

— Давайте спросим, а не будем терять время на пустую болтовню, — строго посмотрел на своих коллег — иначе я их назвать не могу — второй незнакомый мне мужчина. Глаза его словно смотрели через тело прямо в душу. Очень странное ощущение, прямо скажем.

Катя прошла мимо меня, устроившись рядом с графом Булычевым. И все взгляды сошлись на мне. Странно, должно быть неуютно, как это обычно со мной бывает в таких ситуациях. От излишнего внимания руки потеют, в горле сухо, тяжело сказать хоть слово —

кажется, что пустишь с волнения петуха, оказываясь в ещё более неловкой ситуации. Но нет — мне плевать, категорически и строго. Что-то сломалось внутри меня этой ночью. Или же напротив, наладилось. Полная уверенность в том, что в этом вина возвращающихся ко мне воспоминаний, а не только и не столько того, что я учинил бойню и устроил пожар.

— Иван Андреевич, позвольте задать вам нескромный вопрос, — глаза Николая Александровича, обычно холодные и безэмоциональные, горели фанатичным блеском: — Как там, в Аду, живётся?

Они знают, кто я. Знают, что во мне полно воспоминаний из Преисподней. Неизвестно только, в курсе ли они того, что я помню свою предыдущую жизнь?

— Примерно так же, как и здесь. Разве что демонов чуть побольше.

Высокородных особ мой ответ явно развеселил и обнадёжил. Не потому что был остроумным, нет — они убедились в том, что я именно тот, кто им нужен. Осталось понять, зачем?

— Я же говорил, что Ронин и правда Тот-кто-помнит! Я знал! Я чувствовал! — толстый мужчина едва ли не подпрыгивал на скрипящем под ним стуле, очень довольный, прямо как избалованный ребёнок, которому купили вожделенную игрушку. Почему-то он вызывал у меня стойкую неприязнь. Но демонического присутствия в нём я не ощущал, дело было не в этом.

— Я проспорил вам десятку, Алексей Петрович, — кинул другой незнакомец мятую купюру на часть стола, принадлежавшую, как я уже понял, графу Загоровскому. В лицо я его не знал, а вот имя-отчество было на слуху.

— Благодарю вас, Михаил Фёдорович, — а этот, получается, Ермолинский.

Четыре графа и княжна императорской крови. Собрались в предрассветный час. Ради меня. Что же, определённо похоже на то, что я сейчас узнаю очень многое как о себе, так и о жизни города. И мне, обновлённому и перерождённому этой ночью в того, кем я был в Аду, не терпелось заполучить эту драгоценную информацию.

— Господа и дамы, я так понимаю, вы и так в курсе, что я помню Ад и всё с ним связанное. Да, это так, — кивнул я не верившей мне до последнего княжне: — И я хотел бы узнать, почему я помню, что происходило на той стороне?

— Вопрос нелёгкий, Иван Андреевич. Так сразу мы вам и не расскажем, — ответил Пётр Павлович.

— Я готов. Времени у меня столько, сколько вы пожелаете, — ответил я довольно резко графу Воробьёву. У того во взгляде вспыхнула нехорошая искра недовольства. Но он всё-таки проглотил обиду, а не полез ставить зарвавшегося простолюдина на место. Что ж, всё становится только интереснее.

— Тогда присаживайтесь и слушайте…

И я слушал. Всю эту историю про то, как сотня магов отдала свои жизни в обмен на воспоминания, что были скрыты во мне долгие годы. Как многие важные особы искали меня всюду, но не могли найти. Причём поиски вели и те семейства, что пользовались помощью ангелов, и демонологи. Продавшиеся Преисподней определённо искали меня для того, чтобы уничтожить угрозу своей власти в зародыше.

И когда Пётр Павлович дошёл до момента, когда меня обнаружили, я спросил:

— Почему вы решили, что я именно тот, кто вам нужен?

— Мы не решили. Предположили, установили слежку, — кивнул Воробьёв в сторону Кати, на чьём лице заиграла лёгкая улыбка: — И после того, как вы начали убивать демонов одного за другим, вывод был очевиден.

— Хорошо. И зачем я вам нужен? — вот мы и подобрались

к самой сути. Все четверо графов подтянулись в своих стульях, деревянных и не особо удобных. Анастасия Николаевна тоже напряглась, но по другой причине — она, насколько я мог судить, тоже не знала до этой ночи, кто я такой, и внимала каждому слову Петра Павловича. Если бы она знала всё то, о чём говорили в этом зале последние полчаса — вряд ли бы сделала выволочку на том вечере.

За всех ответил Николай Александрович:

— Всё просто. Расскажите нам, как победить демонов и изгнать их с Земли.

И уставился на меня. Все, кто ждал от меня ответа, подались вперёд, когда я только приоткрыл свой рот, чтобы набрать воздуха в лёгкие для ответа. Они наверняка ждут какого-нибудь откровения. Серебряной пули, что разом решит их проблемы. Заставит вычеркнуть пунктик «борьба с демонами» из своих ежедневников. Очень жалко огорчать их. Но придётся.

— Знаете, — тяжело вздохнул я: — Победить демонов будет непросто. Потому что то, что происходит сейчас — ерунда в сравнении с тем, что будет дальше.

— Иван Андреевич, не томите. Кратко и по делу, — попросил меня Михаил Фёдорович. Он, похоже, вообще не любит отступлений и предисловий.

— Если кратко, то Землю ожидает вторжение демонов. Очень скоро.

Мои слушатели застыли, словно каменные изваяния. До них не сразу дошёл настоящий смысл моих слов. Пётр Павлович осторожно переспросил:

— Значит, то, что происходит сейчас, этот массовый призыв фамильяров из Ада — только цветочки?

— Да, — мне оставалось только кивнуть ему. Как бы страшно не звучали мои слова, но озвучить все опасения мне однозначно стоило. Одному Богу известно, сколько жизней я смогу ими спасти в будущем: — Когда я был в Аду, и мы только отбили второй Круг у рогатых, некоторые из их верхушки начали искать запасные аэродромы. Нам об этом поведал один из герцогов Ада, которого мы сумели захватить. И так вышло, что выбор пал на этот мир.

В ответ — тишина. Нет, слышалось напряжённое сопение. Как мысли рождались в головах высокородных и титулованых, встраиваясь в картину мира, начавшую шататься. Повисший над столом вопрос задала княжна:

— Стой. Поясни, пожалуйста. Что значит отбили Круг? Кто те вы, что захватили герцога Ада? Что у вас там вообще происходит, чёрт вас подери?!

— А вы не знаете? В Преисподней уже давным-давно поднято восстание, — что, они и правда этого не знают? Как это вообще возможно? Им подопытные бесы не рассказывают совсем ничего о том, что твориться на той стороне? Судя по тому, как на меня все смотрят — нет.

— Как — восстание? Почему?! — воскликнул Загоровский, едва не залезая с ногами на стол — так сильно он подскочил на стуле в мою сторону. И у всех — удивлённое выражение на лице. Поразительно, как одна и та же эмоция может по-разному проявляться на лице человека в зависимости от характера. Кто побледнел, у кого едва не отпала челюсть до пола, с кого-то заструился ручьём пот.

— Так вышло. Я и сам пока не помню, как вообще оно началось. Помню только, что мы между собой назвали её Войной Воли. И наши боевые кличи.

Мой ответ породил только больше вопросов. Главным из которых был тот, что задал Булычев:

— Иван Андреевич, что значит пока не помните?

— Хм… Наверное, это можно назвать частичной амнезией. Я вообще ничего не знал о том, как обстоят дела в Аду, до того момента в Храме Призыва. Иногда только воспоминания приходили в кошмарах, вот и всё. Но чем больше я борюсь с демонами, тем больше я вспоминаю, — похоже, что один из графов кое-что понял. Встав, Михаил Фёдорович подошёл ко мне и посмотрел прямо в глаза. Стало очень неуютно. Ощущение от пронзительности его взора лишь усиливались, пока он не отшатнулся в ужасе от меня: