Охотники
Шрифт:
Кира медленно отступила от двери, с трудом подавляя страстное желание ворваться в кабинет и высказать родителям, предающим ее из-за какого-то демонского титула, все, что накопилось у нее на душе. Она могла ожидать такого от матери, но не от отца, который всегда понимал ее, как никто другой...
Чувствуя, как к горлу подкатывают судорожные рыдания, она бегом бросилась прочь из коридора, проклиная свое решение спуститься вниз. Боль от поступка родных была так велика, что мешала ей свободно дышать, стискивая в стальных обручах грудь.
Не разбирая дороги, она выбежала из дома, стремясь поскорее покинуть место, где росла все эти годы, наивно и искренне полагая,
И ее брак с мужчиной из рода Фейриан был способен дать все это пусть не им самим, но наверняка внукам и их детям. Кира не сомневалась, что вскоре мать начала бы предъявлять требования найти подходящих кандидатур, способных составить блестящие партии для ее сестры и брата.
За безрадостными раздумьями, она не заметила, как прошла сквозь роскошный сад, украшенный дорогими скульптурами и фонтанами, спустилась по узкой лестнице и вышла к реке.
Никто из их семьи здесь не бывал, кроме нее, разумеется, ведь мать считала купание в воде, к которой был доступ у всех желающих, грязным и постыдным занятием, уделом бедняков, лишенных возможности принимать ванны с дорогими маслами и пенами, стоящими больше, чем воскресный ужин для большой семьи.
Она без сил опустилась на траву, упираясь ладонями в землю. Кира знала, какова судьба охотников... О них слагали сказания и легенды, многие имена гремели на всю страну. Но большинство из этих одаренных людей заканчивали свой жизненный путь в логове какой-нибудь опасной твари, справиться с которой им оказалось не под силу, оставаясь навечно там, откуда даже их кости не могли достать, чтобы похоронить по заведенному порядку.
Слуги, едва выпадала свободная минутка, любили собираться вместе и судачить обо всем на свете. Речь об охотниках заходила неоднократно, потому что многие из них бывали в их краях частыми гостями. Ими восхищались, их силу и могущество уважали и почитали, с ними считались, волей или неволей, даже самые знатные и высокопоставленные люди, ведь от них зависело благополучие всей страны. Маги могли многое, но редкого, бесценного дара, врожденного и полученного по легендам от богов, в их крови не было, поэтому один, даже самый заурядный охотник стоил десятка неплохих колдунов в непростом деле истребления нечисти.
Но ей также было прекрасно известно, что многие из них умирали в безвестности и нищете, так и не добившись успеха на своей торной профессиональной стезе. Такая судьба не могла не пугать ее, ведь она была слишком молода и неопытна...
– Извини, девица, свободных мест нет...
Она вздрогнула от неожиданности, быстро вскакивая на ноги, схватив с земли первый подвернувшийся под руку камень, и с силой запустила им в источник голоса, скрытый ночной мглой.
Раздался плеск воды, смолкло кваканье потревоженных лягушек, поющих свои песни в высоких камышах у берега, затем потревоживший ее голос прозвучал снова, на этот раз с насмешкой.
– Ну, еще раз извини. Я ж думал, ты топиться собралась, вон слезы льешь, как по милому... Тут дело то какое, утопленниц нынешним летом хоть отбавляй, девать некуда...
Кира прищурилась, внимательнее всматриваясь в свободное от зарослей камыша пространство, пытаясь разглядеть своего странного и неожиданного собеседника. И едва не завопила от страха, когда увидела водяного, стоящего по пояс в воде, подперев сильными руками бока и рассматривающего ее с каким-то изучающим интересом, словно определяя,
что она из себя представляет.– Вот, даже в роли утопленницы я никому не нужна. Да что за день такой!
– В сердцах выпалила девушка, с трудом сдерживая готовые хлынуть заново горькие слезы, уже подступающие к глазам. Слишком болезненным и тяжелым было осознание того, что самые близкие и родные люди отвернулись от нее, продав, пусть и задорого.
Мужчина усмехнулся, подкрутил длинные усы и вкрадчиво осведомился.
– Охотница, да и никому не нужная? Ой, не верю я тебе, красавица. Не обессудь, но не верю...
Прекрасно понимая, что это ничего не изменит, Кира рассказала водяному о случившемся. Выговориться хотелось, а другого собеседника, кроме терпеливой нечисти, у нее все равно не было.
Выслушав ее, он пожал плечами, словно не видел в ее беде ничего особенного.
– Делов - то. Да я и сам рад буду избавиться от угрозы в твоем лице, вдруг со временем ты и ко мне в заводь полезешь, мертвых девок вылавливать, да родным возвращать. Платье мне свое принеси, украшения там какие... И получат твои родные от рыбаков местных, которые чуть выше по течению, люди нехорошие, сети ставят, твое мертвое тело.
– Не выйдет, они не поверят в мое самоубийство.
– Так я тебе дурочку утопившуюся по собственной воле и не предлагаю. Есть тут у меня одна, темноволосая, как ты... Да и сложением вы похожи очень... Задушили ее, и в реку тело сбросили. Неужто у тебя и врагов не сыщется каких?
– Теперь у меня их половина округи, все не замужнее женское население, - ухмыльнулась Кира, вспоминая реакцию собравшихся в их доме людей на объявление о ее помолвке со знатным аристократом, на которого были виды у многих.
Водяной не обманул и не подвел. Кира видела, спрятавшись в зарослях камыша, как рыбаки на рассвете вытаскивали сеть, в которой запуталось тело молодой девушки, одетой в роскошное платье...
Она не стала задерживаться в родных краях, чтобы посмотреть на собственные похороны, потому что знала, что не сможет перенести того, что ей предстояло увидеть. Она раскаивалась, что причиняет боль близким людям, но не могла простить им, что собственную дочь они променяли на титул и золото...
Так умерла и была похоронена знатная аристократка Кира Сиврелл, принадлежащая к особому кругу средней аристократии, всего за несколько месяцев до своего бракосочетания, а родилась, но уже далеко оттуда, простая охотница, настоящего имени которой никто не знал, ведь фальшивые бумаги она сделала сразу же, на те деньги, что взяла из своего тайника в имении...
– Выходит, тебе не было даже восемнадцати, когда ты появилась в Красневе?
– Напряженно спросил Рин, старательно глядя в сторону, словно даже один ее вид причинял ему боль.
Кира не умела читать чужие мысли, но почему-то в данный момент была твердо уверена, что он вспоминает первое дело, взятое ею из отчаяния, ведь она очень нуждалась в деньгах. Складывалось впечатление, что охотник пришел в ярость даже от простого воспоминания о давно прошедшем дне, когда они впервые столкнулись в лесу.
Именно после того памятного случая мужчина сам нашел ее буквально через неделю, предложив поучаствовать в деле, ссылаясь на ее необычные знания, которыми не обладал никто из городских охотников. Кира уже тогда засомневалась в правдивости его слов, ведь была наслышана о том, что этот мужчина, показавшийся ей живой горой мускулов, никогда не возвращается с охоты с поражением. Но особого выбора у нее не было, поэтому пришлось соглашаться на то, что ей предлагали, сильно не привередничая.