Ода стали
Шрифт:
– Она же заразная!
– Крайне заразная, ну а что делать? К тому же я не выпускал его из повозки. Да он и сейчас там. Хотите взглянуть?
Нет! – брезгливо отвернулся командующий. – Да знаете, что с вами сделают?! – воскликнул глава стражи.
– Вероятно, что-то ужасное. Как и с вами, мне кажется, за то, что впустили в королевский замок заразу.
– На что вы намекаете?
– Ну, вы же не досмотрели нас.
– Ах ты! Да я… Проваливайте, чтоб духу вашего здесь не было! – прошипел раскрасневшийся Маверин.
– Благодарю вас, и до встречи! – широко махнул рукой Харон.
Обозы благополучно тронулись в
– Ого, здорово вы их развели, господин Слинд! – воскликнул Дуст.
– А как иначе? Не первый день я работаю караванщиком. И не из такого выпутывался. А теперь главное – быстрее покинуть этот городишко.
26. Болезненное расставание для всех
Спецотряд Райгона уже успел основательно укрепиться на Химеровом Когте. Все ловушки и баррикады под чутким руководством Сонмара и с помощью давно ушедших колидийцев были возведены, ожидая своего часа. Оставалось лишь одно но.
– Ну и где же господин Слинд? Надеюсь, у него не возникло никаких проблем из-за тебя, – мрачно произнес Райгон.
– Я должен был сообщить тебе о предательстве. И ты это прекрасно знаешь, – в который раз ответил одно и то же Флизер.
– Знаю. Ладно, ждем еще час, а потом – на разведку. Слышал, Салтер?
– Опять я? Хотя это необязательно. Они приближаются.
И в самом деле, по главному тракту, поднимая облако пыли и распугивая воронье, несся караван лучшего продавца оружия во всей Наридии, члена гильдии торговцев Адригора и просто любящего отца – Харона Слинда. И чем ближе подбирались обозы, тем отчетливее был слышен стук и скрип колес, которые от невероятной скорости (порядка 20 километров в час) были готовы развалиться на беду мужчины.
– Стоять! Стоять, кому говорю! – кричал караванщик, натянув поводья до предела. – Ну наконец-то! Скажу вам без секрета, господа, ваши приключения изрядно потрепали меня. Мы еле вырвались из лап Мильгора.
– Простите, – тихо произнес Мирт.
– Да ладно, как прошло знакомство с Люпером?
– Слишком близко, – с дрожью ответил Салтер.
– Да, этот старик еще может дать жару. Еще до проблем с законом он был одним из главных моих поставщиков. А как он теперь поживает?
– Тихо и размеренно. По утрам зарядка, потом обеденный сон и ночная феерия с его убийственными женщинами.
– Совсем не изменился. Что ж, друзья, нам пора, а вам – удачи! И кстати, Райгон… а где он?
Парс тем временем с упоением смотрел в выразительные глаза Селины, сжимая ее хрупкие ручки.
– Райгон, я должна тебе кое-что сказать…
– Нет, это я должен…
– Говори.
– Селина, я очень рад, что все эти дни я был рядом с тобой. Ты красивая, умная, милая, искренняя девушка, которая смогла зажечь во мне новое чувство – любовь. И я обещаю, что, когда всё это закончится, я приду за твоим сердцем.
– А я обещаю ждать тебя.
– Не своди глаз с горизонта!
После этих слов Райгон со всей возможной для него нежностью и теплотой впился в пухлые губы Селины. И пускай этот поцелуй был по-юношески зеленым и неловким, оба молодых сердца забились быстрее от чувств, нахлынувших на возлюбленных, словно теплые волны далеких морей.
– Держи, Райгон, это тебе! – девушка протянула амулет в виде головы дракона в профиль
из серебра, с кроваво-красными глазами и ртом, сделанными из рубина. Данное произведение ювелиров висело на такой же серебряной цепи панцирного плетения. – Это украшение выковал мой дед, перед одним из нашествий чужаков и вернулся живым. Может, оно и тебе поможет.– Но это слишком…
– Бери! Еще вернешь, – с улыбкой ответила Селина, а в карих глазах предательски стояли слёзы.
– Обязательно верну. До встречи!
– До встречи!
Обозы размеренно поплелись по тракту, оставляя Парсу тяжелое чувство – безмерную тоску. Боевой дух парня пал на самое дно, и всё, что ему хотелось, – это остановить этот бесов караван и уехать от всех этих битв, крови и насилия. Уехать навстречу тихой жизни, прижавшись к той, кто его любит. Пожениться, родить детей, обзавестись домом и умереть от старости в теплых руках Селины, а не здесь, пронзенным холодным клинком. И чем дольше Райгон об этом думал, тем сильнее становилось это чувство пустоты в душе. Холодное и липкое, оно расползалось по телу и уже захватило горло, чтобы крикнуть вслед любимой…
– Райгон, ты как? – внезапно тихо позвал его Мирт.
Парс медленно повернулся и внезапно в ту же секунду понял. Понял, что каждого захватило это неприятное ощущение. Понял по пустым и скорбным лицам товарищей. Понял по горькому голосу своего лучшего друга. Каждый из стоящих рядом юношей хотел убежать за обозами от предстоящей битвы. И Райгон стыдливо отбросил все эти мысли.
«Командир – лицо войска. А такая физиономия нас только загубит», – твердо решил он.
– Братья, я вижу, как вам нелегко. Признаться честно – мне тоже. Мы впервые остались одни: без помощи, приказов и советов. Не в ком нам больше искать поддержки и защиты. Мы теперь сами по себе, и нам страшно. Страшно остаться в незнакомых землях, умирая за чужих королей. Всё это так. Или же нет? У нас еще остались мы. Каждый здесь находящийся найдет опору и защиту в своих товарищах. И знаете, я безумно рад, что стою здесь именно с вами! И если мне придется пасть в этой битве, я буду счастлив, что последним, увиденным мной, будет знакомое лицо. Так воспрянем вновь, чтобы враг дрожал от страха, завидев нас!
– Да, наконец-то ты заговорил как командир! – прокричал Мирт, а затем тихо добавил, слегка подмигнув: – Но приходить за их сердцами мы не будем.
– Какого? Ты что, подслушивал?! Мирт…
– Райгон, парни тут кое-что нашли, – Салтер поднял небольшой бочонок с явным запахом алкоголя.
– Хочешь его зажечь во время осады?
– Какая расточительность, господин Парс. Да, я хотел бы зажечь, но только огонь сражения в наших сердцах.
– Ха, ну вперед!
– А ты?
– Не-не-не, спасибо.
– Не строй из себя монахиню. Ты как глава отряда обязан, – Салтер протянул Парсу кружку с напитком.
– Нет, ни за что!
– Пей! Пей! Пей! – хором скандировали юноши одно слово.
– Ну… ну ладно. Химера вас всех дери, – Райгон взял свою порцию выпивки и с долей отвращения осушил до дна.
– Да!!!
– Довольны?
– Были бы довольнее, если бы ты половину не разлил, – язвительно ответил Мирт.
Вскоре в кубках у каждого члена отряда плескался горячительный напиток. Но на этот раз парни знали меру, да и бочонок быстро опустел. Тоска вмиг покинула лагерь юношей, и в каждом из них воссияли доблесть и отвага.