Невидимая нить
Шрифт:
Наступила тишина. Такая тишина, что было слышно, как в углу сладко мурлыкал кот, как на улице об оконную раму бился одинокий лист осины. Хлопцы почувствовали себя неловко, а дед, глядя на них в упор, молчал, не шевелился. Гнетущее молчание нарушил Мишка:
– Дедушка, нам просто посмотреть надо ту книгу. Она целая? Поищите!
– А что ее искать! Она у меня всегда под руками.
Дед, кряхтя, поднялся с табуретки, вскарабкался на скамейку, засунул руку за икону и достал сверток в пропыленной старой газете. Затем его аккуратно развернул, и перед Генкой и Мишкой легли несколько страниц. Продолжение тех, что у них уже были. Мишка осторожно
– А в листах ничего больше не было?
– уточнил Мишка, думая об игральной карте.
– Ничего,- пожал плечами Михай.
– Дедушка, а они требовали у вас эту книгу?
– Они требовали золото. И ушли не так себе за здорово! Они так нас со старухой исполосовали, что мы два месяца отлеживались на печке. Старуха, царство ей небесное, пожалуй, и умерла от тех побоев. А книжку…
Нет, они хотели клад…
Старик замолчал. Долго смотрел на пожелтевшие листы книги, которые лежали перед Мишкой, взял старую газету и подсунул ближе.
– Можете себе взять это,- смилостивился вдруг дед Михай.- Не нужны они теперь мне. Был помоложе, еще надеялся на чудо. А теперь… Берите, может, пригодится.
– Спасибо, дедушка,- обрадовались ребята.- Может, вам помочь чем? Ну, дров наколоть или сена привезти?
Дед улыбнулся, седая трапеция усов под носом удлинилась, и вдруг от волнения у него начался нервный тик: мелко задрожал правый глаз.
– Ничего мне не надо, внучки. Я свое хозяйство и сам обслужу. Кот себя прокормит, козе сена я уже как-нибудь назапашусь. Вы лучше так приходите. Поговорить.
Ребята окинули еще раз взглядом комнату и теперь только заметили, что у деда Михая нет ни телевизора, ни радиоприемника, не видно даже радиоточки. Попрощавшись, они вышли на улицу. Рыжая коза провожала их любопытным взглядом.
– Вот тебе и дед!
– сказал Мишка.- Надо ему радио провести. Пусть хоть на старости послушает.
– Он же плохо слышит,- заметил Генка.
– Ничего. Включит на всю громкость - услышит. Надо же как-то отблагодарить его за помощь. Ведь не пожалел отдать находку.
– А зачем она ему? Признался же, что всю жизнь искал клад. А теперь старый…
– И чего он летом в хате в телогрейке сидит?
– задумчиво произнес Мишка.- Жарища-то невыносимая! А он - в телогрейке.
– Ему виднее,- заключил Генка.
Не спеша друзья направились домой.
10 июля. Пятница. 10.00
Дна дня исследовал Мишка остатки старой книги, отданные дедом Михаем, и наконец нашел то, что так искал. Эти страницы были перепачканы, измяты, местами надорванные, поэтому-то и ничего не заметил сразу. Наверное, когда-то и дед Михай изрядно трудился над ними. Увидев подозрительное место, Мишка натер пальцы графитом, потер бумагу, и тогда проступила еле уловимая линия. Она была под словами: «И убоявшись, пошел и скрыл талант твой в земле; вот тебе твое…» А левее против этих строк было выдавлено: N 10/1.
Генка почему-то опаздывал. Миша, заложив руки за спину, ходил туда-сюда по комнате и думал. «Скрыл талант в земле…» А что это означает? Может, здесь вся разгадка? Но при чем здесь номер десять? Десятая страница… Десятая глава… Десятая песнь… десятая строчка сверху, снизу… При чем здесь номер?
Послышались знакомые шаги в сенях, скрипнула дверь, и па пороге появился Генка.
– Как дела, старик?
– хорошее настроение так и лучилось на его лице.
–
Дела - дрянь!– уныло ответил Мишка.- Не расшифровываются цифры, и все!
– Надо не забывать,- поучительно сказал Генка,- что все самые сложные задачи решаются самыми простыми методами.
– Это мне известно. Что-то ты слишком весел?
– Почему же мне не веселиться,- сказал Генка.- Я только что с совета бригады. Подводили итоги за июнь.
– Без меня?
– удивился Мишка.
– Ты уж извини. Это я постарался, чтобы не мешали тебе думать…
– Козел!
– обозлился Мишка.
Он ни одного совета ученической бригады по уходу за животными в колхозе не пропускал. Ученические бригады на ферме - дело новое. Ребята ухаживали за животными, полностью отвечая за них. А Генке все кажется, это - шуточки. Мол, детская игра в бычки. И когда он повзрослеет?
– Козел!
– повторил Мишка.- Что ж там было смешного?
Генка вдруг обиделся. Лицо его стало хмурое, глаза прищурились. «Тоже мне Архимед!
– подумал.- Будто я глупее его. Первое место дали, почему ж не радоваться? Хотел поделиться этой радостью, так нет. Сразу все настроение испортил…»
Немного подувшись, Генка потянул к себе книгу, долго и внимательно всматривался в цифры, затем взял ручку, чистый лист бумаги и переписал их. Вскоре, будто и не было размолвки, спросил:
– А ты все продумал?
– Чего думать? По подчеркнутой строке можно только одно судить, что клад зарыт в землю. Правда, там это почему-то называется «талант». Знаешь, что это такое?
– Ну, талант, это, например, у писателя…- пожал плечами Генка.
– Не то,- возразил Мишка.- Здесь не то. Может, это название каких-то денег? У кого бы узнать?
– Съездим в Заозерное к Ванькевичу, к директору школьного музея,- предложил Генка.- Он все знает.
– Надо, чтобы он не догадался о наших планах…
– Возьмем с собой книжку. Спросим, как сшить страницы. Все равно мы ее потом в школьный музей отдадим. И что означает слово «талант» узнаем.
Мишка согласился.
– Поедем. Только книгу пока отдавать не будем. А где нашли - скажем, что у меня на чердаке.
– Тоже мне секрет,- заметил Генка.- Уже деду Михаю разболтали…
Михаю не страшно. Он никуда не ходит и никому ничего не скажет.
На кухне послышался голос матери. Мишка быстро спрятал книжку, начал устанавливать пластинку на проигрыватель. Отверстие никак не попадало на штырек, и пластинка едва не выскользнула из рук. На пороге показалась мать Мишки.
– А-а, Генка здесь, здравствуй!
– Здравствуйте, тетя Майя!
– Вот что, ребята!
– Я выписала в колхозе машину, чтобы сено привезти. Надо помочь. Это на часа два работы.
Генка и Мишка выскочили из дому и помчались за деревню.
10 июля. Пятница. 12.00
Поляна, куда торопились друзья, называлась Тихой. Была она в густом лесу и имела форму прямоугольника: длинная, метров триста, и в ширину метров сто пятьдесят. Тихая поляна была когда-то заболоченным местом с красивым озером посредине. Здесь охотились на диких уток, рыбачили. В Отечественную войну, когда крепкие морозы сковывали и землю, и воду, Тихая поляна превращалась в партизанский аэродром, принимала самолеты с Большой земли. Жила тревожной и героической жизнью. Говорят, сюда приходил Сидор Ковпак. Затем, когда мелиоративные каналы и сооружения пере-полосовали болота, Тихая поляна высохла.