Необходимые вещи
Шрифт:
Большая часть этого монолога прошла мимо ушей Брайана, но осталось одно:
– Две тысячи лет!
– прошептал он.
– Вот это да! Вы уверены?
– На сто процентов, - ответил мистер Гонт.
– У меня есть справка из лаборатории, где этот кусок дерева был подвергнут химическому анализу. Но, знаешь, по секрету скажу, я в самом деле уверен, что это обломок Ноева ковчега.
– Он еще раз пристально посмотрел на деревяшку за стеклом, а потом перевел взгляд своих блестящих синих глаз на Брайана. И, в который раз, Брайан словно к полу прирос под этим взглядом.
– В конце концов гора Борам находится всего в тридцати километрах от горы Арарат, ворона долетит" а относительно последней стоянки корабля, какой
– Да-а-а, --протянул Брайан.
– Вполне логично.
– И, кроме того, он дает удивительные ощущения, когда оказывается в руке, правда?
– Это точно.
Мистер Гонт улыбнулся и взъерошил волосы на голове Брайана, разрушив напряженную обстановку.
– Ты мне нравишься, Брайан. Вот бы все мои посетители были так готовы к чудесам, как ты. Жизнь была бы куда проще для бедных торговцев, подобных мне, если бы так был устроен мир.
– Сколько... сколько будет стоить такая вещь как эта?
– спросил Брайан. Он показал на деревяшку пальцем, который все еще не слишком легко сгибался. Только теперь он стал осознавать, насколько глубоким оказалось впечатление. Так бывает, когда приложишь к уху раковину и слушаешь шум прибоя... но на этот раз ощущение было гораздо сильнее и объемнее. Ему страстно хотелось, чтобы мистер Гонт разрешил еще раз подержать деревяшку, но он не осмеливался попросить, а тот не предлагал.
– А вот это, - сказал мистер Гонт, подперев пальцами подбородок Брайана и глядя ему в глаза, - это будет зависеть от покупателя. Сколько захочет дать за эти прекрасные товары, а именно такие они и есть, покупатель? Сколь бы ты дал, Брайан?
– Н-не знаю, - промычал Брайан, думая о девяносто одном центе, мирно отдыхавшем в его кармане. И вдруг выпалил: - Много!
Мистер Гонт откинул назад голову и от души расхохотался. И тогда Брайан понял, что ошибся насчет этого человека. На первый взгляд, когда он только вошел в магазин, ему показалось, что мистер Гонт седой. Теперь же он увидел, что серебрятся лишь виски. "Видимо, он тогда стоял под одной из ламп", - подумал Брайан.
– Ну что ж, наша беседа была чрезвычайно увлекательной, но, к сожалению, у меня действительно много дел, которые нужно успеть переделать до десяти утра...
– Безусловно, - Брайан был все же достаточно хорошо воспитан, чтобы понять намек.
– Мне тоже пора идти. Простите, что отнял у вас столько времени...
– Нет, нет, нет, ты меня не понял!
– мистер Гонт положил свою длинную узкую кисть на плечо Брайану. Тот сразу же сбросил ее, взмолившись в душе, чтобы такое поведение не показалось хозяину невежливым. Но даже если оно и было таковым на самом деле, он все равно бы так поступил. Это было сильнее его - рука мистера Гонта показалась ему необычайно жесткой и неприятной. Вернее, она была до удивления похожа на поверхность той самой деревяшки, то ли обломка Ноева ковчега, то ли еще Бог знает чего. Но мистер Гонт был в этот момент настолько озабочен тем, чтобы его самого не сочли невоспитанным, что не заметил неприязненного жеста Брайана.
– Я просто хотел сказать, что, вероятно, нет смысла показывать тебе все остальные товары, которые уже выставлены на продажу. Ты видел из них все самое интересное. Зато у меня есть много других предметов, которые я еще не успел разложить по местам, но прекрасно знаю и помню наперечет, даже без помощи списка. Может быть, у меня найдется что-нибудь такое, что могло бы тебе прийтись по душе. Чего бы ты хотел Брайан?
– Мотоциклетные очки, - сказал Брайан. Вот так всегда, как только его просят сказать, чего бы ему хотелось больше всего, он не может вспомнить. А ведь если подумать как следует, желаний
у него пруд пруди.– Не надо долго думать, - сказал мистер Гонт. Голос его звучал непринужденно, но во взгляде колких глаз непринужденности не было и следа. Напротив, он пристальнее обычного изучал лицо Брайана.
– Итак, я спрашиваю: Брайан Раск, чего бы тебе хотелось больше всего на свете в данный момент? Отвечай немедленно и не задумываясь.
– Сэнди Куфэкс, - как и требовалось, не задумываясь, брякнул Брайан. Когда незапамятная деревяшка оказалась зажатой у него в кулаке, он не мог вспомнить, чтобы протягивал к ней руку, так и теперь, он не представлял себе, что ответит на вопрос мистера Гонта, но как только ответ сорвался с его губ, он уже был абсолютно уверен в том, что выбрал его правильно и точно.
5
– Сэнди Куфэкс, - задумчиво повторил мистер Гонт.
– Надо же, как интересно.
– Ну, не самого Сэнди Куфэкса, - сказал Брайан.
– А его бейсбольную карточку.
– Когда он был с командой "Везунчиков" или "Насмешников"?
Брайану и присниться не могло, чтобы этот день стал еще удачнее, чем оказался, но он таким стал. Мистер Гонт разбирался в бейсбольных карточках так же замечательно, как в деревяшках и камнях. Потрясающе, просто потрясающе.
– С "Везунчиками".
– Значит, тебя интересует его карточка, когда он был среди начинающих, - в голосе мистера Гонта явно прозвучало разочарование. Боюсь, что не в силах тебе в этом помочь, но...
– Нет, - торопливо перебил Брайан.
– Не 1954 года, а пятьдесят шестого. Мне именно такую хотелось бы иметь. У меня коллекция бейсбольных карточек 1956 года. Папа увлек меня. Это ужасно интересно, но среди них есть всего несколько действительно ценных - Эл Кэлайн, Мел Парнелл, Рой Кампанелла, вот такие ребята. У меня уже их больше пятидесяти. Включая Эл Кэлайна. Он мне обошелся в тридцать восемь долларов. Мне пришлось в такие долги залезть, чтобы его получить...
– Могу себе представить, - сказал мистер Гонт с улыбкой.
– Так вот, как я уже говорил, большинство карточек пятьдесят шестого года не слишком дорогие - пять долларов, семь, иногда десять. Но с Сэнди Куфэксом да еще в хорошем состоянии стоит девяносто а то и сто долларов. Он тогда еще не был звездой, но должен был ею стать наверняка, и это случилось, когда еще "Проныры" играли в Бруклине. Их тогда называли "Бомжами". Так, во всяком случае, папа говорит.
– Твой папа прав на все двести процентов, - сказал мистер Гонт. Мне кажется, среди моих товаров найдется кое-что, что бы могло тебя осчастливить, Брайан. Подожди-ка.
Он скрылся за шторой и оставил Брайана у ящика с деревяшкой, камерой Поляроид и фотографией Короля. Переминаясь с ноги на ногу, он сгорал от надежды и нетерпения. При этом сам себя уговаривал: даже если у мистера Гонта действительно окажется карточка Сэнди Куфэкса, когда он играл за "Везунчиков" в пятидесятых годах, то наверняка это будет какой-нибудь пятьдесят пятый или пятьдесят седьмой. А даже, предположим, и та, которая ему позарез необходима, датированная пятьдесят шестым годом? Что из того? Что это ему даст, если в кармане позвякивает всего девяносто один цент?
Ну и что ж, я ведь могу хотя бы на нее посмотреть, разве нет, думал Брайан. Ведь за "посмотреть" денег не берут, правда? Это было еще одно любимое выражение мамы.
Из соседней комнаты, вход в которую был завешан шторой, доносился шорох переворачиваемых картонных коробок и глухой стук, когда они падали на пол.
– Еще минутку, Брайан, - послышался слегка задыхающийся голос мистера Гонта.
– Я прекрасно помню, здесь где-то была коробка из-под ботинок...
– Не стоит так из-за меня беспокоиться, мистер Гонт, - крикнул в ответ Брайан, моля в душе всех богов, чтобы мистер Гонт беспокоился ровно столько, сколько это было необходимо.