Неисполненная Клятва
Шрифт:
Дружинник, тщательно подбирая слова, ответил:
– Тебе выделили комнату в дальнем крыле?
– Да, там очень легко заблудиться, я у вас ведь недавно, и там сейчас, должно быть, уже темно…
– Ну… пошли, только свечу возьму, на том лестничном пролете и правда факелы не всегда заправляют…
Хелдор шел прямо за Евик, подсвечивая ей путь. Всю дорогу молодой дружинник был словно натянутая пружина. Вот, наконец, лестница. Евик, беспомощно пошатываясь, приподняла подол платья почти до колен, чтобы взобраться на первую ступеньку, но едва не упала. Он, вздохнув, взял ее под руку. Она выпила и вместе с остальными, так что ее сильно качало – даже броски костей ей до этого давались с трудом.
– Там небольшой подсвечник, на столе, не мог бы ты…
Евик открыла дверь, Хелдор зашел внутрь, осматриваясь. Подсвечника на столе не было, он обернулся, чтобы переспросить, как вдруг дверь хлопнула, закрываясь.
Девушка стояла, опершись на нее спиной. Он подошел чуть ближе.
– Я не нашел…
– Хелдор… Ты, все-таки, спас меня от… Неверных решений, но мне совершенно нечем тебя отблагодарить. Я бедная, одинокая дворянка в изгнании…
– С кошельком золотых монет.
– Ну что ты за бука… - Она протянула к Хелдору руку, он отступил назад. – Это же.. Такая ерунда, эти монеты, они не стоят того, что ты для меня сделал.
– Ну и… чего же я заслужил? – Осторожно спросил Хелдор.
– Меня, надо полагать, она задрала подол платья сверкая бедрами внимательно смотря на Хелдора, закусив губу.
Молодой дружинник понял, что ему не отвертеться.
– Кровать у тебя мягкая? – Спросил он, прикидывая расстояние до нее.
– А давай проверим, м?
– Так мягкая или нет?
– Более чем, ты точно жаловаться не будешь – вся подалась она вперед.
– Ну, - прищурившись, сказал Хелдор, в таком случае…
В этот момент он задул свечу. Девушка, бросилась вперед, на него, словно то был сигнал к атаке. Хелдор отскочил в сторону, схватил Евик в совсем неромантичный захват и одним броском кинул на кровать, после чего поспешил к двери. Дернув тяжелую дверь на себя он, под протестующие возгласы, оказался в коридоре и громко хлопнул дверью. Уже через несколько секунд он бодро стучал подкованными сапогами по лестнице, спеша добраться до своих.
Настал заветный день – пришла пора выступать к Нейтральным горам. Переговоры увенчались успехом, а посему – надо было выдвигаться. Первыми налегке выступало полторы сотни старших дружинников. Это были лучшие воины Майсфельда, и только им он помог доверить столь опасное дело. Они выдвигались вместе с хобиларами верхом. Значительная часть последних была набрана из бывших йоменов, причем тех, что одно время регулярно забирались в предгорья – правда, недалеко с целью поохотиться и исключительно на свой страх и риск. Их задачей будет проложить пусть для подкреплений. Сейчас Хелдор, чуть погнав Сивку вперед, подъехал к Уоту Девятипалопу, который о чем-то беседовал с Дьюни:
– Уот, а разреши вопрос? – вымолвил он, объезжая рабочих, которые сейчас мостили дорогу.
– Конечно, Хелдор.
– А для чего йомены забирались в предгорья? Там сложнее охотиться… Наверное. И дичи меньше.
– Ты когда-нибудь пробовал серну?
– Нет, это вроде коза такая…
– О, коза… - ухмыльнулся Уот – ну да, большая коза. Но очень вкусная. Аррен щедро платил за каждую тушу.
– Что в ней такого?
– Понимаешь, они питаются теми травами, что растут в горах. Некоторые добыть на тех кручах сложнее, чем дичь…И они едят эти травы и… Ну, как сказать. Они пропитываются ими.
– То есть, серны бегают уже хорошенько промаринованными?
– Вот! Точно! Будем на месте – прежде чем ехать обратно, подстрелим вам, сколько сможем. Сейчас холодает, они должны были спуститься ниже.
– А сколько нам ехать, Дьюни?
– Сначала добираемся до места
битвы при Четырех деревнях– Как-как? – переспросил Хелдор.
– Это там, где мы надавали Арреновским по жо… Кхм, Уот, извини.
– Да было и было – отмахнулся лучник. Угораздило же оказаться не с той стороны.
– Дело случая?
– Не поверишь – да. Случайно тогда в добровольцы записался, с женой рассорился в пух и прах и вот…
– …Хотел бы увидеться с ней?
Уот пожевал губами, задумчиво поскреб щетину.
– Я надеюсь, что она нашла для моих детей папашу получше. – Он громко прочистил горло, беря себя в руки. – Ладно, проверю наш разъезд. Пошла!
Лучник, позвякивая кольчугой, погнал пегую лошадку вперед.
– Знаешь, Хелдор , многие из нас для кого-то, ну… умерли.
– То есть?
– Ну Уоту возвращаться некуда. Мне тоже.
– Но ты сын купца, он живет через две улицы от казармы.
– Поправочка: непутевый сын купца. Нормальный бы в конной страже не оказался. Так что нет, денег я у папаши не брал. – С усмешкой вспомнил Дьюни их с Хелдором потасовку. – В остальном ты, в принципе был прав.
– Ничего, армия сделала из тебя человека.
– Нет. Человека из меня сделал ты, выбив лишнее дерьмо - искренне сказал Дьюни. А как ты вовремя выгнал меня в дозор. Есть у тебя какое-то… Ну, чутье, что ли. Как у командира.
– Да ну, скажешь тоже… - Отмахнулся Хелдор. – Так что там дальше?
– Ну, в Четырех Селах мы ночуем, отдыхаем. Утром выдвигаемся к Предгорьям. Когда там были наши, Комендант заложил деревянную крепость на месте старой. Там вы оставите лошадок, лишнее барахло с седел сгрузите в тележки и пешочком.
– Хоть недалеко?
– Главное, невысоко – усмехнулся Дьюни. – В самые горы лезть не придется.
– И то радует.
Когда они к вечеру, чуть поторапливая лошадей, оказались на месте, дружинники расседлали лошадей и отправились на отдых. Пожалуй, это может быть их последней беззаботной ночевкой – эту территорию охраняли либо патрули коменданта, либо ополчение – Большую часть оных распустили по домам, но были те, кто караульную службу нес исправно, каждый день сменяя друг друга.
Утром пришла весть о том, что за ними следом выдвинулись три сотни младших дружинников. С обозом, кроме медиков, с ними выдвинулась парочка каменщиков и плотников, кузнец, а также шесть инженеров с двумя баллистами и недавно собранным мангонелем. В отличие от катапульты, это орудие запускало в воздух целую россыпь мелких камней, что будет губительно для тех, кто попытается атаковать их.
Как доносили сами переговорщики – у Ахмеда, которому сейчас Карви и вез бережно кольцо, его люди расположились в некоей «султанской крепости», правда, ее состояние было неизвестным. На вопросы об искрящемся порошке переговорщики лишь загадочно улыбались.
В младшую дружину были набраны даже не те бойцы, что пришли до Хелдора и его друзей, и уж тем более не сопляки, набранные по деревням – тех учить и учить. Бывшие воины Аррена, кроме черных-синих накидок, получили справное боевое облачение и неплохие «подъемные», так что это тоже были весьма и весьма опытные бойцы, которые были теперь перед маркграфом в долгу - именно таких там было большинство.
Кроме того, добровольцами в горы отправились и четыре десятка отменных арбалетчиков из городской стражи. Те, помимо мощных арбалетов и павез, имели в распоряжении добротные шапели, бригантины и бригантные же перчатки – именно в таком виде они выступали уже и против Аррена. Культ Верховного Отца и его святых сподвижников набирал популярность, посему они назвали свой кружок по интересам Братством Святого Себастьяна. Ирония в том, что этого самого Себастьяна не далее, чем четыре века назад расстреляли из арбалетов.