Нечистик
Шрифт:
– Милая, слетала б ты к черной хате. Авось уже вернуться можно? Кошечка ведьмака тебе все поведает.
Ворона не дожидаясь повторения просьбы, сорвалась с места и скрылась среди черно-рыжих стволов.
***
Нетипичный хоровод огибал свежую земляную насыпь. Ведьмак внимательно озирал могилку, где нашел упокоение упырь. Малк старался выявить: не осталась ли где-нибудь брешь, чрез которую нечистик смог бы вновь приняться за кровавое лиходейство. Волколак то и дело принюхивался - и чихал.
– Кажись, все как надобно, - произнес юноша.
– И следов, что он оттуда выбирался, тоже нет.
– Странно. В чем же тогда дело?
– Дай как мне тот кусок мяса, что ты припас для нашего волколака.
Малк, будто извиняясь, что не догадался раньше, протянул учителю сумку:
– Все там.
– Сейчас выясним, - пообещал ведьмак, и близко не обратив внимания на упущение ученика.
Волк с явным выражением омерзения на морде разом заглотил предложенный кусок. Но... Ничего не произошло. Его не выпускало обращенное тело.
– Может, все-таки стоило прожевать?
– высказал предположение сын мельника.
– Да нет. Это тут ни при чем.
– А что ж тогда?
– Видать, у нас предстоит еще одна работенка. Так я и думал, - подтвердил свои недавние догадки ведьмак.
– О чем ты?
– Похоже, мы имеем дело не с одним нечистиком. Вернее теперь уже с одним.
– Как это?
– Да наш упокоенный друг, оказывается, не был одинок в своей жажде, - ведьмак указал на могилу.
– Ты хочешь сказать, что по деревне гуляет еще один упырь? И это он высосал Андруся и его жену до смерти?
– ужаснулся юноша.
– Да, - коротко бросил учитель.
– И теперь нужно выяснить кто это и где.
– А догадки есть?
– Есть.
***
Каруша оповестила о своем прибытии громким карканьем.
– Ну чего там, милая? Уже ушли?
– Ка-а-ар!
Конечно, Марыся ничего не уразумела. В отличие от ведьмака она не понимала языка птиц и зверей. Слишком большой платы требовало обретение этого умения, потому и мыслить об оном не хотелось. К тому ж люди никогда бы ни признали, что этот дар от светлых богов. Ведьмаков издревле считали порождением зла, хоть и бежали к ним за подмогой в миг отчаяния.
– Ой, смотрите!
– запищала дочка вдовицы.
Ворожиха оглянулась - по болотным кочкам волочилась кошка ведьмака. Зоркий глаз-уголек сразу приметил, что зверек сильно пострадал от огня.
– Ай-яй, кто ж это тебя так? Неужто хата сгорела?
Но обессиленное животное только и смогло, что плюхнуться наземь.
– Ну да ничего, я тебя вылечу.
Пожилая женщина с ловкостью молодухи металась по поляне, смешивая какие-то порошки да что-то нашептывая. Нарванные лоскуты из подстилки отлично сгодились для поддержки приложенного к обожженным бокам целебного зелья. Зверек не противился, с благодарностью взирая на знахарку.
– Это, конечно, не живая вода, но тоже добре лечит.
– Тетка Марыся, а кто это с ней сделал? Нечистик?
– Не ведаю, милая. Одно
могу сказать точно, некуда нам теперь возвращаться. Придется здесь еще немного побыть.Кошка одобрительно заурчала и кивнула, вдруг сорвавшейся с ветки, вороне, понесшей в клюве очередное послание.
***
– И кто же это?
– задыхаясь от напряжения, спросил Малк.
– А вот пойдем, посмотрим.
Ведьмак широким шагом проследовал к центру кладбища. Где-то в самой глубине головы сына мельника уже зрел ответ. Но юноша изо всех сил старался его не замечать. Не хотелось верить страшной разгадке. В конце концов, ее еще надобно доказать. Пусть это по-детски, но Малк ни за что не поверит, пока собственными глазами не увидит это. Увы, учитель действительно встал аккурат напротив могилы, что была немногим старше той, которую этой ночью выкопал парень.
– Гурка?!
– все еще надеясь на отрицательный ответ, спросил Малк.
– Гурка, - подтвердил ведьмак, обведя взглядом небольшой курганчик.
– Но...
– Суди сам. Лада пыталась остановить упыря - и была перевернута в пустельгу. Вернуть ее к прежней жизни можно только дав съесть кусок мяса того, кто ее заколдовал. Именно потому у тебя ничего не вышло. Не кровопивец с постоялого двора Ладу и волколака нашего обратил.
– Ну, а как же то, что видела Ядя? Зеленые глаза? Я точно ведаю: свои сапфировые очи Лада унаследовала именно от батьки...
– Это всего лишь может означать, что либо Гурка вообще своих не пил, либо пил, но не один. Наоборот то, что упырь сосал кровь всех домочадцев, кроме хозяина избы, а Ладу вообще обратил в птицу, лишний раз указывает именно на Гурку. А та история с мужиками в лесу? Ты не думаешь, что как-то все странно там вышло? Почему нечистик только лесничего высмоктал до смерти? Скорее уж упырь-Гурка просто мертвяком с первым лучом пал.
– Что-то внутри мне подсказывает, что все это действительно так. Но все же маловато доказательств, тебе не кажется?
Учитель ответил не сразу:
– Ты прав. Именно это и удерживает меня от того, чтобы прямо сейчас расправиться с Гуркой.
– А как же ножи, что Гурка в лесу нашел?
– осенило вдруг юношу.
– Сдается мне, что он их для отвода глаз притащил. Ведь упыри невероятно хитры. А Гурка и при жизни редкой сметливостью отличался.
Малк задумался.
– Послушай, учитель, а может нам его могилу раскопать?
– Это ничего не даст. Днем упыря никак не отличить от самого обычного мертвяка...
– А ночью уже может быть поздно, - нахмурившись, добавил юноша и тут же вспомнил, как пустельга-Лада убивалась на могилке батьки. Неужели она тогда пыталась рассказать, кто на самом деле кровопивец?
– Что ж тогда делать?
– Ждать.
– Пока он сызнова на кого-нибудь ни нападет?
Ведьмак кивнул:
– Пока ни попытается. Мы устроим ему засаду прямо здесь.
– А ежели наши догадки окажутся верны, как мы с ним справимся? Ведь ни кола, ни мака-самосея у нас боле нет.