Нечистик
Шрифт:
– Далече?
– Уже не очень. Правда, теперь придется через болото идти. Мы как раз пришли.
Малк, так внимательно слушал старика, что почти не глядел вперед - и чуть не свалился в трясину, запах которой стал почти невыносим за последние десять минут.
– Надобно сыскать палки подлиннее и покрепче.
Юноша огляделся и тут же обнаружил подходящие посохи. Проверив их на прочность, он отдал один жрецу.
– Я пойду первым. Ты - следом. Старайся ногу в ногу, тогда мы быстро доберемся до места.
Малк коротко кивнул, но вспомнив, что старик не видит в темноте также хорошо как он, добавил вслух:
– Хорошо.
Жрец, примеряя каждый шаг, стал постепенно продвигаться вперед. Малк окунул ступню в трясинную жижу, но
Здешняя трясина мало чем отличалась от той, что пролегала в родных лесах Малка. Такая же голая и неживая топь, которую и зверь, и птица сторонится. Здесь даже журавиха не росла, хотя судя по погоде и наряду леса, для этой ягоды - самое время. Гадкое мертвое болото. Лучшее место для всякой нечисти. Того и гляди вынырнет Багник31 али Болотник32 да и утащит к себе на дно. Всем ведомо, что они более всего на свете любят людскую плоть, согреваемую горячей кровью. Фу, мерзость! Малк постарался отвлечься от дурацких и, чего самому себе врать, страшных мыслей. Однако уши, словно ведомые велением, живущего где-то в глубине юношеского естества, звериного инстинкта попытались уловить какие-либо посторонние звуки. Но, нет, хвала богам, никаких завываний или диковинных тонов не долетало. Не вздрагивала и поверхность трясины. Разве что только от шагов самого Малка и старика. Глаза также не различили ни колдовских огоньков болотных братьев, ни света от факелов преследователей. Да шум погони не долетал - кажись, за ними боле не следили.
Малк углубился в себя. Он даже перестал обращать внимание на раздражающий звон ненасытных комаров. Ноги и руки продолжали двигаться, будто сами по себе, так как нужно: твердо, но страхуясь. Для них это было привычно. А вот для разума пришло время немного поразмыслить. И первый вопрос, который возник: как возвратиться домой? Даже ежели Малк поможет старику сыскать внучку и взамен получит таинства использования живой воды, как найти путь обратно? Хотя авось здесь тоже, какой ведьмак имеется? А, может, Малку диковинная вода сумеет помочь? Али у жреца еще какие средства есть? Только спрашивать пока рано. Решит вдруг, что юноша специально прибыл, чтобы выкрасть магические рецепты. Надобно подождать... Эх, как там Ладушка? Да и что с мужиками сталось? Хотелось побыстрее со всем управиться. Слишком все происходящее затянулось. Кончится когда-нибудь этот дурацкий сон али нет?
Вдруг внутри все как-то сжалось, словно богатырскую плоть на миг скрутил волот. Потом тело будто искупалось в ледяной воде, а после облилось кипятком - Малк почувствовал себя немного странно. Словно с разума кто-то стянул пелену, а сущность очухалась от тяжкого похмелья. Однако голова не была больной, а, наоборот, - поразительно ясной. И от этого явь стала восприниматься еще труднее. Наполненная нечистиками, людьми, обращенными в зверей да птиц, чужой реальностью и прочим...
– Скажи, а к этому месту есть еще какой-нибудь путь? Более скорый?
– слова с трудом выцедились сквозь плотно сжатые зубы. Старик резко обернулся и устремил буравящий взор на спутника:
– Ты как?
– Кажись, нормально.
– Идти можешь?
– Да, - заверил скорее себя, чем жреца Малк. И они продолжили путь, опасаясь, подолгу останавливаться на одном месте.
– Ты не пугайся, это так вода живая действует. Я еще в яме понял, что тебя зельем опоили. Скорее всего, умом-травой.
– Как это?
– Кто-то подлил тебе колдовского отвара, чтоб ты стал хитрее и умнее. А живая вода начала напиток из тебя выгонять.
– Зачем? Да и кому бы понадобилось меня поить этакой дрянью?
– удивился парень.
– Тут я тебе не подсказчик.
Постарайся вспомнить, где и с кем ты последние разы что-нибудь пил али ел. Видать, там тебе и дали испить чародейного зелья.Ошарашенный вестью юноша задумался. Так. Когда же он трапезничал? Давно. Благодаря действию живой воды ни голода, ни жажды не ощущалось. Но зато и припомнить последнюю снедь оказалось не так-то просто. А! В черной хате он ел! Ну, конечно, именно там, он и вечерял. Все сходится! Ведьмак заранее узрел Малка себе в спутники, оттого и каверзно зельем опоил да сны колдовские показал. Все у этих нечистиков не по-людски. Неужто нельзя было, словом объяснить? Так, нет же, проще сразу к своим ворожицким штучкам обратиться. Ну, попляшет ведьмин выродок, пусть судьба только дозволит домой вернуться! Вовек этому одичалому колдуну Лысой горы не видать! Но вслух Малк лишь повторно выстрелил вопрос:
– Так можно ли еще как-нибудь добрать в твое потаенное место?
– Нет. Туда вообще может попасть только тот, кто уже ведает проход. Ни один человек али колдун не сумеет отыскать это место, ежели не знает, где оно находится, разве что случайно.
– А куда мы вообще идем-то?
– К древнему храму. Когда-то наши предки его основали. Там они молились богам и приносили им дары. С тех пор миновал не один десяток лет. Но жрецы храм всегда почитали. Оттого я сам там не раз бывал и внучку с малолетства водил.
– А почему ты, как сбежал в первый раз из ямы, не попытался добраться до этого храма?
– То моя ошибка...
– старик стих. Малк не мог видеть его лица, но по вздрагивающим плечам и, вновь зазвучавшему, несколько искаженному голосу понял: жрец плачет. Юноша в душе грубо обозвал себя за то, что в очередной раз неказистыми расспросами огорчил спутника. Но слов утешения найти так и не смог. У него вообще сложилось впечатление, что как только живая вода выгнала чародейное зелье ведьмака, голова словно отупела. Хотя признать это вслух, сын мельника ни за что не решился бы. Да, и ведьмак все равно поплатится! Незачем было без спросу подливать всякую колдовскую гадость! Коварное действо хозяина угольного жилища не умаляет даже то, что дар видеть в темноте у Малка не исчез.
– Я почему-то подумал, что моя кровиночка прячется где-нибудь в деревне, потому и решил вернуться и попытаться найти ее. Однако уже у кладбища меня схватили и сызнова бросили в яму.
Фигурка старика ссутулилась еще больше. Каждое воспоминание о прошлом ему давалось с трудом. И юноша решил помалкивать, дабы не бередить раны спутника.
10. Святая земля
Тишину разрывало только редкое уханье филина, хлюпанье под ногами мутной жижи и тяжелые зловонные выбухи самого болота. Да, и вводящий в остервенение комариный звон. Юноша придавил на ушах еще несколько летающих тварей. Почему они всегда пьют кровь на тех местах, где зуд потом особливо сильно чувствуется? Жаль, что даже живая вода не отпугивает этих противных насекомых. Хм, а интересно, а то, что они сосут кровь, наполненную чудодейственной влагой, сделает их бессмертными? Ну, али вылечит их от каких-нибудь комариных болезней? Сын мельника уже почти задал вопрос жрецу, но осекся о поникшие плечи. И вместо воплощенного в слова любопытства, Малк опустил голову и устремил пытливый взор в темные густые воды трясины.
Странное место - топь. Что творится на ее дне? Юноша уже далеко не первый раз вот так всматривался в царство Багника и Болотника. Неприятная липкая каша, словно прохладные руки, крепко обнимала каждый раз, как только ноги искали в черной массе опору. Не диво, что сюда не могут проникнуть даже стрелы Перуновы, а русалки, живущие в этой жиже страшнее самой бабы Юги33.
– Ну, вот мы почти пришли. Вон он, храм - наш спаситель!
Малк вмиг оторвался от невеселых размышлений и, зрительно проведя линию от кончика узловатого стариковского перста до, виднеющихся вдалеке, редких тонких осинок не нашел никакого храма.