Наследницы
Шрифт:
— Кто бы мог такое подумать, — ответила она, вспомнив себя в тот момент, когда они познакомились.
— Я сразу понял, что ты совершенно другая. Вы только посмотрите на нее. Я оказался прав.
Ханичайл покраснела, но, вспомнив уроки тети Софи по этикету, поспешила сказать:
— Спасибо.
— Сколько танцев ты можешь мне обещать? — тут же спросил Алекс.
— Все, — ответила Ханичайл, протягивая ему карточку. Ее глаза светились счастьем.
Алекс Скотт никогда не терял дара речи. Он видел, что ее глаза говорили ему, и понимал, что именно сейчас он должен сделать выбор. Он мог позволить себе полюбить ее или немедленно уйти, выкинув ее из своей
— Может, два? — предложил он, помня о своей спутнице Джине Маттео, которую сопровождал на бал.
— Последний танец перед ужином? — спросила Ханичайл с надеждой, зная, что тогда она сможет удержать его около себя подольше.
Алекс колебался, думая о Джине, но она была его старой приятельницей и могла его понять. Он быстро вписал свое имя и вернул карточку.
— С нетерпением буду ждать наших танцев, Ханичайл, — сказал он, быстро отступая, чтобы дать возможность другим, более молодым людям потанцевать с ней.
Отойдя от Ханичайл, Алекс тотчас задал себе вопрос: зачем он это сделал? Ответ был простым: он ничего не мог поделать с собой. Он говорил себе, что она для него слишком молода, слишком наивна и слишком хороша, но это не мешало ему желать ее. Что-то особенное было в ее взгляде. В ее необыкновенно голубых глазах было такое доверие. Такие глаза могли свести мужчину с ума, заманить его своей невинностью, взять его в плен. Если, конечно, он не будет осторожным.
Лорд Маунтджой наблюдал за танцующими; он знал, что его долг — потанцевать с принцессой, но она заставила его нервничать своим глупым предсказанием будущего. Он острым взглядом оглядел зал, высматривая своих девочек: он сразу увидел Лауру, кружившуюся в танце с Билли Сакстоном. С ним же она танцевала и десять минут назад. Господи, неужели эта девочка будет танцевать только с ним, и ни с кем другим? Он должен немедленно разыскать Софи и узнать у нее, в чем дело.
А вот и Ханичайл, танцующая с молодым Майклом Давенпортом, и она тоже очаровательно выглядит. Маунтджой удовлетворенно кивнул; Ханичайл почувствовала на себе его взгляд, улыбнулась и помахала ему рукой. «Черт возьми, — подумал лорд, — как она похожа на своего дедушку Джорджа, когда вот так улыбается!»
Волнуясь, он оглядел зал, выискивая Анжу. С кем, черт побери, она там танцует? Господи, неужели с этим бездельником Гарри Локвудом? Он определенно помнит, что ни он, ни Софи не приглашали его. Она бы сделала все, чтобы такой парень, как Локвуд, не приблизился к ее девочкам даже на сто ярдов. Нахмурившись, Маунтджой быстрым шагом направился к тому месту, где за маленьким столиком сидела Софи, разговаривая с дамой.
Анжу неотрывно глядела в глаза Гарри, но вовсе не потому, что он приворожил ее, а так, для практики. Она уже давно не чувствовала на себе мужские руки, а Гарри держал ее очень умело.
— Вот уж не ожидала увидеть вас здесь, — сказала она, крепко прижимаясь к нему.
Затянутой в белую перчатку рукой он провел по ее спине, прижимая к себе.
— Обычно я не посещаю балы для дебютанток, — признался он. — Это не мой стиль. Но сегодня муж оставил Камиллу Стонтон одну. Он военный человек, и его внезапно вызвали что-то там инспектировать, и она попросила меня сопровождать ее. Сомневаюсь, что лорд Маунтджой пригласил бы лично меня.
— А почему нет? —
с интересом спросила Анжу, чем рассмешила Гарри.— Потому что, моя дорогая Анжу, я не из тех мужчин, кого отцы близко подпускают к своим дочерям.
— О? И по какой причине? — спросила Анжу с невинным видом.
— Мне кажется, вы сами знаете ответ на этот вопрос, — ответил Гарри, прижав ее к себе еще крепче. — И у меня такое ощущение, что мы с вами очень похожи.
— Возможно, — холодно ответила Анжу, слегка оттолкнув Гарри, — а возможно, и нет.
Музыка закончилась, и она, повернувшись к нему спиной, быстро ушла. Гарри с сожалением улыбнулся, но все же у него осталось чувство, что этим дело не кончится. Можно сказать, все еще только начинается.
Он пробрался сквозь толпу к Ханичайл.
— Мисс Маунтджой, полагаю, что сейчас наш танец, — сказал он, протягивая ей руку.
— Пожалуйста, зовите меня Ханичайл, — сказала девушка с вежливой улыбкой. — Все зовут меня так.
— Пусть будет Ханичайл, — ответил Гарри, вводя ее в круг танцующих и держа на почтительном расстоянии. — Вам доставляет удовольствие этот бал? — спросил он.
— Все просто удивительно. Я никогда не видела ничего подобного: великолепный обед, музыка, кусты гардении.
Она одарила Гарри сияющей улыбкой, и он подумал, что она очень даже хорошенькая, но не в его вкусе: слишком наивна, слишком прямолинейна. В ней не было даже намека на сексуальность, которая была у ее кузины. Ханичайл слишком хороша и невинна для такоге мужчины, как он. И тем не менее он сделал все возможное, чтобы очаровать ее, как очаровывал каждую женщину, и, когда танец закончился, он оставил ее улыбающейся, убежденной, что он прекрасный мужчина: такой нежный, вежливый и поистине добрый.
Анжу нашла Алекса, стоявшего в одиночестве и наблюдавшего за танцующими. На его лице было загадочное выражение, и она подумала, что он выглядит как человек, у которого много тайн. В нем определенно было что-то интригующее. Она подошла к нему и дотронулась до плеча:
— Мистер Скотт?
Вздрогнув, Алекс резко обернулся.
— Разве это не наш танец? — спросила Анжу, протягивая ему свою карточку.
— Я полагаю, что наш следующий, — ответил Алекс, сверясь с карточкой.
— О, значит, я должна подождать, — проговорила Анжу с притворным вздохом. Затем, посмотрев Алексу в глаза, добавила: — Но раз вы не танцуете, а я, кажется, потеряла своего партнера, так почему бы нам не станцевать этот танец?
Алекс засмеялся, взял ее за руку и ввел в круг танцующих. Он положил ей руку на спину, и Анжу почувствовала, как ее захватила волна возбуждения. Она подумала, что сегодня здесь он единственный мужчина, которого она по-настоящему хотела: он был старше, был богат, в нем была какая-то тайна, и он был сексуален. Что лучшего может желать девушка?
— Тебе не кажется, что я должна потанцевать с кем-нибудь другим? — спросила Лаура Билли.
— Определенно должна, — ответил он, еще крепче прижимая ее к себе, и они оба рассмеялись.
— Люди начнут сплетничать, — проговорила Лаура, осторожно оглядевшись по сторонам.
— Они будут говорить только о том, что я попросил тебя в-в-в-выйти за меня замуж.
Лаура споткнулась, но Билли поддержал ее.
— Что ты сказал? — удивленно переспросила она.
— Я сказал, что наступит день, и я попрошу тебя выйти за меня замуж.
— И я полагаю, ты знаешь, каким будет мой ответ, — сказала, подумав, Лаура.
— Нет, но никогда не надо терять надежды.
— Значит, это любовь с первого взгляда?