Наизнанку
Шрифт:
Не успела я набрать на домофоне знакомые цифры, как дверь распахнулась и из подъезда выбежала пара молодых ребят. Я быстро проскользнула в открытые двери и поднялась на лифте на нужный этаж. «Хм, а двери они поменяли» – неосознанно заметила я и позвонила.
Девушка, открывшая мне дверь, меньше всего была похожа на мою сестру. Бледная, хмурая, какая-то безжизненная.
– Лиля, привет малышка, – сказала я, обняв её. Она крепко сжала меня в своих объятиях, и я ощутила весь ужас, одолевающий её. Мне захотелось спрятать её в своих руках, закрыть от этого мира, не позволяя ему делать ей больно.
– Привет, сестренка. Ты приехала. Спасибо большое, я так тебя ждала…
– Я знаю, я здесь, с тобой, рядом… – ответила я, наконец, войдя в квартиру.
Она проводила меня в гостиную комнату,
Еще раз оглянувшись по сторонам, я глубоко вздохнула и стала разбирать сумку. Она была не большой, я взяла с собой только самое необходимое, поэтому, когда спустя несколько минут зашла Лиля, я уже почти закончила выкладывать вещи на диван.
– Тебе здесь будет удобно? – спросила она, присаживаясь на край дивана.
– Да, конечно, не переживай, – сказала я, сев рядом и обняв её за хрупкие плечи. Она вздрогнула и начала всхлипывать. Видимо, нервный ком, сжимающий её изнутри, наконец начал давать трещину.
– Настя, я так рада, что ты приехала. Я не знаю, что бы я делала без тебя, – сказала она и по её щеке покатилась слеза.
– Конечно я приехала, а как иначе? Неужели ты думаешь, я оставила бы тебя одну в такой ситуации?
– Мне так плохо, а я даже поговорить ни с кем не могу…
– Ты можешь поговорить со мной. Давай, рассказывай, тебе нужно выговориться.
Говорила она минут двадцать и чем больше она говорила, тем больше становились мои глаза. Под конец её рассказа, я окончательно поняла, что жизнь моей сестры за эти несколько лет, полетела в тартарары.
– Когда ты спала в последний раз? – спросила я, когда Лиля закончила говорить.
– Не знаю, может два дня назад, может больше…
– Так нельзя. Тебе нужно поспать. Ты совсем истощена.
– Я не могу. Сон не идет.
– Значит, нужны кардинальные меры, – заключила я и пошла на кухню. Налив кружку крепкого чая, я заглянула в аптечку и нашла там лоразепам. – Вот, выпей, – сказала я, протягивая сестре снотворное. – Тебе нужно выспаться.
Я накрыла сестру одеялом и села рядом, наблюдая, как она начинает засыпать, и обдумывая все сказанное ею. Муж ей изменял с собственной секретаршей, его партнер по бизнесу пытается залезть ей под юбку, сама она потеряла ребенка, о котором так давно мечтала. Но это сколько же надо наглости иметь, чтобы прийти к Лиле, выложить ей на стол интимные фотографии и заявить, что её брак с Никитой обречен?! А он тоже хорош! Изменять жене конечно в его духе, но вот открыто заявить ей, что он не признает своего ребенка, выставить её идиоткой перед соседями и довести её до нервного срыва с последующим выкидышем – это уже сильно. Что произошло за пять лет с этим человеком, что он стал такой тварью? Он и раньше то был не сахар, но это уже ни в какие рамки не лезет. Да я понимаю, о мертвых либо хорошо, либо ничего, но ни одной положительной эмоции этот человек у меня не вызывает.
Дождавшись, когда Лиля уснула, я аккуратно встала, подложила ей под голову подушку, накрыла одеялом и, убрав с дивана вещи, потихоньку вышла из комнаты.
Аккуратно прикрыв за собой дверь, я решила осмотреться в квартире. Комната, которая раньше была гостиной, превратилась в большую уютную спальню с неизменно большой кроватью. В кухне сделали перепланировку, теперь она включала в себя несколько функциональных
зон, гармонично сливающихся друг с другом. Над этим явно поработал хороший дизайнер. Хм, о такой кухне я когда-то мечтала. Нечто подобное я воплотила на своей. Неизменным во всей квартире остался только его кабинет. Он поменял только межкомнатную дверь, все остальное осталось прежним. Даже как-то странно было сейчас сюда заходить. Закрыв за собой дверь, я словно оказалась в другом времени. Казалось, будто вся квартира сейчас находится в настоящем, а именно я и этот кабинет в другом времени – во времени пятилетней давности.Все те же песочного цвета шторы и невесомый тюль, закрывающие окно. В дневное время суток, свет от окна падает на стоящий рядом стол, темно-коричневого цвета с песочными вставками и кресло в тон. Еще одно кресло, по другую сторону стола немного в тени, хотя сейчас вечером все в этой комнате освещается только небольшими встроенными светильниками. Слева от стола практически на всю стену растянулся большой шкаф цвета горького шоколада, контрастно играющего на фоне светлых стен и ламината. У другой стены расположился небольшой диванчик с обивкой в тон креслам у стола, и небольшими подушечками такого же шоколадного цвета, что и шкаф. Все это идеально сочетается в одной комнате, создавая атмосферу уюта и тепла. В шкафу, как и прежде полно книг, теперь их, наверное, даже немного больше. Все как раньше, все на своих местах. На стене справа четыре черно-белые картины, симметрично расположенные относительно друг друга и разделяющих их, как и всю комнату, шоколадного цвета деревянных декорированных вставок. На полу небольшой ковер круглой формы. Я когда-то настояла на его присутствии. Никита говорил, что ковер это лишнее, а я убедила его в том, что он отлично вписывается в обстановку и становится логическим завершением кабинета.
Пять лет прошло, а здесь время будто остановилось. Странное чувство. Я когда-то проводила здесь очень много времени, ну может чуть меньше чем в его спальне и на кухне. Как давно все это было. Я подошла к столу, села в кресло, откинулась на спинку и вдохнула его аромат. За столько лет даже запах остался прежним. Я аккуратно провела рукой по столешнице, обвела взглядом шкаф, потолок, все, что находилось в кабинете, не пропустив ничего, не дав ускользнуть ни единой мелочи от любопытных глаз, пытающихся найти хоть какие-то изменения. Ничего, кроме вещей на столе и новых книг на полках.
На столе лежала газета «Местная хроника» недельной давности. Часть первой страницы занимала фотография молодой девушки и небольшая статья. Заголовок гласил: «Заброшенные жилые дома по улице Таращанцев снова полны людьми…». Заинтересовавшись, я прочла: «В районе давно заброшенных и разграбленных домов по улице Таращанцев полицейские обнаружили труп женщины, сообщил редакции газеты «Местная хроника» источник в правоохранительных органах. Как сообщала пресс-служба, в подвале дома было найдено тело молодой женщины с многочисленными ножевыми ранениями, следами удушья, а также изнасилования. В данный момент устанавливается личность погибшей, а также мотивы преступления. Органами следствия возбужденно уголовное дело и проводится расследование по статье «Убийство»…».
Интересно, когда-нибудь в этом мире настанет время, когда мы перестанем находить в закоулках трупы несчастных замученных женщин и подростков, а самым тяжким преступлением станет брань в общественном месте?
Отложив газету и посидев еще немного в кресле, я решила пойти прогуляться по городу. Лиля проспит до утра, так что мое присутствие здесь сейчас не требовалось. Я прошла в коридор, вытащила из сумки телефон и набрала номер Ромы.
– Настя, привет, рад тебя слышать, – откликнулся Рома на втором гудке.
– Привет, я тоже. Не отвлекаю?
– Нет, ни сколько. Судя по твоему тону, ты уже в курсе того, что случилось?…
– Да, я уже в Волгограде, сегодня утром прилетела. Не хочешь встретиться?
– Хочу, конечно. Давай через полчаса в «Керамике»?
– Договорились.
Когда через двадцать пять минут я заходила в кафе, Рома уже был там. Увидев меня, он встал, улыбнулся и крепко обнял меня.
– Я рискнул заказать твоего любимого чаю с пирожными.
– Спасибо, как всегда знаешь, чем меня порадовать, – улыбнулась я, присаживаясь.