Чтение онлайн

Мой отцовский инстинкт уже включился, самолюбие было уязвлено, а общая ситуация остается неясной. Мне следовало бы, на самом деле, усилием воли выключить инстинкт и отойди в сторону, послав куда подальше эту финскую блядь. Но мне это сделать сложно, поскольку я решил сражаться до конца и снова завоевать по моей вине ускользнувшую от меня женщину.

Здесь дело принципа и вызов себе самому. Вызов опасный. Это игра в одни ворота. Шансов выиграть ничтожно мало, как подсказывает мне разум. Однако гордыня не позволяет мне сдаться. Это именно тот случай, когда упрямство становится сильнее логики, делая ее беспомощной.

Мне ужасно, невыносимо плохо, но разве не было

плохо ей, когда в день Икс я ушел от нее, и когда она увидела меня с другой женщиной, когда она пережила всю глубину и ужас унижения и позора, прячась на темной лестничной клетке обоссаного русского подъезда, будучи женщиной и дипломатом?

Она выслеживала меня и выслушивала под дверью мои сексуальные стоны, помимо ее воли конвертировавшие любовь в ненависть, боясь быть увиденной соседями. Разве ей не было больно? Наверное, было…

Я мог бы найти тысячи оправданий, но я их не ищу. Вместо этого я встречаю на Финляндском вокзале ее гостей и веду их к стоянке такси на привокзальной площади, договариваюсь с водилами о цене и мы, разделившись на две машины по трое, едем на набережную Робеспьера, где вовсю продолжается мрачная пьянка, чтобы к ней присоединиться.

Пока я отсутствовал, Кая вместе с другими детьми отправили к кому-то спать. Ему вовсе не обязательно наблюдать, как будут напиваться взрослые. За столиком с напитками теперь стоит усталая Люда. Она не пьет, а только наливает. Кто-то же должен быть трезвым и следить за порядком. Я становлюсь рядом.

Публика разбрелась по комнатам, часть людей уже ушла, часть сидит на балконе, часть спит на кроватях вповалку, часть находится в гостиной, часть в кухне, часть курит в подъезде. Мой фотоаппарат оказывается ни к чему. Что здесь фотографировать? Веселья нет. Интересных моментов тоже. Настроения тем более.

– По-моему, все превратилось в банальную попойку, – замечает

Люда. – Я вижу, что тебе скучно. Почему ты еще не напился?

– Нет драйва, Люда. Может быть мне вовсе уйти? Мне здесь нечего делать. Как ты считаешь – уйти мне или остаться?

– Я думаю, что если ты уйдешь, этого никто не заметит.

– О кей, – говорю я. – Решение принято – я ухожу!

С этими словами я подхватываю стоящий в углу рюкзак с фотоаппаратом и выбегаю на лестницу, скача вниз по ступенькам широкими шагами. Бегство приносит мне облегчение. Все кончено, во вторник я уеду в Лондон и обо всем забуду. Могу пробыть там столько, сколько захочу, пожить в снятом Гадаски новом доме. Завтра пойду покупать ему в подарок морскую фуражку и водку "Флагман". Я – вольный человек. Мужчина в свободном полете. Необходимо отучать себя от ненужных привязок.

Первый раз, когда я шел покупать морскую фуражку, на моем пути встретилось препятствие в лице Паулы, Тимо и двух подруг Пии. В этот раз все должно быть нормально, но свернув с Невского проспекта у канала Грибоедова, я неожиданно встречаю у пивной "Jever" Веру из интернета. В это пасмурное субботнее утро она идет на занятия в институт Герцена. Собирается дождь, низко висящие тучи затянули петербургское небо. Плохой погоды уже не было давно. Похоже, что дождя не миновать.

– Привет! – говорю я Вере. – Во вторник я еду в Лондон.

– А что с фотографиями? Хотелось бы их увидеть.

– Часть из них мы повесили в интернете на сайте

www.designers.ukf.net/baby, так что, если есть доступ, можете посмотреть. Или заходи в гости. Можешь с Надей. Она мне понравилась.

– Доступ есть. Но в гости мы тоже можем зайти.

– Хочешь, выпьем по быстрому кофе в кафе "Идеальная чашка"?

– Не могу,

опаздываю на пару. Надо бежать. Можешь меня проводить до института.

Похоже, идти за фуражкой мне придется с третьего захода. Я разворачиваюсь и провожаю Веру. Все равно, еще довольно рано. Впереди целый день. В четыре у меня последний урок вождения. Я заплатил вперед, поэтому никуда не деться – нужно пойти, хотя инструктор невыносимо действует мне на нервы. Он сам за меня рулит и нажимает педали, а своими криками он закомплексовал меня настолько, что я уже, наверное, никогда больше не захочу иметь машину.

Доведя Веру до института, я поворачиваю и возвращаюсь на канал Грибоедова. На сувенирном базарчике морских фуражек нет. Есть только бескозырки. Поэтому я покупаю Гадаски бескозырку с ленточками "Балтийский флот". Разве ему не безразлично, в чем пойти на свадьбу своих английских приятелей? Откуда им знать в их далекой Великобритании, что русские военные капитаны не носят бескозырок? Главное, что он будет в морской офицерской форме. Произведет там фурор и впечатление на женщин.

С бескозыркой в руке я иду домой, спокойно рассекая субботнюю пустоту улиц. Небо темное, но дождь не начинается. На Чайковского 36 прямо я замечаю большую тусовку, человек не менее двадцати, привольно расположившуюся под зонтиками пивнушки "Wooden Pub".

– Владимир! – машут мне руками Тимо, Паула и другие. – Иди к нам!

Они сидят большим кругом, расставив соответствующим образом пластиковые стулья. Пия – спиной ко мне. Ее лица мне не видно. Но лицо Тимо просто расплывается от радости, что он меня повсюду встречает.

"Владимир везде" – так, наверное, думает Тимо. – "В этом городе нельзя никуда пойти выпить, чтобы не встретить Владимира. Он – вездесущ".

Я надеваю на голову бескозырку и подхожу, присаживаясь на корточки рядом с Пией, метнувшей в меня странный, настороженный взгляд. Мой вид вызывает смех, внося разрядку в похмельное напряжение.

– Что это? – спрашивает Тимо, показывая на бескозырку.

– На следующей неделе я еду в Лондон, а это я купил только что в подарок моему другу, который там живет. Еще я повезу ему водку.

– Ты едешь в Лондон? – удивляется Пия.

– А разве я тебе об этом не говорил?

– Нет, или я просто об этом забыла. Мы идем сейчас в "Спартак" покупать компакт-диски. Здесь это гораздо дешевле, чем в Финляндии. Пойдешь с нами?

– Не могу, у меня скоро урок вождения. Но мы могли бы встретиться вечером.

– Хорошо, позвони мне, когда освободишься.

– She is sleeping, – отвечает мне по телефону мужской голос, похожий на голос брата Тимо.

– Right, I'll try later. By!

Положив трубку, я смотрю на стрелки часов – шесть вечера.

Попробую перезвонить в восемь. Авось, она к тому времени проснется. Надо же ей как-то гостей развлекать – в какой-нибудь ресторан или клуб повести. Но, дождавшись восьми, я перезвонить не успеваю. Мой телефон оживает сам.

– Это я! Видишь, не выдержала и тебе позвонила. Хочешь пойти сегодня на party?

Ольга.

– Хочу.

– Это в доме на углу Гагаринской и Чайковского – почти рядом с тобой. Давай тогда там и встретимся.

– Прямо на углу?

– Да. Я пойду пешком от станции метро "Гостиный двор". Буду на месте встречи часа через полтора. Давай в половине десятого?

– Хорошо. Но если начнется дождь, я спрячусь в магазинчике "24 часа", ты его сразу увидишь. А что это за party?