Чтение онлайн

Гальяно не стал тянуть.

— Вы были начальницей Патрисии Эдуардо в Медицинском Центре.

— Да.

— По какой причине вы не упомянули это, когда мы говорили?

— Вы спрашивали о пациентах.

— Позвольте-ка мне разобраться, доктор. Я спрашивал о трех женщинах. Одна из тех трех женщин находилась под вашим руководством в другом заведении и вы не сказали об этом?

— Это распространенное имя. Я была занята. Не уловила связи.

— Ясно. — Его тон показал, что это вовсе не так. — Хорошо. Давайте поговорим о ней теперь.

— Патрисия Эдуардо была одной из многих

девочек под моим началом. Я ничего не знаю об их жизни вне больницы.

— Вы никогда не спрашиваете об их частной жизни?

— Это было бы неподходящим.

— Ага. Незадолго до ее исчезновения люди видели как вы с Патрисией ругались.

— Девочки не всегда соответствуют моим ожиданиям.

— Так и случилось с Патрисией?

Она поколебалась.

— Нет.

— О чем же вы ругались?

— Ругались! — Она выдохнула сквозь сжатые губы. — Я бы не сказала что мы ругались. Мисс Эдуардо не согласилась с советом, который я дала ей.

— Совет?

— Медицинский совет.

— Как незаинтересованный начальник?

— Как врач.

— То есть, Патрисия была пациенткой.

Цукерман поняла свою ошибку сразу же.

— Однажды она, возможно, посетила эту клинику.

— Зачем?

— Я не могу помнить жалобы каждой женщины, которая приходит ко мне на консультацию.

— Патрисия не была каждой женщиной. Она была кем-то, с кем вы работали каждый день.

Цукерман не ответила.

— И она не была записана.

— Такое случается.

— Расскажите о ней.

— Вы же знаете, я не могу.

— Врачебная тайна.

— Да.

— Это расследование убийства. На хер врачебную этику!

Цукерман напряглась, и родинка на ее щеке, казалось, выросла в объеме.

— Мы сделаем это здесь, или в штабе. — Заверил ее Гальяно.

Цукерман указала на меня.

— Эта женщина не официальное лицо.

— Вы абсолютно правы, — сказала я. — Вы не должны ставить под угрозу свою присягу. Я подожду в коридоре.

И прежде, чем кто-то мог возразить, я покинула комнату.

Коридор был пуст. Тихо выйдя, я поспешила к кабинету Цукерман, прокралась внутрь и прикрыла за собой дверь.

Утренние солнечные лучи попадающие через полуоткрытые жалюзи, бросали прямые линии на стол и располосовали своим светом маленькие стеклянные часы. Они тикали мягко и быстро, как сердечко колибри, и это был единственный звук, в стоящей вокруг тишине.

Две стены были заняты книжными полками. Ящики для документов стояли у третьей. Все по-бюджетному — в серых тонах.

Я быстренько пробежалась по заголовкам. Стандартные медицинские издания: «JAMA» [60] . «Репродуктивность». Стандартные медицинские тексты. Несколько штук по цитобиологии. Больше — по репродуктивной физиологии и эмбриологии.

В дальнем углу была открыта дверь. Ванная?

Я задержала дыхание и прислушалась.

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

Я поспешно повернула ручку.

Увидела я там вовсе не то, что ожидала.

В комнате стояли два длинных стола, уставленные микроскопами, пробирками и чашками Петри. Стеклянные шкафчики тоже содержали разного рода бутылочки и пробирки. Банки

с эмбрионами и зародышами стояли в ряд на полках, на каждой был указан возраст плода.

Молодой человек как раз помещал контейнер в один из трех холодильников, стоящих у дальней стены. Я прочла надпись: «Эмбриональная бычья сыворотка».

Услышав открывающуюся дверь, парень обернулся. На нем была надета зеленая футболка и камуфляжные штаны, заправленные в черные ботинки. Волосы приглажены и связаны в хвост. На золотой цепи вокруг шеи болтались буквы JS. Стильный коммандос.

Его глаза стрельнули мимо меня в кабинет доктора Цукерман.

— Доктор впустила вас сюда?

Прежде, чем я смогла ответить хлопнула входная дверь кабинета. Я повернулась, и наши глаза зацепились друг за друга.

— Вам сюда нельзя.

Ее лицо покраснело до самых корней ее некрасивых волос.

— Извините. Я заблудилась.

Цукерман обошла меня и закрыла дверь лаборатории.

— Уходите.

Ее губы были сжаты, и она шумно дышала через нос.

Спешно выходя из кабинета я услышала как открылась дверь в лабораторию и прозвучал ее сердитый голос. Имя. Я не стала задерживаться, чтобы подслушать. Мне срочно надо было найти Гальяно.

Хоть мы никогда и не встречались, но я знала имя это Стильного командос.

— Ты уверена?

— Крысиная мордочка как у папаши, двуцветные глаза как у мамаши.

— Один карий, другой голубой.

Я кивнула. Трудно было забыть скучающих владельцев «Параисо».

— И буквы JS на цепочке.

— Хорхе Серано.

— Да. И я слышала как Цукерман назвала его имя.

Я почувствовала было восторг, но он быстро угас.

— И что, черт возьми, они там в лаборатории делают?

— Кроликов там видела?

Я взглянула на него узнать, не шутит ли он. Он шутил.

— Слушай, если ты права насчет Хорхе Серано…

— Я права, Гальяно.

— Хорхе Серано связывает Цукерман с «Параисо». Цукерман знала Патрисию. Это может быть наш первый прорыв в собирании пазлов.

Мы сидели в машине Гальяно, в квартале на восток от клиники доктора Цукерман.

— Цукерман ссорится с Эдуардо. Эдуардо оказывается мертвой в отеле, владельцы которого являются родителями лаборанта Цукерман. — Я старалась, но голос мой все же дрогнул.

— У нас нет вскрытия.

— Я излучаю энергию. И вижу цель.

— Меня вдохновляет твой настрой. Давай-ка поболтаем с Серано.

Мы вернулись в клинику. Серано уже ушел. Как и доктор Цукерман. Как, впрочем, и все ожидающие помощи мамочки.

Очко в пользу клятвы Гиппократа.

Регистраторша подтвердила что Хорхе Серано здесь работал. Она назвала его как личного ассистента доктора Цукерман. Единственный известный его адрес был адрес отеля его родителей.

Я предложила еще раз заглянуть в лабораторию к Цукерман. Гальяно отказался, предпочитая дождаться ордера.