Чтение онлайн

— По правде одна из них довольно неприятная личность.

— Неприятная?

— Сопротивление, ругательства, плевки.

Миссис Спектер насладилась этим в аэропорту.

— Плохо дело. Но вот чего я не пойму, так это почему Шанталь Спектер вообще оказалась в КПЗ в Южном округе?

— Ты знаешь про посла? — я не верила своим ушам.

Я так берегла приватность семьи Спектеров, а этот супер-ищейка уже с полными карманами информации!

— Дипломаты любят неприкосновенность.

— Дипломатическую неприкосновенность.

Прикрыв глаза я постаралась справится с раздражением.

Райан позволил мне болтать в то время как уже все знал. И откуда ему известно про Спектеров?

— Господи, Райан! Есть ли какое-нибудь дело которое я могу вести без твоего вмешательства?

Райан гнул свое.

— Дипломатическая неприкосновенность не работает на родине. Почему Шанталь не отпустили сразу же?

— Может она никак не могла расстаться с оранжевым комбинезоном! Как давно тебе известно об этом деле?

— Она должна была уехать в своем лимузине менее чем через час.

— Шанталль назвала чужое имя. Копы не знали кто она. Как давно ты знал о связи со Спектерами?

И снова он проигнорировал мой вопрос.

— Как же ее раскрыли?

— Шанталь воспользовалась правом на звонок другу.

Об этом мне рассказала миссис Спектер.

— А дружок сообщил мамочке, — продолжил за меня Райан.

— Да, — вздохнула я.

— И мужчины с лампасами позволили томиться непослушной Шанталь в ожидании, пока ее мамуля как угорелая неслась в Квебек.

— Что-то вроде того.

Где-то захлопнулся багажник автомобиля и звук эхом прокатился по дворику. На стоянке напротив завелся двигатель.

— Пару часов.

— Что?

— Я знаю об этом пару часов. Гальяно рассказал мне днем. Старина Бат никогда не изменится.

Райан улыбнулся и приобнял меня.

Когда меня что-то раздражает я становлюсь вспыльчивой и буквально плююсь словесными бомбами. Когда же я злая, до черноты в глазах злая, то внутри становлюсь до неприличия спокойной. Мозг застывает, голос становится ровным и ответы превращаются в ледяные глыбы.

Я стала предметом разговора для мальчиков. Злость перполняла меня.

— Ты звонил Гальяно?

— Он мне звонил.

— Детектив Гальяно интересовался моей компетенцией?

— Он интересовался семьей Спектер.

Наступило ледяное молчание. Райан прикурил.

— Вы обсуждали меня на испанском?

— Что? — Эта отсылка к давним временам спасла его.

— Ничего.

Райан глубоко затянулся и выпустил кольцо дыма.

— У Гальяно есть подозреваемый, — сказал он таким тоном словно читал программу в газете.

— И поэтому он позвонил человеку не имеющему отношения к делу.

— Он хотел знать что у меня есть на Спектеров. И он пытался до тебя дозвониться.

— Действительно.

— Звонил на мобильный. Вот я и пришел чтобы сказать тебе об этом.

— Врешь ты все.

— Ты давно проверяла свой телефон?

Давно.

Молча я пошла в дом, достала мобильный. Четыре пропущенных звонка. Все из-за рубежа. Я проверила голосовую почту. Два сообщения.

Первое от Олли Нордстерна. У этого чертового репортера есть несколько вопросов. Не могла бы я перезвонить ему? Удалить сообщение.

Второе было от Бата Гальяно: «Подумал вам будет интересно. Вчера вечером мы арестовали подонка, который убил

Клаудию де Альда.»

Гальяно позвонил мне только в субботу днем. Когда мы с ним говорили, он как раз вел допрос этого подонка.

— Кто он такой?

— Мигель Энжел Гутиеррес.

— Продолжайте.

— Вчера Гутиеррес устроил поход в руины Каминалиью. Наш дружелюбный любопытный дедуля заинтересовался этой экскурсией и лично позвонил в полицию. Его повязали когда он карабкался наверх по склону всего в пяти ярдах от места где нашли Де Альда.

— Совпадение?

— Ага, как перчатка Симпсона [44] . Гутиеррес работал садовником. Де Альда его постоянные клиенты.

— Не шутите?

— Не шучу.

— Что он говорит?

— Не много. В данный момент он разговаривает со священником.

— И?

— Думаю дошли до пятой заповеди. Тем временем Эрнандес перерывает его трейлер.

— Есть какая-нибудь связь с «Параисо» или с Патрисией Эдуардо?

— Мы о таком не знаем. Что-нибудь у вас?

Я рассказала о кошачьей шерсти и восстановлении черепа.

— Не плохо, Брэннан.

Точно так сказал бы Райан.

— Держите меня в курсе.

Днем я прибралась в квартире и устроила стирку. После этого надела кроссовки и отправилась в спортзал. Пока я гоняла на третьей скорости по беговой дорожке в голове у меня крутилось всего два имени:

Райан и Гальяно.

Гальяно и Райан.

Гнев мой уменьшился после того как я вчера вечером холодно попрощалась с Райаном. Но все-таки совсем он не исчез.

Почему?

Потому что эти однокурсники болтали обо мне, как будто у них была очередная встреча в боулинге?

Райан и Гальяно.

Гальяно и Райан.

Говорили или нет?

Конечно говорили!

А не паранойя ли у меня?

Гальяно и Райан.

И что они обсуждали?

Я вспомнила тот случай с Райаном. В лодке. На мне была футболка, обрезанные шортики и никакого нижнего белья. О, боже!

Райан и Гальяно.

Гальяно и Райан.

Я бежала до тех пор пока мои легкие не запылали, а ножные мышцы не заболели. Ко времени как я приняла душ моя злость уже ушла из красной зоны.

Вечером я ужинала с Сюзанн в «Le Petit Extra» на Рю Онатрио. Она слушала мою историю о «плохих мальчишках» спрятав улыбку.

— С чего ты взяла что они не говорили на строго профессиональные темы?

— Женская интуиция.

Одна красивая бровь взлетела вверх.

— И это все?

— Еще есть теория что все мужики сволочи.

— А это не сексизм?

— Конечно он самый. Но мне ничего больше в голову не приходит.

— Остынь, Темпи. Ты просто сверхчувствительна.

Не в бровь, а в глаз. Я это подозревала.