Чтение онлайн

Я нервно сглотнул.

Раилиар растерянно блуждал взглядом по разгромленному кабинету своего повелителя, обдумывая сложившуюся ситуацию. И с каждой прошедшей атисс убеждался в том, что ситуация сложилась, мягко говоря, нехорошая. Назревал раскол в роду, когда сын идет против отца, а мать против дочери. Страшно. И не только потому, что последний раз род, в котором наметился раскол, буквально истребил сам себя, нет…

Если погибнет род Аторре — кто тогда будет стоять в тени эльфийских владык? Кто прикроет им спину?

Клан рыжеволосых уже не одно тысячелетие являлся самым близким, самым преданным князьям родом. Веками желтоглазые эльфы были верными шпионами и

«специалистами по деликатным поручениям», как однажды изящно выразился Раалэс по поводу наемных убийц. Невидимой опорой трона.

Раалэс… Бледный, худой до болезненности крылатый подросток, так похожий внешне на умершего от старости сына Элли… Да и характер тоже не особо отличается — Раилиар успел достаточно пообщаться в свое время с Лиэсаном, чтобы понять: приемный сын его младшего брата не особо отличается от родного. Разве что измененный, а не полуэльф — но, может, это и к лучшему. По крайней мере, измененный не умрет через пару сотен лет от старости.

А вообще, Раилиару было безумно жалко братишку: отравление сиином, да еще и до финальной стадии, забрало у Элли не меньше, чем пятьсот лет жизни. Не говоря уже о том, что брат будет всю оставшуюся жизнь зависеть от энергетической подпитки, буквально паразитируя на Лесе — благо личное дерево у Элли имелось. Ну или, если захочет покинуть тень ветвей родного дома, будет вынужден цепляться к Раалэсу — измененный, в силу того, что магией пользоваться умел лишь на бытовом уровне, спокойно разрешил прицепиться к своим каналам и оттягивать из себя энергию. «Все равно я силой пользоваться толком не умею — так пусть она хоть кому-то пригодится. А Элли я полностью доверяю», — пояснил тогда Лэсс ошарашенным эльфам. Ведь так можно полностью осушить незадачливого мага-донора! А такое доверие стоило многого…

Вот только о еще одном последствии отравления сиином Рай после полного обследования организма брата не говорил никому, кроме приемной матери и Элли — слишком страшным оно было. Невероятно редким — но все же возможным! — и столь же чудовищным. Род Аторре вымирал, а Раилиар, призванный по рождению быть Стражем, но не главой рода, не мог сделать ничего, кроме как поддержать безрассудное, продиктованное бессмысленным порывом, но оказавшееся в итоге единственно верным решение Элли ввести в род в качестве наследника измененного.

Для полного закрепления за Лэссом статуса ли'ара необходимо было согласие главы рода… А вот тут наткнулся гном на нир-аш-алэ. [5] Отец мало того, что не захотел принимать в род не-эльфа, так еще и попытался его убить! Да еще посредством Великого Леса…

А если бы его попытка удалась? Если бы у Раалэса была менее гибкая аура? Что бы тогда было?

Род Аторре мог быть просто стерт с лица мира разъяренным таким обращением к себе Лесом, и было бы совершенно невероятным, чтобы все остальные остались целыми и невредимыми. А Раалэс бы умер, причем не самой легкой смертью.

Теперь понятно, почему Элли так отчаянно цепляется за приемыша, словно боится, что, если он его отпустит, тот снова куда-то вляпается. И не исключено, что в следующий раз исход дела не будет столь благоприятным.

…Наконец повелитель закончил воспитывать своего неугомонного сына и повернулся к сжавшемуся в комочек в кресле Лэссу.

— Ну, — начал князь. — А теперь поговорим с вами, уважаемый измененный…

Племянник нервно

сглотнул и поежился, а Раилиар подобрался. Предстоял серьезный разговор…

— Э-э-э… — протянул я. Ой, как-то мне уже расхотелось общаться с власть имущими! И все равно, что князь может поставить на место зарвавшегося родственничка — мне гораздо спокойнее, когда со мной разговаривают несколько иным тоном, нежели сейчас. — А что вы хотите услышать?

Князь вздернул бровь.

— Ну, хотя бы…

В этот момент Элли, и без того напряженный, как струна, выпрямился и, вцепившись в мое многострадальное, только-только зажившее плечо так, что я тихонечко взвыл, отчеканил, смело перебив эльфийского правителя:

— Великий князь, я прошу вашего разрешения признать присутствующего здесь Раалэса ли'ара Аторре моим сыном и наследником!

«А я сошла с ума, а я сошла с ума-а-а… Какая досада!» — пронеслось у меня в голове. Элли что, совсем разум потерял — предлагать такое? Даже если князь сейчас официально признает меня сыном Элли — дедуля прибьет меня сразу же, как только мы выйдем отсюда! Вон как глазами сверкает на непокорного сыночка! Видимо, бла-а-агородный эльф не ожидал от своего, как я понял, доселе послушного и неконфликтного сына такого финта ушами, как принятие в род в качестве полноценного наследника измененного. Как будто мне самому хочется лезть в этот гадюшник, по недоразумению названный «эльфийским княжеским двором»! Мне жить еще охота…

— Кхм, — прокашлялся после недолгого молчания князь. — Не думал, что однажды увижу, как в род Аторре принимают постороннего. Да еще и не-эльфа! У тебя есть подходящее объяснение этому, Эллисаан?

— Есть, — кивнул этот сумасшедший шрамолицый и устроился поудобнее на подлокотнике. Ух, как же засверкал глазами дедуля! Прямо любо-дорого поглядеть! Правда, весь эффект смазался из-за того, что на голову данному экзотическому «статую» внаглую уселась уже пришедшая в себя княжеская синяя ворона и начала активно ерошить шевелюру в поисках чего-нибудь съедобного. Не нагадила бы… Тогда дедуля точно свернет птичке шею и не посмотрит, что она — княжеский любимец.

Мне кажется или ворона — такой же фамилиар, как и моя мышка? Ой, как неудобно получилось…

Кстати, о любимцах. Миледи, видимо, решила, что мои волосы не годятся для создания уютного гнездышка и переместилась на колени Раю, который теперь рассеянно чесал ей круглое пузо. Вот зараза мелкая! Как кормить — так ко мне, а как что-то иное — летит к другим. Пусть только еще раз попробует подлететь ко мне на предмет «угости вкусненьким, хозяин»! Пускай у Рая просит!..

Тем временем Элли, тяжко вздохнув, окинул взглядом разгромленный кабинет и задержал взгляд на прикинувшемся предметом интерьера и навострившем уши Лэе. На секунду у меня мелькнула мысль, что он сейчас потребует выставить из кабинета княжича — уж больно задумчивое было у моего приемного папочки лицо. Но обошлось.

Элли еще раз как-то жалобно вздохнул и, глядя куда угодно, но не на собеседника, тихо сказал:

— Князь, вспомните, какие побочные эффекты бывают при отравлении сиином до финальной стадии? Редкие побочные эффекты…

Князь нахмурился, пытаясь вспомнить что-то, известное только узкому кругу посвященных — я, например, абсолютно не понимал, в чем дело. Да и дедуля, судя по недоуменному взгляду, брошенному на сына, тоже…

Внезапно глаза правителя округлились, и он с изумлением, переходящим в ужас, уставился на смущенного Элли. Или это не смущение?