Чтение онлайн

— Не переживай, — голос русалки был журчащим и словно бы приглушенным. — Ты не умрешь. Такая славная девочка.

Я начала с трудом двигать рукам и ногами, в панике пытаясь выплыть на поверхность и сделать хотя бы вдох. Но одежда казалась такой тяжелой, а вода все тянула меня вниз...

— От тебя так вкусно пахнет, — руки русалки обвили меня за талию и потянули наверх. — Я просто хотела посмотреть на тебя поближе.

Я

обессиленно опустила руки. Страшно мне почему-то не было. Голос русалки был добрым и мягким. Почти, как у мамы.

Когда моя голова оказалась на поверхности, я сделала глубокий и судорожный вдох. Легкие обожгло ледяным воздухом, и я громко закашлялась. Все это время русалка держала меня над водой. Мой затуманенный взгляд метнулся в сторону служанок, я хотела позвать на помощь, но... никого на берегу не оказалось. Их силуэты удалялись по дороге, в сторону нашего дома.

— Тебя снова бросили?»

Я открыла глаза и увидела светлую ткань балдахина. В дверь постучали. Видимо не первый раз. Я разрешила войти, а сама прижала руки к лицу. Что за паскудный сон? Хотелось вернуться туда, к реке, ударить каждую служанку по щеке и... а что я могла сказать им? Они даже не заметили, что Надя пропала.

— Госпожа? Вы плохо себя чувствуете? — обеспокоенно спросила Ира, подходя к кровати.

— Все хорошо, — глухо произнесла я в ладони.

— Все еще спишь, лентяйка?

Я медленно отняла руки от лица, чтобы увидеть в дверях свекровь. Она бесцеремонно вошла в комнату и оглядела ее с таким презрением, словно зашла, как минимум, в свинарник.

— И вам доброе утро... матушка, — ласково произнесла я, с удовольствием наблюдая, как лицо женщины искривляется в брезгливости.

У меня был большой опыт общения с людьми. И, как правило, людей раздражает, когда на их выпады, никак не реагировать. Поэтому я старательно делала вид, что все в порядке. Сейчас не время терять голову и нападать на пожилую женщину. Не звери же мы.

— Не называй меня так, дочь блудница, — резко сказала Валентина, оглядывая меня с ног до головы. — Почему ты еще в спальне? Почему не помогаешь накрыть на стол. Вчера я тебе это простила, но сегодня...

— А почему вы все еще тут, матушка? — спросила я, вставая с кровати.

— Это мой дом, я хожу, где хочу, — ответила мне свекровь с наглой улыбкой.

— Это я прекрасно понимаю, — я пожала плечами, принимая от Иры стакан воды. — Но почему вы еще не на кухне?

— Что? Почему мне надо...

— Чтобы показать мне пример, — я невинно улыбнулась. — Раз матушка утверждает, что она хозяйка дома, то она должна быть на кухне, чтобы вести хозяйство.

— Все сказала?

— Да. А вы?

Валентина усмехнулась и вышла из комнаты, так больше ничего и не сказав. Я передернула плечами и только после этого смогла сбросить улыбку с лица. Раздражает. Даже с утра не могу побыть одна!

— Госпожа, как вы себя чувствуйте? — тихо спросила Ира, обеспокоенно

рассматривая меня.

— Все хорошо, — я кивнула. — Лучше подыщи мне платье. Мое вчерашнее уже следует постирать.

Только сказав последнее слово, я тут же вспомнила свой сон и скривилась. Страшно мне было совсем не из-за русалки, нет. Пусть она чуть и не убила ребенка, но прислуга даже не заметила исчезновения Нади. Или заметили, но решили, что если она умрет, будет лучше? Я даже не знаю, какой из этих вариантов хуже.

Ира подала мне два платья — одно легкое белое, а сверху голубой сарафан. Они были достаточно широкими, поэтому я спокойно их надела. Даже живота не было видно. Идеально. Даже настроение улучшилось. Ненадолго.

Когда я пришла в столовую, то поняла, что стол на меня накрыт не был. Глеб сидел за столом, опустив взгляд и просто ел, никак не реагируя на мое появление. Я нахмурилась, остановилась на пороге и тут же поймала сочувственный и виноватый взгляд Алексея.

— Ох, Божечки, — с улыбкой сказала свекровь, посмотрев в мою сторону. — Ты же сказала, что тебе нехорошо, поэтому я попросила не накрывать тебе на стол.

— Ничего страшного, матушка. Я сама себе приготовлю. Все равно здешние блюда мне не очень нравились.

Я резко развернулась и вышла из столовой, пока эта змея снова не начала открывать рот. Терпение у меня есть, но оно не резиновое. А эта женщина явно пытается спровоцировать меня, чтобы после унизить перед всеми. Я уже представляю эту картину — вот, она напала на пожилую женщину, она блаженная, ее надо в монастырь... Или что-то вроде.

— Ира, где тут кухня?

— Пройдемте за мной, госпожа.

Служанка провела меня по коридору к лестнице на второй этаж, но не пошла наверх, а резко повернула влево. Там был еще один узкий коридор, заканчивающийся огромной кухней. Я даже застыла, увидев такие размеры. И печи тут было две. И посуды много. А ингредиентов! И даже перец имелся! И томаты!

— С этого дня начну готовить себе сама, — пробормотала я, проходя внутрь.

На кухне было не так много людей, но главную повариху я узнала сразу — по выражению лица. У меня на работе была такая же — злая, недовольная и очень уставшая. Зная, сколько они готовят, уверена, что проснулась эта бедная женщина до рассвета.

— А ты кто такая? — рявкнула повариха, заметив меня. — Что тут делаешь?!

— Татьяна Павловна, — тихо пропищала Ира, — это молодая госпожа. Ей велено готовить еду себе самостоятельно.

— А. Понятно, — женщина сразу изменилась в лице и глянула на меня с презрением. — Ты готовить-то умеешь, «госпожа»?

— Умею. Можете не волноваться, — тихо произнесла я, чувствуя, как начина закивать.

Слава двум Богам, что она решила просто меня не трогать и не обращать внимания. А я тем временем взяла небольшой горшочек и задумчиво посмотрела на него. Сделать еду в горшочке? А почему нет? Мясо куриц есть, картофель есть, лук репчатый я тоже вижу. И даже масло есть! Все просто идеально.