Чтение онлайн

Входные двери запирались автоматически, но до соседнего здания было всего два метра. Можно было легко проникнуть в общежитие, перепрыгнув с крыши на крышу, как это сделала Индекс сегодня утром.

Камидзё прошел через автоматически запирающиеся двери, миновал "кладовку, известную как комната коменданта общежития" и вошел в лифт. Назло всем, лифт был еще более грязным и перекошенным, чем грузовой лифт на фабрике, но кнопку "К", обозначавшую выход на крышу, запечатывала металлическая пластинка, чтобы помешать Ромео и Джульеттам ночь за ночью выбираться на крышу.

Прозвенел звонок как в микроволновке, и лифт остановился

на седьмом этаже.

Камидзё раздвинул лязгнувшую дверь и вышел в коридор. Он был на седьмом этаже, но ветра не было, так что здесь было даже жарче и более душно, чем на улице, из-за того, что соседнее здание было совсем рядом.

– Хм?

Наконец, Камидзё кое-что заметил. Дальше по прямому коридору и как раз перед дверью его комнаты собрались три робота-уборщика. Нечасто можно было увидеть сразу три из них. Хотя бы потому, что он был почти уверен, что на всё общежитие их было только пять.

По тому, как они вибрировали и двигались вперед-назад было похоже, что они убирали ужасный беспорядок.

По какой-то причине Камидзё остро ощутил надвигающуюся невезуху.

У робота-уборщика было достаточно мощности, чтобы аккуратно отодрать прилипшую к полу жвачку. Так что же создало такую проблему для трёх из них?

Камидзё содрогнулся от мысли о том, что его сосед Мотохару Цучимикадо мог набухаться, ведя себя как хулиган для того, чтобы потерять девственность, и закончил тем, что от души всё обблевал, использовав дверь комнаты Камидзё вместо телефонного столба.

Что случилось?...

У людей есть несчастливая склонность желать видеть ужасные вещи.

Машинально сделав еще несколько шагов, он наконец увидел это.

Таинственная девочка по имени Индекс упала в обморок от голода.

– ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... А-а-а.

Роботы мешали разглядеть ее всю, но было совершенно очевидно, что некто в белом монашеском одеянии, усеянном блестящими безопасными булавками, лежал лицом вниз в обмороке.

Индекс не двигалась, хотя об неё непрерывно стукались три робота-уборщика. От этого она выглядела еще более жалко, словно её клевали городские вороны. Вообще-то роботы-уборщики были сконструированы так, чтобы избегать столкновений с людьми и другими препятствиями. Почему машины отказывались распознавать её как человека?

– ... Полагаю, это тоже невезуха.

Если бы в этот момент Тома Камидзё увидел своё лицо в зеркале, его бы удивило то, что на нем была улыбка.

В глубине души он беспокоился. Возможно, он не поверил ей насчет магов, но было вполне возможно, что девочку преследовала какая-то секта.

Он был рад увидеть её в обычном, голодающем состоянии.

И даже не обращая внимание на эти переживания, он был рад увидеть её снова.

Затем Камидзё вспомнил единственную вещь, которую она забыла: белоснежный капюшон, который он ей так и не отдал. Ему показалось странным, что он смотрел на этот капюшон как на какой-то талисман.

– Эй! Что ты здесь делаешь?

Он окликнул её и побежал к ней.

"Почему я не могу подождать, словно младшеклассник, который не может уснуть в ночь перед школьной поездкой? Почему каждый мой шаг вызывает такое чувство, словно я иду в магазин в день выхода большой РПГ?"

Индекс его пока что не заметила.

Тома Камидзё выдавил из себя улыбку по поводу того,

насколько это было "по-индексовски".

А затем он наконец заметил, что Индекс лежит в луже крови.

– ... А-а ... ?.

Первым, что он ощутил, было не потрясение, а замешательство.

Он не мог заметить этого раньше, потому что обзор закрывали роботы-уборщики. Поскольку она лежала лицом вниз, он смог увидеть одиночную горизонтальную линию внизу её спины. Это была рана, нанесенная клинком, но она была настолько прямой, что казалось, кто-то воспользовался линейкой и резаком для картона. Кончики её серебристых волос длиной до талии явно были обрезаны и эти серебристые волосы окрасила в красный цвет жидкость, истекавшая из раны.

Какое-то мгновение Камидзё не мог понять, что это была человеческая кровь.

Разница между реальностями мгновение назад и мгновение спустя спутала его мысли. Красный... красный... кетчуп? Индекс что, потратила последние силы на то, чтобы высосать кетчуп, а потом свалилась в обморок от голода? От этого приятного мысленного образа Камидзё чуть не улыбнулся.

Он почти улыбнулся, но улыбки не получилось.

Улыбнуться было невозможно.

Три робота-уборщика, лязгая, продолжали двигаться вперед-назад. Они отчищали пятно на полу. Они отчищали красную жидкость, разлившуюся по полу. Они отчищали красную жидкость, истекавшую из тела Индекс, словно лезли в рану грязной тряпкой: они высасывали кровь из тела Индекс.

– Сто... йте. Стойте! Чёрт!!!

Глаза Камидзё наконец-то сфокусировались на реальности. Он яростно схватил роботов-уборщиков, собравшихся вокруг серьезно раненой Индекс. Но это ему не удалось, поскольку роботы по необходимости были сделаны довольно тяжелыми, чтобы предотвратить их похищение, да и были достаточно мощными.

В действительности, роботы-уборщики всего лишь отчищали постоянно распространявшееся по полу пятно, и ни разу не коснулись раны Индекс. Несмотря на это, Камидзё смотрел на них как на червей, копошащихся в гноящейся ране.

Ему было нелегко отодвинуть в сторону хотя бы одного из этих тяжелых и мощных роботов, не говоря уже о трёх. Пока он сосредотачивался на одном, остальные два направлялись к пятну.

Предполагалось, что он обладает силой, способной убить даже Бога.

Но он не мог сдвинуть с дороги эти игрушки.

Индекс ничего не говорила.

Её бледные губы были настолько неподвижны, что он не был уверен, дышит ли она вообще.

– Чёрт, чёрт!!!
– закричал Камидзё в замешательстве.
– Что случилось? Какого чёрта тут случилось?! Чёрт бы его побрал! Кто, чёрт возьми, сделал это с тобой?

– Хм? Должно быть, это мы, маги.

За его спиной раздался голос; голос, не принадлежавший Индекс.

Камидзё обернулся всем телом, словно собирался рвануться вперед и ударить этого человека. Там стоял человек, появившийся из... нет, не из лифта. Похоже, он поднялся сюда по пожарной лестнице рядом с лифтом.

Этот белый человек был двух метров ростом, но на вид был моложе Камидзё.

Ему было... наверное, 14 или 15 лет, одного возраста с Индекс. Его большой рост был отличительным признаком иностранцев, в то время как его одежда была... абсолютно черной версией одежды, которую носят священники. Однако, даже если обыскать весь мир, вряд ли нашелся бы человек, который назвал бы его священником.