Льуминос
Шрифт:
– И как ты оттуда вышел? Сбежал, что ли? Как в фильме «Кавказская пленница» – другие шизики тебя катапультировали через забор? – спросил, улыбаясь, мой друг.
– Ректор нашего университета знал уже с самого утра, что у меня проблемы, – усмехнулся Денис. – Хоть для многих он – негодяй редкий, но своих в беде он не бросал никогда; помогал всегда. Он позвонил начальнику милиции города, и через полчаса следователь, который меня туда доставил, уже вез меня на своей машине в университет. Когда я зашел в кабинет к ректору и начал его благодарить, он показал мне кулак перед носом и сказал, чтобы больше подобного никогда не было, а то в следующий раз он мне сам засунет в задницу то, что нашли в моем чемодане. Я пытался объяснить ему, что это так надо
Это был незабываемый вечер в нашем любимом студенческом кафе, и мы буквально угорали со смеху.
– Серёга, – обратился ко мне Доцент, – теперь я тебя хочу «освидетельствовать» и составить психологический портрет. Скажи мне: какая цель таких, мягко говоря, розыгрышей? Которые, по слухам, нередко происходят. И как давно ты начал их инициировать?
– У меня лучше спроси! – отозвался один из друзей, с которым мы были знакомы ещё со школьной скамьи. – Он начал их, как ты говоришь, инициировать с самого детства. Но самое главное в этом во всём то, что у него всегда получалось выходить сухим из воды и оставаться безнаказанным… Хотя нет, не всегда, – вспомнил он историю и рассмеялся. – Как-то раз в школе, насмотревшись фильмов про партизан, мы собрались вместе и решили, что пришло время для серьезных дел. У каждого из нас были свои идеи, но у Серого была, как нам показалось, самая достойная идея – он предложил пустить под откос грузовой железнодорожный состав со щебнем. Нам тогда требовалась щебенка, чтобы стрелять из рогаток. Много щебенки… – смеясь, рассказывал мой друг. – Ты, вообще, можешь себе представить: тридцать вагонов со щебнем пустить под откос?! Хорошо, что всё обошлось без жертв!
Доцент удивленно слушал, не понимая, шутит он сейчас или говорит серьезно.
Семейка Адамсов
Мы уже целую неделю ездили с Алиной по врачам. Было важно выслушать как можно больше мнений, чтобы затем принимать какое-то решение по поводу лечения. Но чем больше мы общались со специалистами, тем больше понимали, что каких-то конкретных эффективных вариантов никто нам предложить не мог. Практически все были едины во мнении: хирургическое вмешательство проводить нельзя – слишком большие риски. Химиотерапия и высокоточная радиохирургия в Алином случае были бы также неэффективны. Опухоль находилась в труднодоступном месте головного мозга и не имела четких границ, поэтому воздействовать на неё каким-то образом, кроме как хирургическим, не было никакой возможности.
Мы с Алиной заехали перекусить в «Классик». Пока ждали заказ, в кафе зашел мой приятель, с которым у меня были общие дела в одном бизнесе.
Мне нужно было с ним переговорить. Мы перешли с ним в другой зал, где было всего несколько столиков и бильярдный стол. В этом помещении можно было уединиться, и мы часто его использовали как переговорную.
Пока Алина ждала заказ, в кафе вошел мой брат Дима. На тот момент она уже была с ним знакома.
– О, какие люди! Привет, Алина, рад тебя видеть! – расплылся он в улыбке. – Ты как всегда – необыкновенной красоты! Вот брату моему повезло. А где Серёга, кстати? Я вижу, его машина стоит возле кафе.
Алина тоже рада была его видеть и сказала, что я отошел в бильярдную переговорить с каким-то человеком.
– Я смотрю, вы уже на новой машине! Шикарная тачка! На такой, и на людях не стыдно будет показаться, – заметил он, все также в своей шуточной манере. – Ну, а тебе как тачка?
Я только купил себе новую машину и выехал на ней первый день. Еще не успел её даже полностью переоформить и застраховать.
– Дима, а давай разыграем Серёжу? Если конечно тебя это не затруднит, – ответила она вопросом на вопрос.
– Разыграем? В смысле? – засмеялся он. – По-моему, только он всех разыгрывает. Аля, ты шутишь? Как ты его хочешь разыграть?
Алина встала из-за столика, подошла к вешалке, которая находилась в нескольких шагах, вытащила из кармана
моей куртки ключи от машины и протянула их Диме.– Можешь отогнать машину в какой-нибудь двор поблизости? И принести ключи обратно?
Он весело рассмеялся.
– Да нет, думаю, с ним такой номер не пройдет. Он догадается, что это ты вытащила из его куртки ключи, отогнала её и спрятала, пока он разговаривал с человеком. Он сам такое делал, надурить его будет сложно.
– Не догадается… Он знает, что я не умею водить машину, а тебя он не видел. Так что, думаю, всё получится.
Он опять громко рассмеялся.
– Вижу, из вас получится неплохая пара: Серёга, от которого и так все шарахаются, не зная, чего от него ожидать, и ты – со своей ангельской улыбкой и… сама себе на уме.
– А Серёжа тоже любит разыгрывать?
– Разыгрывать?!!! – восклинул он. – Ты что, смеешься? Он не разыгрывает – он судьбы меняет! Ладно, давай, пока он не вышел из бильярдной, попробую успеть отогнать куда-нибудь.
Он схватил ключи и выбежал из кафе. Через пять минут зашел обратно.
– Ну что? Ещё не выходил? – спросил он запыхавшись.
– Нет, всё нормально, ещё разговаривает, – успокоила его Алина.
– Тогда я побежал, пока он нас с тобой не спалил на этом тёмном деле.
Я вернулся из бильярдной, мы пообедали и вышли на улицу. Я смотрел на парковку, которая находилась прямо под окнами кафе, и не мог поверить своим глазам – машины не было.
Руки вспотели, сердце, я думал – выскочит из груди. Мало того, что машина стоила немало денег, и я даже не успел ее застраховать, так ещё внутри лежали чужие деньги, которые нужно было отдать в тот день. У меня даже закружилась голова от неожиданности.
– Машину сп… ли! – единственное, что я мог произнести в качестве реакции на происходящее.
Через несколько минут я взял себя в руки и решил, что нужно не терять время, а действовать.
Меньше всего надеяться в такой ситуации можно было на стражей порядка. Очень редко угнанные автомобили возвращались обратно владельцам. Даже если милиция и ловила угонщиков, те, имея при себе наличные деньги, всегда могли откупиться и уехать, куда им было нужно. Поэтому я сразу начал обзванивать знакомых в надежде, что, может быть, сумею ещё что-то предпринять.
Среди тех, кто угонял машины в то время была распространена такая схема: за какой-нибудь выкуп, например за половину стоимости угнанной машины или того меньше, они возвращали ее обратно. Напрямую пострадавшему они, конечно, не звонили, искали каких-нибудь посредников. Поэтому я попросил всех своих знакомых, которым названивал, чтобы мне дали знать, если что-то подобное будет происходить. Ещё я попросил, чтобы на главные выезды из города (у нас их было несколько) поехали люди и какое-то время там подежурили – вдруг угонщики захотят сразу вывезти машину из города, что тоже было вполне вероятно.
Занимаясь всем этим, я наконец заметил, что Алина плачет.
– Да не плачь ты так, – сказал я раздраженно, видя, что рыдает она всё сильнее и сильнее.
– Аля, не принимай ты всё это так близко к сердцу, – попытался я её успокоить. – Машина – это кусок металла, нечего о нём так беспокоиться.
Но Алина продолжала рыдать. Успокаивая её, вдалеке я увидел синюю «Мазду», похожую на машину моего брата. «С одной стороны, – подумал я, – он мог оказаться тут случайно. Он же любит здесь бывать в поисках новых знакомств с симпатичными студентками. С другой стороны, какое-то странное совпадение». Хотя машина стояла вдалеке, я видел, что за рулем никого нет. Я решил, что если во всем этом замешан мой Димка, он будет действовать по понятной схеме – спрячет машину в каком-нибудь ближайшем дворе. Пока эти мысли крутились в моей голове, я внимательно рассматривал всё вокруг, размышляя, куда бы я на его месте спрятал машину. Я направился в один из дворов. Алина шла сзади и плакала. Я зашёл за угол… и увидел свой автомобиль. Я повернулся к Алине – она к этому моменту уже широко улыбалась. А с другого конца двора подходил мой брат.