Чтение онлайн

Я решил навестить Пурпурного в его гнезде. Он был очень доволен ходом работ. Удовлетворенная ухмылка проглядывала сквозь черную щетину, и он игриво похлопывал свой животик. Некоторыми повадками он напоминал мне здоровенного черного кабана. Я рассказал ему об уходе ткачей. Пурпурный задумчиво кивал, когда я сообщил ему о мерах, предпринятых Шугой.

— Да, — признал он. — Это очень умно. Но я не беспокоюсь о тех, кто ушел. Они скоро вернутся.

— Почему?

Пурпурный объяснил с невинным видом:

— Во-первых, у нас почти

все прядильные установки на острове. Во-вторых, им негде взять достаточно нити для своих станков.

Он засмеялся, довольный своей хитростью.

— Они будут счастливы, если сумеют сделать хотя бы один кусок воздушной ткани.

— Да, ты прав — я этого не понимал.

— И еще одно… У нас единственные на острове костяные зубья. Они не смогут изготовлять такую тонкую ткань, как наша. Они вернутся.

Он хлопнул меня по плечу.

— Идем, мне надо подняться на скалу и посмотреть, как движется работа.

— Я немного пройдусь с тобой, — сказал я. — Есть еще ряд вопросов, которые нам надо обсудить.

Я рассказал о шуме и грязи, создаваемых скоплением станков в одном месте.

— Ты прав, Лэнт. Мы должны раздвинуть их. Возможно, некоторые придется перенести в другое место. Мы должны любой ценой защитить ткань от грязи. Я сам организую это.

— Я уже сказал Лесте, — сообщил я. — Он не возражает. По крайней мере, не больше, чем обычно.

— Хорошо.

Мы запыхались, поднимаясь по склону в верхнюю деревню. Я сказал:

— Еще одна проблема, Пурпурный. Некоторые начали поговаривать о плате за работу. Они боятся, что у тебя не хватит заклинаний, чтобы рассчитаться с ними. Честно говоря, Пурпурный, даже я не понимаю, каким образом ты намерен выполнить свои обещания.

— Угу, — сказал Пурпурный, — надо им дать какие-нибудь символы или еще что-нибудь в таком духе.

— Волшебные символы? Он задумчиво кивнул.

— И что они будут делать?

— Символ будет обещанием будущего заклинания. Каждый может хранить его, или обменять, или реализовать позже, когда у меня будет время для этого.

Я обдумал это предложение.

— Тебе их понадобится очень много, верно?

— Да. Я прикидываю, может быть, попросить Белиса Горшечника…

— Нет, у меня есть идея получше!

Мой мозг напряженно работал. Мои подмастерья уже хорошо освоили работу по кости. Они сделали более чем достаточно зубьев, чтобы удовлетворить потребности даже тех, которые будут построены в ближайшие пять дней. Мне не нравилось видеть, как они болтаются без дела, а у меня все еще оставались сто двадцать восемь ребер от скелетов, подобранных по дороге. Я сказал:

— Почему бы тебе не разрешить мне вырезать символы из кости? Кость имеет душу — а глина нет. К тому же моим подмастерьям сейчас нечего делать.

Пурпурный неторопливо кивнул:

— Хорошая идея, Лэнт. Мы можем выдать им по волшебному символу за каждый день работы.

— Нет, не пойдет, — возразил я. — По одному за каждые пять дней работы. Так делает Шуга, и от этого его заклинания становятся ценнее. Отработал руку дней — заработал заклинание.

Пурпурный согласился.

— Хорошо, Лэнт. Начинай вырезать.

Я

был в восторге. Он пошел дальше на скалу, а я тут же поспешил в верхнюю деревню загонять своих лодырей-подмастерьев за работу. Мы разрежем каждое ребро на тысячу — если не больше — узеньких долек и выкрасим полученные кругляшки давленым соком черных ягод.

После нескольких экспериментов я выяснил, что мы можем использовать те же режущие нити, которые применяли при изготовлении зубьев. Нити были натянуты на жесткую рамку. Убрав одну сторону рамки, мы могли отрезать по несколько долек сразу от конца каждого ребра.

Позже мы сообразили, что рамка еще больших размеров с увеличенным числом нитей сможет вырезать за один раз еще больше долек.

Пока мы обсуждали этот способ, рядом остановились Вилвил и Орбур. Они направлялись на скалу, каждый нес связку прочных бамбуковых стволов. Я рассказал им о своем проекте, и они задумчиво кивали.

— Пожалуй, мы сможем построить тебе устройство для резки большого числа ломтиков за один раз. Мы приделаем рукоятки, шкивы, а работать на нем будут двое подмастерий. Думается, с его помощью можно будет протягивать пятьдесят нитей одновременно.

— Отлично, отлично, — сказал я. — И как скоро вы это сделаете?

— Как только нам представится возможность — сперва мы должны закончить раму летающей лодки. Сосна слишком тяжелая — мы собираемся попробовать бамбук.

Они взвалили свой груз на плечи и потащились наверх.

Красное солнце близилось к закату. Предельно уставший, но довольный хорошо выполненной работой, я возвращался домой. В гнезде меня ожидали обычные удовольствия — вкусная еда, нежный и согревающий массаж, теплое расчесывание меха гребнями и, если буду в настроении, то, ради чего создаются семьи.

Взобравшись в гнездо, я увидел, что моя первая жена плачет, а вторая ей что-то зло выговаривает.

— Ты не должна нервировать мою первую жену. Она родила мне двоих сыновей, — заорал я на вторую жену.

Та, сверкнув глазами в мою сторону, отступила в угол гнезда.

— Подай мне кнут! — приказал я. Вторая жена ответила:

— Ты можешь отхлестать меня, мой хозяин, но ты не можешь изменить того, что есть! Что есть — то есть!

За такое неуважение она была обязана поплатиться. Мужчине, который не может управиться с женой, лучше вообще не жениться. Я шагнул к первой жене и ласково спросил ее:

— Что случилось?

Она произнесла сквозь слезы:

— Эта… эта женщина… она…

Моя вторая жена надменно перебила ее:

— Я тебе больше не «эта женщина»! Я Кате!

— Кате? Что такое Кате?

— Кате — это мое имя. У меня теперь есть имя. Мне его дал Пурпурный!

— Что? Ты осмелилась иметь имя? Ни у одной женщины нет?

— А у меня есть! Мне его дал Пурпурный!

— Он не имел права!

— Имел. Он волшебник. Он пришел сегодня на Скалу, где мы пряли, и спросил, как нас зовут. Когда мы сказали, что у нас нет имен, он предложил нам их. И он благословил их к тому же! Теперь мы имеем освященные имена!