Чтение онлайн

— Если у меня будет только один мешок и случится такое, — сказал Пурпурный, — то я упаду в море, причем с большой высоты. Если же у меня будет много мешков — я просто потеряю один из них.

Орбур возбужденно кричал:

— Да-да, я понял, понял!

И они опять вернулись к проблеме оснащения лодки большим числом газовых мешков.

Через два дня Шуга вернулся и принес с собой две охапки образцов ткани.

— Я побывал у всех ткачей на острове, — пыхтел он. — Все хотят нам помочь. Это

их самая лучшая ткань.

В тот же вечер состоялся совет всех ткачей верхней и нижней деревень с участием представителей от четырех других поселений полуострова. Мы пятеро пришли тоже, чтобы обсудить возможности использования каждого сорта ткани.

Однако Хинк потребовал объяснить, с какой стати тут присутствую я, простой мастер по кости. Я ответил, что нахожусь здесь в качестве Главы, а также как организатор проекта. Потерпев в этом неудачу, он прицепился к моим сыновьям.

— А они почему здесь? Я думал, это будет совет ткачей и волшебников!

— Так оно и есть. Но они помогают строить летающую машину. Они имеют такие же права, как и ты. Возможно, даже большие.

Ворча, он сел.

Все образцы тканей Пурпурный подверг простым испытаниям. Для начала он просто с силой растягивал кусок, чтобы проверить, насколько легко ткань расползается. Больше половины образцов проверки не выдержали. Пурпурный заявил ткачам, их изготовившим, что если они не могут делать ткань лучше, то им нет смысла оставаться. Некоторые ушли, радуясь, что им не придется работать на ненормального волшебника.

Второе испытание оказалось таким же простым. Пурпурный сворачивал образец кульком и лил туда воду. Затем медленно считал, с какой скоростью вода просачивается через ткань. Было ясно, что он выявлял ткань, которая была бы самой плотной и держала воду дольше остальных.

— Если ткань не пропускает воду, — объяснил он, — ее можно сделать такой, чтобы она удерживала воздух. Но если ни один образец не подойдет, нам придется искать и искать. Не исключено, что нам придется изготовлять ткань самим.

Ни один образец не держал воду дольше минуты. Естественно, ткачи ощетинились. Еще несколько человек ушли раздраженными. Если бы перед ними не находились два величайших в мире волшебника, они бы, несомненно, вызвали нас всех на битву.

— Гм, — произнес старый, седой Леста, — почему ты хочешь носить воду в мешке из ткани? Почему бы тебе не воспользоваться горшком, как все нормальные люди?

— Для заклинания необходим мешок, ясно тебе, бородавка?! — резко оборвал его Шуга. Леста зашипел от обиды, но ничего не сказал.

Пурпурный не обратил внимания на эту перепалку. Он отложил в сторону последний образец ткани и сказал:

— Этого я и боялся — они все слишком грубые для нашей цели. А лучше вы сделать не можете?

— Это — наши самые лучшие ткани. Мы знаем, что никто и нигде не сделает ничего более качественного.

Пурпурный расстегнул свой так называемый «защитный костюм» и стащил его с себя. Потом снял нижнюю рубашку, обнажив — о, защитите нас, боги! — бледную безволосую грудь. Я уже знал об этом от своей первой жены, но люди из других деревень перестали дышать от изумления. Вид

толстенького брюшка Пурпурного довел их чуть ли не до шокового состояния. Пурпурный это игнорировал. Он встряхнул рубашку и сунул ее в руки человеку, который только что говорил.

— Вот материал получше, — заявил он.

Ткач осторожно взял ее, повертел в руках, потер между пальцами.

— Вот вам доказательство того, что можно сделать ткань лучше, — сказал Пурпурный.

Все ткачи подались вперед. Рубашка быстро пошла по кругу. Ее обнюхивали и проверяли на вкус, щупали и что-то бормотали. Ткачи не могли поверить, что такое качество возможно.

Наконец она добралась до старого Лесты. Тот принялся разглядывать ее на свет. Потом рванул и опять поглядел на свет. Пропустил между пальцами. Понюхал, хмыкнул, лизнул. Опять хмыкнул. Свернул кульком и шагнул к центру поляны. Один из ткачей, поняв его намерения, подхватил кувшин и налил в кулек воду. Ткань воду держала.

Леста стал медленно считать, но только несколько капель просочилось наружу — с такой скоростью пришлось бы ждать целый день, пока кулек опустеет.

— Да-а, — сообщил Леста и выплеснул воду на землю. — Ты прав, — сказал он, — ткань замечательная. Так почему бы тебе ее не использовать?

— Потому что это все, что у меня есть, — ответил Пурпурный, забирая рубашку назад. — Я хочу, чтобы вы изготовили такую же.

— А почему я должен стараться? — проворчал Леста. — Если тебе нужна такая ткань, иди туда, где взял этот кусок!

— Это я и хочу сделать! — взорвался Пурпурный. — Я хочу попасть домой. Я — один на этой незнакомой земле! Я домой хочу!

Я пожалел его. Но ничем не мог помочь. Мы тоже были одни на незнакомой земле. И хотя в этом была вина Пурпурного, я его пожалел.

Пурпурный отвернулся от ткачей и принялся натягивать на себя все еще влажную рубашку. Было видно, что он смущен своей вспышкой.

Я обратился к Лесте:

— Вы не можете сделать ткань такого качества, верно? Леста невнятно пробубнил что-то.

— Что?

— Нет, — сказал он. — Нет, я не могу. Никто не может. Это демонская ткань.

— Но если вы узнаете, как такую ткань делать, — предположил я, — то станете величайшими ткачами в мире!

— Я и без этого самый лучший ткач в мире! — закричал старик.

— Да, — сказал я, — но что с тобой будет, если такую ткань сделает кто-то другой?

Леста замер.

— … а ты не сможешь?

Он посмотрел на меня, на Пурпурного, опять на меня и заявил:

— Чепуха. Ее сделать невозможно.

— Рубашка Пурпурного доказывает, что это возможно. Если потребуется, Пурпурный обучит других ткачей этому мастерству.

Леста ощетинился. Начал было поворачиваться, но тут же остановился. Открыл рот, намереваясь что-то сказать, — и закрыл его. Глаза его сверкали.

— Это невозможно сделать! — повторил он. — Но если это возможно, то сделаю это я! Если кто-то и может это сделать, то только я!

При этих словах Пурпурный повернулся к нам, застегивая свой «защитный костюм».

— Вот и хорошо, Леста, — сказал он. — Я принимаю твое предложение…