Летающие колдуны
Шрифт:
— А теперь слушай, — попросил я. — И не торопись с глупыми выводами. Вот что мы сделаем. Первое: никакой дуэли сейчас не будет. Второе: я собираюсь прогуляться в нижнюю деревню и кое о чем переговорить с Гортиком наедине. Я хочу попытаться реализовать наши первоначальные планы: обменять наше мастерство на пищу и землю. Это единственная возможность.
— Ха! — фыркнул Хинк. — Ты считаешь, что сможешь удержать Шугу от дуэли?
— Теперь я — Глава, — ответил я, — это дает мне власть.
— Минутку, Лэнт, — осклабился Хинк. — Мы позволили тебе быть Главой, но только в переговорах с жителями нижней
Послышались приглушенные соглашающиеся голоса остальных.
— Конечно, ты прав, Хинк. Я и не хотел быть Главой. Но вы настояли — и твой голос был одним из самых громких. Теперь же, если вы признали меня Главой в переговорах с другими людьми, то вам придется признать и тот факт, что я представляю вас в переговорах с богами.
— Хм?
— Хорошо, сам подумай. Очевидно, боги нас испытывают. Эта куча напастей, которая на нас навалилась, — всего лишь проверка нашей воли и смирения. Боги хотят убедиться, продолжаем ли мы верить в них, несмотря на все несчастья, молим ли мы их о милости — или вместо этого мы отрекаемся от них в отчаянии.
— И что здесь общего с тем, будет ли тебе позволено отдавать приказы? — спросил младший сводный брат Хинка Маленький Хинк.
Я сердито уставился на него.
— Но это же очевидно даже для таких лягушачьих мозгов, как твои. Если ты отрицаешь старые обычаи и традиции — ты отрицаешь самих богов. Вся наша жизнь основана на капризах богов, которым мы служим. Только волшебник может контролировать богов, и только Глава деревни может контролировать деревенского волшебника. Шуга вырезал свое секретное имя на символе Главы, поэтому только владелец этого символа имеет над ним власть.
— Но у тебя нет символа, — сказал Маленький Хинк.
— Правильно! — воскликнул Большой Хинк. Остальные закричали.
— Мы можем выбрать другого Главу. Шуга с такой же легкостью сделает символ для него.
— Подождите! — крикнул я. Соображать приходилось мгновенно. — Кое о чем вы забыли!
Что-то в моем голосе заставило их остановиться.
— Вы забыли о Гортике. Главе нижней деревни. Он не знает, с каких пор я являюсь Главой, он думает, что я такой же опытный, как он. Но если вы представите ему в качестве Главы другого человека, он сразу будет знать, насколько тот неопытен, и будет удивляться, что вы выбрали нового Главу в такой критический момент. Все деревни на острове получат перед нами преимущество, зная, что имеют дело с начинающим Главой.
Советники что-то забормотали, потом немного отошли в сторону и принялись горячо обсуждать ситуацию:
— Лучше совсем без Главы, чем…
— Но эта нижняя деревня…
— Не нужен нам еще один неопытный Глава…
— Но мы уже поручили…
— И еще одно, — окликнул я. — Шуга. Они замолчали и повернулись ко мне.
— Как он поведет себя, когда вы придете к нему и скажете, что его лучший друг — больше не Глава? Найдется ли среди вас тот, кто сумеет успокоить разбушевавшегося волшебника?
Такого не оказалось. Советники осторожно переглядывались. Наконец, Хинк от лица Советников заявил:
— Ладно, Лэнт, ты победил. В следующий раз мы будем осмотрительнее, когда придется кого-то выталкивать вперед.
— И, определенно, язык у него не будет таким
шустрым, — пробормотал Маленький Хинк.— Будем надеяться, он сможет использовать его против Гортика, — сказал Снарг.
— Не беспокойся, — заявил Хинк. — Если не сможет, мы его на его же языке и вздернем.
— Я больше озабочен тем, сумеет ли он разубедить Шугу, — раскудахтался Пилг. — И поскорее! Шуга, вероятно, как раз в эту минуту готовится к дуэли!
— Чепуха! — сказал я. — Не будет он сейчас планировать дуэль! Сейчас светлый сезон, лун нет.
— О, Лэнт, ты достаточно хорошо знаешь времена года, но не думаю, что ты знаешь Шугу.
— Я — мастер по кости, — произнес я с достоинством. — Я должен иметь достаточные представления о магии, чтобы изготовлять костяные инструменты. Поверь мне, Шуга не может планировать сейчас дуэль.
26
Я обнаружил Шугу, пристально разглядывающим небо и бормочущим себе под нос:
— Козлиная почка, лягушачья икра, муравьиные перья… ну почему все несчастья случаются во время светлого сезона?
— Шуга, — поинтересовался я, — в чем дело? — В небе, идиот, в небе.
— Я не идиот. Я теперь Глава.
— Можно быть Главой и оставаться идиотом, — резко ответил он. Его глаза покраснели и слезились от длительного разглядывания небес. — Если бы только не это проклятое богами небо!
— С небом что-то случилось?
— Я не вижу лун. — Шуга встал и всплеснул руками. — О, Элкин! Как я могу надеяться обеспечить защиту своих людей, если я не знаю конфигурации лун?
— Это плохо, — согласился я. — Один Вирнс знает, как сумел удержаться и заставить себя говорить спокойно. — Но, быть может, это хорошо!
— Хорошо? — Шуга резко повернулся ко мне. — Что здесь может быть хорошего? Как я могу планировать дуэль, если все предзнаменования скрыты?
— Может быть, это знак, — осторожно предположил я. — Знак, что не стоит объявлять дуэли.
— Не стоит?.. Да ты с ума сошел! Лэнт! Глава! — произнес он, не скрывая иронии. — Один ты знаешь, как истолковать предзнаменование!
— Я не собираюсь толковать предзнаменования, — твердо сказал я. — Я хочу сказать, что тебе не всегда следует полагаться на свою магию, как на самое легкое решение. Не забывай, что бы ты ни сделал — от побочных эффектов нам не спастись, пока вода не спадет.
— Ты собираешься учить меня магии?
Шуга пристально смотрел на меня сузившимися глазами.
— Я? Никогда! Я — твой верный сторонник… Но ты должен признать, Шуга, что ты порой берешься за магию в ситуациях, когда немного дипломатии принесет больше пользы. Ты слишком поспешно разбрасываешь заклинания, не успев выяснить, как они подействуют.
— А как мне еще узнать, как они подействуют? — спросил он. Я решил игнорировать вопрос.
— Ты должен признать, Шуга, что мое словесное мастерство выше твоего.
— Да, — согласился он. — Ты им чаще пользуешься. Поэтому у тебя лучше и получается.
— Тогда пусть все остается так, как есть. Если ты не знаешь, как расположены луны, если не можешь использовать никаких зависящих от лун заклинаний, то тебе придется положиться на меня, как на Главу, чтобы я постарался избегать ситуаций, при которых может потребоваться твоя магия.