Чтение онлайн

Мое упоминание о еде заставило Пилга пустить слюни, которые потекли по подбородку — но правила приличия удерживали его. Он вновь покосился на выплюнутый кусочек корня, валяющийся у ног.

— Но, Лэнт… взгляни на рельеф этой местности. Деревня, к которой мы подходим, расположена на склоне возвышенности, дальше идет обширная низина. У них в запасе по меньшей мере дней двадцать — тридцать, прежде чем вода начнет им угрожать.

— Разумеется, — я проглотил кусок, который жевал.

— Может быть, им потребуется наше мастерство и мы сможем заработать себе на пищу?

— И что же ты им предложишь? — хмыкнул я. — Умение распускать слухи?

Пилг, казалось, обиделся. А я сразу же почувствовал

себя виноватым — было жестоко и нехорошо говорить так. Пилг действительно пострадал больше меня и издеваться над его бедами было несправедливо.

— Зачем так грубо, Лэнт, — сказал он. — Если ты хочешь, чтобы я ушел, — я уйду.

— Нет, — возразил я, удивляясь самому себе. — Ты не чужой, не уходи, пока не поешь чего-нибудь!

Проклятье! Снова он меня спровоцировал! Я ведь поклялся, что не предложу ему еды, но он изводил меня до тех пор, пока я его не обидел — и тогда, чтобы загладить обиду, мне пришлось доказывать, что он меня не раздражает.

Я подумал, не начать ли мне питаться тайком, чтобы избавиться от Пилга.

Но в одном он был прав. Может быть, нам в самом деле удастся обменять наше мастерство на пищу. Не исключено, что умение резьбы по кости не очень распространено здесь, далеко к югу от тех мест, где мы жили.

Но тут очень многое зависело от местного волшебника. Согласится ли Шуга принести клятву перемирия на время болотного сезона? Потерпит ли местный волшебник хотя бы присутствие Шуги, принимая во внимание его высокий авторитет? Возможно ли чувствовать себя в безопасности, если такой могучий колдун будет вашим соседом? А если этот волшебник не обладает знаниями и мастерством Шуги, то снизойдет ли Шуга до того, чтобы обращаться с ним как с равным? Да и вообще, отыщется ли волшебник, способный превзойти величие Шуги, столь драматически продемонстрированное?

Шуга, правда, может предложить деревенскому волшебнику поединок за право повелевать магией этого района. Если он — по несчастной случайности — проиграет, то нам придется двинуться дальше, но уже без колдуна. Если же выиграет — что более вероятно, — то навлечет на нас множество бед, ведь не зря говорится, что волшебник должен понравиться девяти поколениям, прежде чем его примет племя.

Я страшился предстоящей встречи с жителями деревни и их Гильдией Советников. Если посчастливится, то у нас найдется время передохнуть, но скорее всего, такой возможности не будет. Как только они узнают о нашем появлении на склонах горы, они тут же направят к нам своих представителей.

От нашей Гильдии почти никого не осталось, жалкая кучка людей — я, Хинк Ткач, Пилг Крикун, Дамд Три Обруча и еще один-два человека. Рэн Большой Глоток утонул в одном из своих чанов.

Тэвит Пастух потерялся вместе с большей частью стада, а среди уцелевших пастухов не нашлось никого достаточно старого и опытного, чтобы заменить его. Другие не выдержали длинного перехода на юг.

Но все же Гильдии должны были встретиться, и, если повезет, мы выработаем определенное соглашение, которое позволит нам задержаться здесь, пока не схлынет вода. А потом нам придется или подыскивать новый район, в котором можно основать деревню, или просить разрешения остаться.

И опять же — очень многое будет зависеть от волшебников.

Позже, с приближением красного заката — голубого рассвета, наша жалкая горстка Советников побрела по склону к деревне на обязательную встречу с ее жителями. Большую часть дня мы провели, купаясь в холодном ручье, бегущем через пастбище, потом позволили женщинам промассировать нас и умастить кожу благовонными маслами и жирами. Мы специально сберегали их для таких случаев. А если бы постоянно не думали о возможности подобной встречи, то

давным-давно съели бы. Мы сменили походную одежду. Не стоило показывать себя такими бедными, какими мы были на самом деле, поэтому пришлось оставить нагишом чуть ли не все племя, чтобы обеспечить достаточно опрятной одеждой Советников, отправляющихся на это чрезвычайно важное свидание.

Шуга, погруженный в свои мысли, время сейчас было не подходящим для того, чтобы деревня могла увидеть его великолепие.

По дороге Дэвид Три Обруча обратил наше внимание на прекрасные деревья в этой местности. Нам попались тонкие и крепкие побеги бамбука, трубчатые, волокнистые растения, которые можно использовать и для строительства, и в пищу, и в качестве закваски для браги. Высокие, изящные березы с корой, покрытой серыми и голубыми пятнами, искристая осина, белая сосна, крепкий, красный ведьмин дуб, густой темный кустарник и даже дикие домашние деревья, остановившиеся в росте, искривленные из-за отсутствия благословения волшебника и надлежащего ухода. В изобилии встречались ручьи. Мы брели по толстому ковру похрустывающих опавших листьев.

Да, это был богатый лес. Лес, за которым ухаживали, но еще не поняли до конца скрытых в нем возможностей. Прежде чем мы проделали половину дороги, стало очевидно, что район великолепно годился для жилья. Фру, самый старый из пастухов, восклицал при виде пастбищ. Джерк, немного разбирающийся в приготовлении бумаги, выражал восхищение качеством бамбука. Хинк Ткач задумчиво похмыкивал при виде волокнистых растений, мимо которых проходил. Если бы нам позволили остаться, мы, несомненно, были бы счастливы.

Я раздумывал над тем, что вокруг непочатый край работы — много больше, чем могла надеяться сделать одна деревня. Если в этом году у них щедрый урожай, то может оказаться хорошим и настроение. Мы рассчитывали, что сможем предложить нашу помощь в обмен на пищу или право использовать часть этой земли.

Их деревня находилась сразу же за поросшим лесом, на гребне самого низкого ряда холмов. Была она больше, чем наша когда-то, но ненамного. Но самое важное — большая часть домашних деревьев казалась неиспользуемой, а те, что были заняты, располагались на значительном расстоянии друг от друга. В нашей деревне имелась просторная, хорошо утоптанная рыночная площадь. Здесь же все покрывал мягкий ковер черной травы, кое-где прорезанный грязными тропами. Было ясно, что они не торговали в том масштабе, к которому мы привыкли.

Когда мы подошли ближе, то увидели Советников, собравшихся на поляне почти на краю деревни. Мы подняли руки и сделали пальцами жест плодородия. Они повторили его в ответ.

Высокий мужчина, покрытый редким, коричнево-красным курчавым мехом, выступил вперед.

— Я — Гортик. Глава деревни. Это мои Советники.

Он по очереди представил их. Советников оказалось больше тридцати — торговцы, ткачи, рыбаки, пивовары, различные мастера. С плохо скрываемой радостью я не нашел среди них мастера по кости. Неужели в деревне не было ни одного представителя моей профессии? Если так, то я мог быть уверен, что у меня окажется много работы. Или — эта мысль ужасала — они не считают мастера по кости достаточно уважаемым, чтобы пригласить в Гильдию Советников!

Я отмел эту мысль. Мастер по кости также необходим, как и любой другой.

Гортик кончил представлять своих Советников и повернулся к нам.

— Кто у вас главный?

Вопрос был трудным. Мы еще не выбрали Главного. А старого Главу, Франа, похоронили всего два дня назад, и память о нем в наших сердцах еще не остыла. Начались нерешительные колебания и перешептывания, пока наконец Пилг вытолкнул меня вперед, сказав:

— Иди, Лэнт. Ты — Главный. Ты очень долго пробыл в Советниках.