Чтение онлайн

Его ладони легли мне на поясницу. Что он собирается делать? Побоявшись потерять контроль, я склонилась над ним, придавив локтем его грудь к земле и сильнее прижимая клинок к горлу.

— Так о чем же вы говорили с Эрвином, и что значит не остается вариантов? — настаивала я на своем.

Но его руки не давали мне покоя, их я не могла контролировать, а он с силой прижал меня к себе. Он явно что-то задумал. Но чего бы он ни добивался, на меня это действовало не так, как он задумал. Приблизив свое лицо к его, надо сказать, весьма самодовольному, я пыталась увидеть в глазах ответы. От яркого солнца зрачки сузились, и можно хорошо рассмотреть радужку, такую чистую и светлую.

Губы его были так близко. Меня опять охватили порочные мысли. Да что же это такое?!

Решив закончить эту игру, я хотела отстраниться, но ничего не вышло, его руки мне этого не позволили. Давление клинка я ослабила и в это же мгновение полностью потеряла контроль. Одно резкое движение — и теперь уже я прижата к земле, а руки разведены в стороны. Нажав на мое запястье, Габриэль заставил выпустить клинок.

— Да, разговор коснулся тебя, — довольно улыбаясь и контролируя меня, он все же удостоил ответом.

Такая близость к нему будоражила мое воображение, кровь начинала приливать жаркими волнами. А то, что я интересовала его, как женщина, только под магическим воздействием злило, и какая-то обида за себя скреблась внутри.

С другой стороны, осознание того, что я хотела его, разозлило еще больше. Мне это не нужно. Я понимала, что этот мужчина не для меня, ведь за ним увивались толпы знатных, богатых поклонниц, имеющих положение в этом магическом мире, а я не вписывалась в этот мир, слишком не похожа на них, и это давило на меня, задевая мое самолюбие. Возбуждение и гнев боролись внутри.

— Мы обсуждали то, что тебе необходимо появиться на празднике дня Сома. Это хорошая возможность привлечь внимание к тебе, если адепты ордена Тьмы затаились, и может стать для них поводом вылезти из своих нор. Среди толпы легко затеряться и организовать похищение. И несмотря на то, что Эрвин не принял окончательного решения, мы оба пришли к выводу, что упускать такую хорошую возможность глупо, — пояснил Габриэль.

Можно было догадаться и самой. Теперь хочешь — не хочешь, придется идти на этот праздник. Но из всего можно извлечь выгоду.

— Хорошо, но я хочу красивое платье. На праздник же принято наряжаться, — нагло потребовала я. — И орден купит то, что мне понравится на ярмарке. Вообще мне все равно, кто будет это покупать, — подумав, добавила я. — Но думается мне, что орден, руководящий тут всеми, не бедствует. И младший брат правителя людских земель тоже, — непрозрачно намекнула на него. — А иначе придется тащить меня туда силком. И содействия можете от меня не ждать.

Я нагло взирала на Габриэля, пытаясь сделать суровое лицо, не терпящее возражений. Тот лишь ехидно ухмылялся, довольный чем-то.

— Как пожелаешь, — заверил Габриэль.

— И еще одно условие, — вспомнила я.

— Какое? — настороженно поинтересовался Габриэль.

Он отпустил меня и встал, протягивая руку.

— Мне нужно воспользоваться библиотекой, хочу ознакомиться с географией этого мира. — Сказала я только половину причины для посещения библиотеки.

— Нужно просто попросить Джуббу, он все покажет.

Я поморщилась от его слов. Совсем не хотелось общаться с Джуббой.

— Ну, или можешь попросить Эрвина, — предложил Габриэль, заметив мою реакцию. — А пока давай продолжим занятие.

Он протянул мне мечи. И я встала, приготовившись защищаться. Понятно, что разговоры на сегодня закончены.

Время близилось к обеду, и на улице стало совсем жарко. Слишком много одежды на мне для такой погоды. Сорочка, туника, корсет, джинсы. А от активных движений было просто невыносимо жарко.

— Подожди, — промямлила я, жестом останавливая Габриэля.

Бросила

мечи на землю и принялась расстегивать корсет. Нужно избавиться от лишней одежды.

— Что ты делаешь? — возмутился Габриэль.

— Хочу избавиться от туники, — невозмутимо пояснила я.

Его брови немного поползли вверх. Он явно не понимал, зачем я это делаю, но внимательно наблюдал.

— Не переживай, ни твои, ни глаза хранителей не пострадают от неприятного зрелища. Ничего лишнего я демонстрировать не собираюсь, — пояснила я.

Габриэль лишь усмехнулся, а я сняла тунику, оставшись в одной сорочке. И сразу так комфортно стало и дышать легко, и не жарко. Но увидев укоризненный взгляд Габриэля, я все-таки корсет с лямками надела обратно. Все же руки теперь были открыты, а грудь прикрывала только тонкая сорочка. Я снова встала с мечами наизготовку. Теперь мне было удобней.

— Продолжаем, — подогнала я Габриэля, который, нахмурившись, о чем-то задумался.

Он молча приготовился атаковать. Нанес несколько наклонных ударов, от которых я защитилась, от следующего удара я просто уклонилась, уходя ему за спину. Но он схватил меня за руку, заломив ее. Меч упал. Я попыталась освободиться и замахнулась локтем. Но у меня ничего не вышло, он схватил другую руку за запястье и ее тоже избавил от меча. От таких приемов он защищаться не учил. И теперь я спиной прижата к его твердой груди и прохладным металлическим пластинам, что упирались в голую спину. Обезоруженная. Одна рука заведена за спину, другая прижата к моей груди. Опять, как тогда в том молодом лесу, я в крепкой хватке его рук. Толком не пошевелиться и не вырваться. Только теперь я не испытывала ни капли страха.

— Анна… — прошептал он прямо в ухо. — Ты… — начал он, но остановился.

Я чувствовала его горячее дыхание. Он был так близко. Зачем он так искушает?! Он издевается и даже не понимает этого! После той глупой ночи с единорогом, когда он рядом, в голове постоянно всплывают воспоминания об этом. И тело желает повторения, жаждет полностью получить наслаждение, которого не досталось тогда.

Это так не свойственно мне. Всегда сдержанная Анна. Анна Сергеевна — называли меня ребята из следственного управления, в мои-то двадцать семь. Одного холодного, наполненного цинизмом взгляда было достаточно, если кто-то новенький называл меня вдруг Анечкой, и сразу я снова становилась Анной. Меня Аней называли только родители. А тут малознакомый мужчина, и я вся таю от его прикосновений, как если бы была Анечкой, Анютой. Что происходит?!

— Габриэль, — чуть охрипшим голосом промолвила я.

Повернула голову и носом уткнулась в мягкую кожу между ухом и шеей. Сделала глубокий вдох и выдох. От него пахло мятой, лесом и амброй. И еще присутствовали неизвестные мне нотки. Такой родной и знакомый аромат.

Он тоже чуть повернулся ко мне, и его губы оказались совсем близко. Желание поцеловать их наполнило меня целиком. Сердце начало гулко стучать, а в животе будто что-то оборвалось и упало в бездну. Его руки сжали меня немного крепче, а носом он уткнулся мне в висок. И тоже делал медленные глубокие вдохи.

— Анна… — снова прошептал Габриэль. — Ты такая глупая, — уже громко вдруг выпалил он. Отпустил мои руки и отстранился на шаг назад.

Что значит глупая? Что это вообще такое? Вот же бессердечная скотина!

— Так и думал, что найду вас здесь, — вдруг произнес где-то за спиной Эрвин. — Надеюсь, Габриэль, ты уже рассказал о нашем маленьком плане?

— Да, думаю, тебе стоит знать, что этот маленький план, — Габриэль сделал акцент на слове маленький, — обойдется ордену совсем в немаленькую сумму, уж поверь мне.