Чтение онлайн

— Говори тише, — предупредил он ее недружелюбным взглядом, — или ты узнаешь, что в животе у ёкая гораздо теплее.

— Почему ты всегда такой злой? — спросила принцесса, подбоченясь.

— Потому что ты всегда такая невыносимая, — ответил он, подражая ее голосу и интонациям. Он думал, что хорошо справился с этим, но покачивание головы Сузуме заставило его пожалеть о своих словах. Он вздохнул. — Если я выкопаю яму и разведу небольшой костер, — сказал он ребенку, — ты постараешься молчать?

Принцесса ответила на его просьбу гордым кивком, и Рен принялся

копать голыми руками. Он не получил никакой помощи ни от Фуюко, которая упрямо держалась в стороне от группы в своем лисьем обличье, ни от Сузуме, которая не могла отойти от девочки ни на шаг без того, чтобы ее не окликнули высокомерным ворчанием.

Используя талисман огня, он развел огонь на охапке хвороста. Он добавил к молодому костру пучок соломы, и тот разгорелся ярче. Яма была такой глубокой, что Аяко пришлось протянуть руки, чтобы согреться.

— Фуюко, — позвала Сузуме, — подойди ближе. Тебе, наверное, тоже холодно.

— Мне больше никогда не будет тепло, — ответила куртизанка, хотя и приняла предложение и села у ямы на равном расстоянии от обоих охотников.

Рен не думал, что она будет сопровождать их так далеко. Киёси заставил его пообещать, что он заберет ее из Киото, но угрюмая лиса была плохим попутчиком. Если бы она хотела оставить их, он бы не возражал. В конце концов, он выполнил свое обещание. И она еще не извинилась за то, что пыталась задушить его.

Они оставили Фусими Инари с минимальным запасом провизии, и сейчас Рен опустошил свой пакет с последними тремя рисовыми шариками. Они с Сузуме разделили один на двоих. Она заметила, что он оставил на ее половине лист водорослей, и поблагодарила его кивком.

— Почему еда такая невкусная? — спросила принцесса, надув набитые рисом губы.

— Она была на дне моей сумки, — ответил охотник, — под моим грязным нижним бельем.

Принцесса побледнела и на несколько секунд остолбенела.

— Он шутит, — сказала Сузуме девушке, и ее губы растянулись в сдержанной улыбке.

Рен спросил себя, знает ли Сузуме, что он ответил честно. Фуюко наломала еще несколько веточек и подбросила их в костер, пока остальные жевали рис. Путешествие обещает быть долгим и мрачным, сказал себе Рен.

— Где мы? — спросила принцесса, покончив с едой. По крайней мере, аппетит у нее был умеренный.

— Где-то к западу от Киото, — ответил Рен. — Вероятно, недалеко от провинции Хиого.

— Хиого? — спросила Аяко. — Ты не отвезешь нас в Исэ? Нам следовало бы ехать на юг, а не на запад.

— Враг будет охранять пути на юг, — ответила Сузуме. — Нам придется сделать крюк. Вы согласны, Ваше высочество?

— Да, мы согласны, — ответила принцесса. — Итак, к какому даймё мы направляемся в гости?

— Даймё? — спросил Рен, нахмурившись. — Ни к какому.

— Ни к какому? — спросила Аяко. — Но ведь клан Хаяси из Химэдзи или лорд Симадзу из Осаки наверняка окажут нам помощь. Они могли бы предоставить нам армию, чтобы вернуть Хризантемовый трон.

— Именно поэтому мы к ним не идем, — ответил Рен.

—

Ты с ума сошел? — спросила принцесса, забыв о своем обещании говорить тише. — Он с ума сошел? — спросила она Сузуме, указывая пальцем на Рена. Мико снова оказалась зажатой между принцессой и охотником и посмотрела на него за помощью.

— Почему ты думаешь, что они стали бы тебе помогать? — спросил Рен девочку.

— Потому что это их долг, — раздраженно ответила она, развернувшись в профиль.

— Потому что это возможность, — ответил охотник. — Тот, кто поможет принцессе вернуться на трон, станет ее защитником и, таким образом, самым могущественным человеком в Японии. Ты выйдешь замуж за их сына в считанные дни и будешь забыта в течение месяца.

— Но…

— И это в том случае, если им удастся победить армию ёкаев. Большое если, если вы спросите меня, учитывая, что их солдаты не умирают.

— Понятно, — ответила девочка, внезапно став самодовольной. — Ты пытаешься остаться моим единственным защитником, так? Ты хочешь заполучить эту власть для себя, Рен Фудо.

На него произвело впечатление, что она запомнила его имя.

— Не обольщайся, — ответил Рен, откусывая последний кусочек риса. — Киёси сказал, что я твой защитник, но я вижу себя только в качестве отправителя самой неприятной посылки на свете.

— Посылки? — выплюнула она, отреагировав так, словно это слово ранило ее глубоко в грудь.

— И поверь мне, как только мы прибудем в Исэ — в ту же секунду, — я доставлю тебя к Осаму и больше никогда о тебе не вспомню, — сказал Рен, отряхивая руки.

— Крестьянин! — надулась девушка, садясь обратно, отчего ее развязанное кимоно закачалось вслед за ней.

— И все же, куда мы направляемся? — спросила Фуюко.

Рен удивился, услышав этот вопрос, но скрыл удивление за кашлем.

— Мы направляемся к побережью и пересечем Сето возле Акаси, если найдем рыбака, который согласится довезти нас до острова Авадзи. Я думаю, в центре острова есть святилище Идзанаги с несколькими жрецами Ясэки.

— Ты так думаешь? — спросила Фуюко, приподняв левую бровь.

— Я никогда там не был, но, думаю, да. И надеюсь, что они смогут организовать для нас еще одну лодку, чтобы мы могли проплыть вокруг Миэ и высадиться прямо рядом с Исэ Дзингу. Это долгий объезд, но это самая безопасная дорога, какую я только могу себе представить.

— Безопасная, — с усмешкой ответила Фуюко. — Я восхищаюсь твоим оптимизмом, мальчик.

— Прекрати уже называть меня мальчиком, — невольно ответил он. — Ты можешь носить маску женщины лет тридцати пяти, но тебе не может быть больше двадцати.

— Девятнадцать, — ответила она. — И я выбрала человеческое тело, которое больше всего понравилось Куроде-сама, так что прояви к нему немного уважения.

— Я не… — ответил Рен, когда лиса встала и покинула маленький круг вокруг костра, чтобы дуться в лесу. Он махнул рукой ей за спину, затем посмотрел на маленькую девочку, которая раздраженно отвернулась.