Чтение онлайн

Охотник взял кошелек за шнурок, застегнул его и повесил на пояс самурая. Мужчина даже не подал виду, что заметил взятку. При других обстоятельствах Рен похвалил бы его за неподкупное поведение, но на этот раз это было просто странно. Он обменялся смущенным взглядом с Сузуме.

— Мы можем пройти, пожалуйста? — спросила она самурая.

— По приказу генерала, никому не разрешается появляться на дороге в Киото, — повторил он в той же манере, что и раньше. — Отойдите назад, сейчас же.

Пятеро его людей перепрыгнули через забор с невероятной легкостью для солдат в доспехах и немедленно направили свои копья на дуэт.

Рен

отпрянул и подумал, что они могут просто обойти заграждение, но потом понял, что владелец повозки, вероятно, разделял ту же идею и встретил свою смерть в этой попытке. Из шеи осла сочилась засыхающая кровь. Хотару и Пон-Пон были правы: в столице назревали неприятности, но это были не просто человеческие неприятности.

Эти мужчины не были людьми, или уже перестали быть людьми, независимо от того, как они двигались или были одеты, и все же Рен не мог понять, с чем он столкнулся.

— Рен, — позвала Сузуме с оттенком страха, — пошли.

Она хотела переложить копье из правой руки в левую, когда поворачивала обратно на дорогу, но самурай остановил свой взгляд на оружии, вероятно, решив, что она намеревалась им воспользоваться, и с поразительной быстротой схватил ее за запястье.

— Ого, — сказал Рен. Он колебался, то ли щелкнуть пальцами, то ли обнажить клинок, но этой секунды колебания было достаточно для Суги.

Копье сверкнуло и вонзилось самураю в живот, войдя так глубоко, что из спины самурая брызнула кровь. Но самурай не обратил внимания и на это. Должен был последовать крик, проклятие или, по крайней мере, гримаса, но единственная реакция исходила от пятерых солдат, которые метнулись со своими копьями, готовые протаранить Сузуме и Рена.

Суги вытащила свой клинок из живота самурая, позволив ему безжизненно упасть, в то время как Рен обнажил свой меч. На лицах двух солдат, приближавшихся к нему, не было ни малейшего выражения, даже намека на гнев из-за смерти своего офицера, но их движения были плавными. У него не было времени звать Маки, поэтому он позволил своему мечу говорить за себя.

Двое солдат бросились на него одновременно, целясь в горло. В последнюю секунду Рен нырнул под удар. Он развернулся всем корпусом и нанес удар слева, поперек их животов, затем справа. Их доспехи приняли на себя большую часть атаки, но меч был настолько острым, что при каждом ударе из них все равно текла кровь. И снова крика не было. Он отскочил назад, чтобы избежать следующего скоординированного выпада. С такими ранами они не должны были провести еще одну атаку.

Рен бросился к заграждению и, воспользовавшись наклонным шестом, прыгнул над солдатами. В воздухе, наклонив голову, он изогнулся, используя клинок как серп. В мгновение ока он оказался висящим между двумя противниками. Один из них случайно опустил голову, и его металлическая шляпа отразила удар меча. Второму не повезло, и острый меч рассек ему лицо поперек носа.

Приземлившись, охотник с ревом ударил оставшегося в живых в грудь. Солдат отлетел назад и внезапно остановился с торчащим из грудины шестом с шипами. Казалось, он с любопытством разглядывает кусок дерева, затем его голова безвольно опустилась.

Когда Рен снова переключил свое внимание на Суги, у ее ног лежали еще два трупа, а последнего мужчину она держала сзади, сжимая горло древком копья. Солдат попытался вцепиться ей в лицо, но она сломала ему шею и отпустила его. Она выглядела невредимой,

но выражение ее лица было свирепым. Она убила четверых из тех существ, кем бы они ни были, за несколько секунд.

— Суги? — спросил Рен, стряхнув кровь со своего меча.

Ками-воительница обратила на него свое внимание, ее зеленые глаза были испещрены красными прожилками, а рычание было таким явным, что он мог видеть все ее зубы. Он был вне пределов ее досягаемости, поэтому она присела, готовая к прыжку.

— Суги? — спросил Рен, убирая клинок обратно в ножны. — Что ты делаешь? Это я, Рен. Не надо…

Ками бросилась к охотнику, одним быстрым движением нанеся удар копьем. Рен уклонился влево, но копье все равно не причинило бы ему вреда. Ее атака резко оборвалась; ее правая рука вытянулась, и острие копья вонзилось в горло самурая. Тот самый самурай, которого она убила несколько секунд назад, теперь держал свою катану над головой, готовый нанести удар Рену. Она выдернула копье из его шеи, отчего кровь хлынула огромной красной струей. Самурай снова упал, не издав ни звука.

Рен не понимал, что он видит. Глаза самурая оставались открытыми, и на секунду в них вспыхнул голубой огонек, похожий на пламя, прежде чем исчезнуть, и они стали серыми. Суги подошла к Рену и протянула руку. Она с легкостью подняла его.

— Спасибо, — сказал он.

Позади нее из смертельной раны второго солдата, которого она убила, вырвался голубой свет. Он превратился в горящий, мерцающий шар и поднялся над раной, не издавая ни звука, кроме потрескивания огня, пожирающего влажные дрова.

— Это невозможно, — сказал Рен. Он уже собирался подойти к шару голубого огня, но Суги схватила его за запястье и кивнула подбородком в сторону двух солдат, с которыми он сражался.

Те же языки пламени вырывались из их тел. Даже самурай породил такой шар, хотя тот выглядел немного больше. Они затрещали, все шесть зависли на уровне бедер, и внезапно упали туда, откуда появились. Рен наклонился, чтобы рассмотреть самое большое пламя, и увидел, как оно проникает обратно через рану. Как только оно полностью вошло в тело, порез от копья Суги начал заживать.

Глаза самурая снова вспыхнули голубым, и он моргнул.

— Суги, пойдем, — сказал Рен, схватив ее за руку и потянув за собой. Она не сопротивлялась. Они бросились между двумя солдатами, но последний уже стоял на коленях, и Рен безжалостно полоснул его мечом по шее. Они сбежали с перекрестка и помчались по дороге.

Солдаты, казалось, не преследовали их, но Суги вскоре запнулась и упала на колени.

— Суги, — сказал Рен, помогая ей подняться на ноги, — ты должна позволить Сузуме вернуться. Прибереги ее энергию на потом. Я сомневаюсь, что мы видим их в последний раз.

Она разочарованно прищелкнула языком, но кивнула, и, когда моргнула в следующий раз, ее глаза были карими.

— Что это было? — спросила Сузуме с внезапной паникой.

— Я думаю, — сказал Рен, пытаясь восстановить дыхание. — Я думаю, это были косэндзё, огни на поле боя. Духи павших воинов, поднимающиеся с залитого кровью поля битвы. — Он мягко подтолкнул ее, чтобы она продолжала идти, оглядываясь через плечо на предмет каких-либо признаков погони. — Они бродят по месту своей смерти в поисках своих тел. Но… но они не должны быть в состоянии их найти. Они не могут управлять телами. Они просто духи, не имеющие формы. Они не могут…