Король-паук
Шрифт:
Людовику XIV:
— Самые великие носят моё имя! Король и государство — едины. Это должно всё упростить! Чёрт возьми, почему ты ещё не облысел? Ты тоже страдаешь этой ужасной болезнью? Ты тоже ошибаешься? Ты не
Людовику XVI:
— Так много тех, кого называют Людовиками. Я не забыт! — Щелчок ножниц и удар гильотины. — Это удачное приспособление! О, ужас! Падает голова короля.
Замешательство правительства — видение пришло ненадолго и было затуманенным.
— Мой взор ослаб, но я могу слышать грохот пушек, французских пушек по всей Европе.
Неизвестный человек в тускло-коричневом одеянии, захвативший власть и советующийся с парламентариями:
— Я не против парламентов, но должны же быть короли?
Карта вздрагивала и меняла очертания. Её границы извивались как змеи, но только Альпы и Пиренеи оставались на месте. «Темнеет. О, Бог мой! О пушки! Горы! Храните Францию в отсутствие короля, пока люди не научатся, если они способны, править сами». Парламент избирался регулярно, постоянно законы совершенствовались, и сила закона
распространялась по всей Франции.— Моё, моё! Всё же моё! Мой труд живёт, хотя исчезли короли! Или они здесь?
— На голове каждого депутата, на голове каждого гражданина покоилась корона Карла Великого.
— Народ у власти! Как же у них это получается? Карту, карту! Дайте мне увидеть Францию!
Видение исчезало, темнея.
— Отходи, христианская душа... — звучал голос Франциска Паольского.
— Нет, ещё, ещё! Принадлежит ли Франции Рейн? Дайте мне увидеть карту!
И карта Франции озарилась. Франция владела северными просторами и простиралась до Рейна.
— Чёрт возьми! У простых людей получилось то, что не могли сделать короли! Но ещё... не обманывайте меня! Это же не конец...
— Из этого мира, — раздавался голос священника, — отходи. Губы короля больше не двигались.
Но при смерти поникший уголок его рта приподнялся в улыбке. Всё же это ещё не конец.