Контракт
Шрифт:
— Ты свою рожу видела, дубина? Чего ты ему лапу свою грязную под нос сунула? Решила что поцелует? Когда башкой, а не брюхом или задницей будешь думать, дура! Вечно из-за тебя…
Остальную часть фразы Август не расслышал, парочка отошла слишком далеко.
— Недостойное поведение и скудоумие? — Повернулся он к Гаррису. Серьезно? К тому же этот магут… может нам пора поменять замки на замковых подвалах и проверять пищу на яды?
— Ну… Я особо не расспрашивал, мне больше было интересно, как они железками машут. — Хмыкнул здоровяк и в очередной раз поскреб бороду. Бумаги в порядке, сами с первого взгляда видать — бывалые. Нам ведь с ними не на прием к герцогу идти… А так… Вы ведь сами уже поняли, почему я их взял господин.
«Вполне разумно. Просто ты совсем не учел одну вещь…
— Ты правильно сделал. — Испустив тяжелый вздох одобрительно кивнул Август. — Если верить бумагам оба опытные следопыты. Наверняка знают здешние места. Причем оба служили и умеют воевать. А один, похоже, даже умеет думать. За двоих. Знают северный язык. Если дадут клятвы, будет хороший вариант, чтобы присматривать за порядком. Нам нужны егеря.
— Обширная земля господин, половина из них леса да холмы. Полно «вольных» людей. Согласно прогудел, здоровяк. — Дружиной не набегаешься. К тому же мы не слишком хорошо пока знаем местных. А вот пара жандармов, которые смогут выследить разбойника, поговорить с недовольными, или в случае большой беды отбиться и вернуться сюда за подмогой были бы в самый раз. К тому же вы сами об этом говорили…
— Говорил. — Задумчиво пожевав губами юноша выдавил из себя слабую улыбку. — Но тебе ведь на самом деле просто девка понравилась, так?
Вопрос был задан в шутку, но при виде того как лицо старого солдата налилось свекольной краснотой в голову цу Вернстрома начали лезть довольно неприятные мысли.
Юноша помассировал веки.
«Седина в бороду бес в ребро, к тому же такие как она действительно многим нравятся».
Насмешливый голос отца резанул мозг ржавой бритвой.
«А тебе она не понравилась, нет? Ну что же… Все же есть в тебе порченная, кровь, есть. Что бы эти медикусы не говорили. Но да ладно. Тебе с этим жить. Мне-то плевать, я давно это знаю, но если ты забудешь, что ты владетель, эта парочка принесет тебе беду. Это не ошибка взять их на службу сейчас. Полезный инструмент должен использоваться. Но не приближай их к себе. Еще лучше сделай так, чтобы они формально тебе принадлежали но были не твоими слугами. И еще. Ты должен разрушить симпатию Гарриса к дикарке. Как можно быстрее. Пока он не совершит глупость, и не привяжется к ней больше чем нужно». Чувствуя, как, несмотря на жару, между лопаток течет струйка ледяного пота, Август поморщившись, заложив руки за пояс с усилием выпрямил спину и качнулся с носка на пятку.
— Передай Горацию, наказание для него и прочей прислуги я отменяю. Когда приедут гости, людей его святейшества, обиходить. Накормить, напоить. Выделить самые лучшие комнаты. Вина не жалеть. Я хочу, чтобы они ни в чем не нуждались и к моему возвращению были довольней, чем свиньи в грязи. И пусть следит за Густавом. Мне еще ссор со святым официумом не хватало. Все ясно?
— Да Ваша милость. — Коротко кивнул старый воин.
— Кстати, где он? — С виду безразлично поинтересовался молодой человек. Отсутствие правой руки Гарриса действительно выглядело довольно странно. Обычно, молодой, широкоплечий дуболом с шрамом через половину лица и отсутствующими передними зубами крутился вокруг старого солдата заглядывая ему в рот, так истово, будто надеялся увидеть там золотые россыпи.
— Я велел ему взять десяток людей и объехать границы. А еще оставить человек пять в Жжонцах. И дать указание крестьянам укреплять палисад. Если будет нападение, пятерка опытных воинов, смогут организовать сервов для обороны. И подать сигнал в замок.
— Хорошо… — Чуть заметно кивнул Август. — Просто отлично, Гаррис. Охотники значит… Вылезший из задницы падших магут на котором пробы негде ставить и полудикая северянка… Интересно… — Вновь прикрыв глаза цу Вернстром подставил лицо солнцу. — Будем считать, что ты действительно меня удивил.
— Это вы просто ее в деле не видели, господин. — Буркнул в бороду здоровяк. — Как драка началась я сразу смекнул, торгуйся не торгуйся, а таких, как эта парочка упускать нельзя… Я бы конечно и сам справился, да только одна незадача, даже встать не успел, как все лежали. И ни одной пробитой головы…
— Значит, еще пьянство, дебош и разгромленный трактир. — Задумчиво протянул чувствующий как на него наваливается
безмерная усталость юноша. — Мне ждать претензий от бургомистра? И во сколько мне это обойдется?— Претензий не будет. — Поспешно вскинул закованную в сталь ладонь Гаррис. — Ни у властей города, ни у трактирщика. Поганые то людишки были. Пираты. Награды, правда, тоже не дали…
— Не знал, что тебе так нравятся… нордлингские женщины, Гаррис. Что, приелись наши кухарки? Седина в бороду?
— Да как можно, господин. — Отвел глаза старый солдат. — Она конечно… э-э-э есть в ней что-то что взгляд притягивает, спору нет, но дело-то в другом. Она воин. Настоящий. С такой и в сечу, и на пир как на праздник. Таких, сейчас почитай и не встретишь. Нынешняя молодежь-то, не уже совсем не та… Ни железа, ни кружки держать не умеют. А как с оружием своим она управляется… Ловкая и быстрая как ласка, и сильная как медведь Меня в трех из десяти поединков сумела достать …
— Так значит вы еще и фехтовали… Шестами не обошлись.
— Дык, а как же, господин? — Выпучил глаза здоровяк. — Должен же я был посмотреть на, что они способны? Бумага бумагой, а сталь, это сталь.
— Понятно. Значит она тебе… Стоп. — Август моргнул и с удивлением посмотрел на смущенно мнущего бороду в кулаке Гарриса. — Я не ослышался? Тебя… В трех поединках из десяти?
— Ну а я, что говорю, господин. — Развел руками здоровяк. — Иначе согласился бы я им столько серебра отваливать? Да и магут, хоть и выглядит, как червяк давленный, тоже не промах. Быстрый. И хитрый. Дерется грязно. Ножи мечет, будто игрок карты. Если обычного межевого рыцаря против такого поставить Создатель ведает, кто на ногах останется… Ну это без брони если…А ежели ему его арбалет дать… Представляете — с сотни шагов болт в подброшенное яблоко всадил. И еще… — Приблизившись к барону на шаг начальник охраны слегка наклонился, стрельнул глазами по сторонам и понизил голос до шепота. Насчет северянки. Она это… Великой матерью целованная. Магия у нее в голове сидит. Она голоса слышит, а когда я кости бросал — она угадывала, как они лягут и ни разу не ошиблась. Да и когда в поединке сошлись, может и махала своим топором как оглоблей, но все мои удары будто загодя чуяла. Точно говорю, богами целованная. Ее удача на всех нас перейдет. Я такое уже видел. Был один парень. Его ни стрелы ни мечи не копья не брали, все мимо проходили. Такого воина в любом отряде видеть рады.
«Ну вот. Теперь он начнет убеждать меня в этих дурацких суевериях»
— Успокойся. — Раздраженно отмахнулся, Август. — Я уже принял решение. И не стоит меня кормить этими сказками про защиту Создателя или заговоры северных божков. Я уже этим по горло сыт. Северяне быстры, сильны и бесстрашны. Этого достаточно. Как говорил Флавий-завоеватель[38]: «Один нордлингский варвар стоит десятка наших воинов в драке, а если будет со своей женщиной то полной манипулы. Но к счастью война это не драка».
— Вы правы как никогда, господин барон. — Неожиданно раздался за спиной Гарриса юный задорный голос. — Просто чудесный образчик северной культуры и жертвы распространяемых ими суеверий. Подошедший к говорящим, чрезвычайно смуглый, одетый в ярко голубые, атласные чулки и длинную, подпоясанную на Весианский манер, тунику цвета весеннего неба, юноша, изображая приветствие, громко шаркнул подошвой высокого, расшитого золотой проволокой и бисером сапога по каменным плитам двора. Губы подошедшего разошлись в стороны демонстрируя всем желающим полный набор неестественно белых и ровных зубов. — А еще и магут, словно сошедший со страниц какого-то пасквиля. И где же вы откопали столь великолепные экземпляры?
«Только его здесь не хватало»
С трудом сдержав гримасу раздражения цу Вернстром с прищуром посмотрел на незваного собеседника и неопределенно фыркнул. Улыбка вмешавшегося в разговор юноши ему не нравилась. Несмотря на честное, открытое лицо, было в ней что-то змеиное, неприятное. С другой стороны Август точно знал, что у стоящего рядом с ним молодого мужчины имеется свежий подлинный патент Святого официума, и диплом Ромульской Академии высокого искусства, его услуги стоят намного меньше, чем у остальных коллег по цеху, а он сам не в том положении, чтобы отказываться от помощи подобных… специалистов.