Чтение онлайн

– По делу. У меня незарегистрированный пользователь.

Галя с сожалением отложила пирожное в сторону.

– Ну, давай.

Филип всё ещё что-то бормотал об обмане и иллюзиях, когда его упаковали и проводили в изолятор.

Галю сменил строгого вида мужик в форме военного. Внизу окошка значилось: «Начальник службы безопасности комплекса БОГа Дункан Арчинг.

– Спасибо, агент Бельгар. Дальше мы сами. Отразите всё произошедшее в отчёте. Теперь можете возвращаться.

Кирлик даже не успел ответить «Да, сэр», как изображение моргнуло и появилось лицо Галины.

– Кирюш, я всё записала. Молодец.

Зайди ко мне попозже, чаем угощу. С печеньем.

Кирлик улыбнулся:

– А чай откуда?

– С Земли, конечно. Откуда ещё.

– Обязательно зайду.

Выход из гибернации всегда ассоциировался у Кирлика с пробуждением от кошмара. Требовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. Осознать реальность этого мира. Почувствовать ткань кресла. Вдохнуть фильтрованный воздух. Позволить сознанию вырваться из сказочной обманки. Открыть глаза.

– А ты мало чем отличаешься от своей проекции.

Кирлик со стоном закрыл глаза обратно.

– Я всё ещё в гибернации. Ты не настоящая.

Девушка, старше лет на десять своего образа, беззаботно сидела на тумбочке и уплетала мороженое. По запаху, кажется, клубничное.

– Да брось. Не так всё плохо.

Выдохнув, Кирлик поднялся с кресла.

– Я сейчас же иду к администратору. Мне не нужен стажёр.

– Ну-ну. Иди. Ты ему как раз на завтрак.

Кирлик обернулся. Фаина, если он правильно запомнил её имя, стояла прямо и горделиво, несмотря на свой смешной наряд - комбинезон и белую шапочку, как у космо-пилотов. Она казалась старше, серьёзней и агрессивней.

– И откуда ты взялась такая? Расхаживаешь по средневековому миру в образе японской школьницы из фантазий извращенца. А если бы кто-то тебя увидел? Пришлось бы перезагружать систему.

– Ой. Да ладно тебе. Эти коматозники ничего кроме своих собственных желаний не видят, - девица облизала ложечку и опять запустила её в стаканчик. Задумчиво помешала мороженое.
– Знаешь, я тут твоё досье почитала. Странный ты. Такой со всех сторон хороший, такая карьера была, а занесло вдруг в это отхожее место. Альтруист?

– Вы сговорились что ли?

Да что же за день такой?! Кирлик вышел из комнаты подключения и направился вдоль белого коридора в администрацию. Его ещё шатало после выхода, но он хотел избавиться от пигалицы в ближайший час. Сзади прошаркали тапочки.

– Беги давай. Только всё равно у тебя ничего не получится! Меня целый год пытаются отсюда выпроводить.

Кирлик остановился и обернулся.

– И почему у них это не получилось?

Девица с самодовольным видом облизала ложечку и всё тем же надменным тоном выдала:

– Ты не знаешь кто мой папочка, агент Бельгар.

– Кто?

– Генеральный директор Урсулла Ли, - со степенным видом повторил координатор агентов и сочувственно поглядел на своего подчинённого.
– Да потерпи месяц-другой, её опять куда нибудь переведут.

– Я рехнусь раньше.

Но начальство только развело руками.

«Простите, агент, но бороться с младшей дочкой гендира никто не будет.»

«Простите, агент, потерпите. Просто не обращайте внимания.»

Кирлик переоделся и, пройдя медицинский контроль, спустился на этаж, где лежали пациенты. В палате №3 было тихо. Иногда начинали работать аппараты искусственного дыхания, иногда попискивала аппаратура. В палате располагалось

десять коек, стоящие в два ряда. На койках лежали белые голые тела, для спокойствия посетителей накрытые простынями. У Кирлика это помещение всегда ассоциировались с моргом, но люди всё ещё были живы и проживут достаточно долго.

Он шёл мимо них, по привычке отмечая, что за несколько дней никто не убыл. Остановился у самого окна. На койке лежал пожилой уже мужчина. Голову окутывало множество проводов. Некоторые были имплантированы прямо под кожу. Кирлик сел прямо на пол и взял старика за руку.

– Здравствуй, папа.

Кирлик оторвался от чтения книги и перевёл дух.

Палата находилась на сто пятидесятом этаже комплекса. За окном раскинулся Солин, город пяти лун. Непонятно, правда, почему пяти, поскольку в небе этих самых лун было штук сорок. Город лежал словно в чашечке, раскрашенный множеством огоньков. После грязного, простого, как палка средневековья, этот технологически совершенный, вылизанный мир казался почти нереальным.

Кирлик вернулся к книжке:

«Он был так несчастен, что не подумал о мщении Сиду, так что последний напрасно спешил удрать в заднюю калитку. Уныло поплелся он в школу и выдержал порку, доставшуюся ему и Джо Гарперу за прогул накануне, с равнодушием человека, душа которого поглощена более серьезным горем и безучастна к пустякам. Потом он уселся на место, поставил локти на стол, подпер руками подбородок и уставился в стену с выражением застывшего страдания, которое достигло крайнего предела. Локоть его упирался во что-то твердое. Спустя некоторое время он медленно и с досадой убрал локоть и со вздохом взял этот предмет. Он был завернут в бумагу. Том развернул ее. Последовал глубокий, мучительный, громадный вздох, и сердце его разбилось. То была его медная кнопка от каминной решетки. Это была капля, переполнившая чашу!… » [1]

[1] - «Приключения Тома Сойера» Марк Твен

Свернув окно с книгой, он убрал трубку в карман.

– На сегодня всё, папа. Я приду завтра.

Поцеловав старика в щёку, Кирлик вышел из палаты и медленно пошёл в сторону выхода. Уже у самых дверей его догнал Томми.

– Вот и ты. Я хотел сказать… извиниться. Наверное.

Кирлик приподнял бровь.

– Так «наверное» или «извиниться»?

– Извиниться. И это… не хочешь что-нибудь выпить? Я угощаю.

***

Голова раскалывалась. Тошнило. Сквозь зыбкую муть пробивались голоса. Кирлик с трудом разлепил глаза. Напротив работал телевизор, крутил какую-то передачу. Сам он лежал на диване, укрытый голубым пледом с белыми овечками.

Где он? Что случилось?

Память явно отказывалась пояснять.

В дверном проёме появилась…

– Нет-нет-нет, - простонал Кирлик и спрятал лицо в ладонях.
– Нет. Этого не может быть.

– Да ладно тебе. Вчера ты говорил «Да-а-а». А что ты вытворял! Ух! Работникам сексуальной поддержки такое и не снилось.

– Врёшь. Трусы на мне.

Кирлик все-таки открыл глаза и посмотрел на Фаину. Девушка протянула ему кружку.

– Вру. Вот, выпей - станет лучше.

В кружке оказалась бурда со вкусом лимона, после которой действительно полегчало.