Чтение онлайн

– Ты смешиваешь форму с содержанием. Истинной Рае Райс никогда ничего не угрожало.

– Почему же вы её до сих пор не вытащили? Ждёте, когда она сама найдёт выход?

– От неё это не потребуется. Дар - вот её выход. Он проявился лишь в этой жизни, ведь до этого ничего подобного за ней не наблюдалось. Но если уж проявился, то навсегда.

– Получается, Палмер не ошибся в своей теории о наслоении миров? Неужели он и впрямь настолько умён, что сам догадался?

– Он умён, бесспорно, но ты ему помог в создании этой теории, когда застрял в его вотчине - анабиозе, прихватив с собой уйму полезного материала. Информацию о Рае Райс в том числе. Палмеру удалось воспроизвести литературную копию Раи и изучить

её способности улавливать наслоения.

Глен почувствовал, что его почему-то сильно волнует дальнейшая судьба Палмера. То ли эти чувства рождала подсознательная ответственность за тех, кого мы создали, пытались приручить, но в итоге сами были приручены ими, то ли всё объяснялось банальным желанием ответной мести. На такую же ответную месть, которую в некоторой степени применил Палмер, узнав правду о себе.

– Ну, а самого Палмера вы часом не собираетесь извлекать? Зачем пропадать такому башковитому сотруднику?

– Ты не понимаешь, Палмер - это абстракция. Искусственно созданная оболочка без начинки.
– Голос самого Главного редактора Глен ещё с начала диалога стал воспринимать как некую абстракцию.
– Ты можешь создать сотню персонажей и наделить их недюжими умственными способностями, но ни одного из них ты не наделишь душой. А таким нет места наверху. Собственно, таким не должно быть места и на Земле, поэтому мы и открыли свои филиалы в виде издательства и ряда прочих организаций. Но, как тебе известно, вместе с плотью передаются и все сопутствующие искушения. Люди всегда будут грешить, и глупо мешать им в этом.

«Они знают всё о тебе и твоих тайных похождениях, но, тем не менее, собираются присвоить тебе статус сотрудника».

– Почему ваша организация называется «Мёртвый штиль»?

– Потому что мы считаемся пограничным пунктом между бушующим морем человеческих страстей и небесными высотами надматериального мира. Это именно то место, где небо впадает в море. В ту его часть, на которой всегда мёртвый штиль. Горизонт бытия - место встречи для всех воплощений человеческих душ.

– А, ясно...
– «Если тебе хоть что-то ясно, почему я вижу в твоей голове только большую чёрную дыру без малейших признаков жизни?».

– Отлично, в таком случае не будем больше терять времени на разговоры.
– Главный редактор встал из-за стола и лишь сейчас Глен определил его полутораметровый рост и неказистые коротенькие ножки. Разве столь влиятельная душа не могла подобрать себе более комфортабельную клетку?

– У меня последние несколько вопросов, - поспешил вставить Глен.
– Когда я вернусь из Материализации, я буду помнить жизнь в этом теле?

– Воспоминания - святая собственность души. На них никто не сможет покуситься. Даже если ты вздумаешь посетить Землю опять, воспоминания обо всех прошлых жизнях останутся на хранении у нас, и ты всегда, вернувшись, сможешь забрать их и прожить лучшие моменты в так называемом Стереосне. Это персональное путешествие в мир воспроизводимого прошлого. Теперь ты понимаешь, откуда к тебе в голову пришли названия твоего рассказа? Из глубин подсознания, где ещё оставались частички нетронутых воспоминаний.

– А книга «Мёртвый штиль», написанная Георгием Джининым? И сам старик? Он, как и Палмер, лишь абстракция?

– Именно. Однако он узнал о твоём существовании и про издательство тоже. Ему удалось увидеть многие события твоими глазами, о чём он и написал в скрытых главах. В санатории все это воспринимали лишь побочными эффектами от сплит-погружения. Возможно, со временем старик и сам поверил бы в это, но ты решил вмешаться по полной и извлёк его из рассказа.

Ещё один вопрос, который Глен не мог оставить без внимания перед уходом. Кого же он отправил на самом деле в реальность в 1986 год? Он так и спросил. Главный редактор хитро улыбнулся и ответил не сразу.

– Ты был прав,

озадачившись этим вопросом. Замыкание временного круга - один из запланированных элементов твоего испытания. Тебе предстояло не только найти выход в третью типографию, но и вернуть своего персонажа в прошлое. Для этого нам и понадобился дар Раи Райс, с его помощью мы создали сложную сюжетную модель.

– Постойте, - запротестовал Глен, - но ведь Лео говорил, что я извлёк не себя, а придуманного персонажа - Георгия Джинина. Неужели мы с ним и впрямь один человек?

– А чему ты удивляешься? Ведь даже согласно идее твоего «Санатория», Джинин в прошлой жизни был тобой.

– Это так, но...Вы сказали, что его извлечение - запланированная часть испытания. Получается, этот персонаж, как и вся история «Санатория», были придуманы вами заранее?

– Не нами, а тобой. Помнишь, как к тебе пришла идея о старике будущего, совершающего экскурсию в прошлое тело? Ты всегда думал, что тебя наделил ею внутренний творец, но на самом деле ты сам подбросил её себе, ещё будучи стажёром в «Мёртвом штиле». Для чего? Чтобы прописать в сценарии эту часть плана.

– Значит, в «Мёртвом штиле» я знал весь сценарий?

– Не весь, лишь часть. Полное знание недопустимо, так как даже после процедуры стирания воспоминаний у тебя бы осталось от них слишком много следов и зацепок. К чему было упрощать тебе задачу? Ты бы и сам не захотел.
– Порфирий Николаевич бросил нервный взгляд на большие настенные часы, выполненные в старинном морском стиле.
– Тебе стоит поспешить. Ты ведь знаешь, что должно случиться с этим лайнером.

– Я, наверное, отчаянный псих, коль согласился на такое испытание.
– Спешить Глен и не думал, пока не узнал всё.
– А что бы со мной стало, выбери я не эту каюту, а другую?

– В одной из кают доктор Орехов окончательно убедил бы тебя в том, что ты Георгий Джинин, а в другой тебя бы просто ждал уход на второй цикл.

– Вторые циклы применимы и к материальному миру?
– удивился Глен и даже слегка испугался такой перспективы.

Удивление в глазах Главного редактора напугало Глена ещё больше.

– А с чего ты взял, что находишься в материальном мире? Насколько мне известно, мы сейчас в одном из многочисленных ответвлений Вселенной «Капризов неба», которое Палмер любезно выделил тебе, как каюту класса люкс на лайнере. А мы нашли тебя здесь и внесли коррективы в сюжет. Конкурс, призы - это двери, через которые пролегал твой путь из плена ирреальности. Без них ты бы так и остался в аттракционе «Белка в колесе».

– Значит, можно перемещаться из низших слоёв в верхний, минуя промежуточную ступень?

– Можно. Но слишком много вопросов. Тебе пора возвращаться на лайнер, скоро он уже начнёт тонуть.

– Вернуться на тонущее судно - тоже часть плана по спасению из плена?

– Всё верно. Ты ведь не можешь вернуться с этим телом, там оно тебе не понадобится, поэтому придётся его оставить здесь.

«Веский аргумент. Знаешь, кто обычно предлагает избавиться от бренного тела ради спасения души? Сектанты».
– На что ты намекаешь?
– «Ни на что. Так, мысли вслух».
– Тогда выключи звук, и без тебя голова разрывается.

– Не волнуйся, процесс извлечения начнётся задолго до того, как вода проберётся к твоим лёгким, - попытался успокоить Глена Главный редактор.
– По сути, он уже начался, и когда ты выйдешь за пределы этой каюты, тебя окутает бирюзовый туман. Последующие события ты не ощутишь на себе, потому что уже будешь на пути в главный офис «Мёртвого штиля», где и придёшь в себя.

Порфирий Николаевич проводил Глена до выхода и открыл дверь.

– Вскоре всё закончится, и мы всей командой займёмся анализом прожитой тобою жизни. Сравним её с предыдущей, разберём каждую интересующую тебя деталь и вернём весь пакет воспоминаний.