Каллиграфия
Шрифт:
– Ой-ой-ой, сколько пылу!
– поддразнил Дезастро.
– Твоего приятеля, то бишь Кристиана, вскоре будут оплакивать, так что не усердствуй.
Подавившись, Люси судорожно отставила бокал и схватилась за горло, будучи непрочь схватить за горло и Морриса.
«Ах, подлец!
– думала она, откашливаясь.
– Ах, змея! Я и тебя отравлю, будь уверен».
Между тем, Моррис поднялся, хлопнул ее по спине и сказал напоследок:
– Не смешивай, Люси, работу и чувства. Как отдашься чувствам, тут-то и конец карьере.
«Карьера?
–
– Карьера наёмного убийцы, или, быть может, бухгалтера-недоучки? А может, он имел в виду карьеру вора? Что ж, воровка из меня пока неважная. Но берегись, Дезастро: я и состоянием Актеона завладею, и твоим не премину. И ничего-то ты не получишь, ничегошеньки!»
«Этот простофиля-грек, - злорадствовала она, когда лодка подчаливала к суше, - завещал мне по своей смерти баснословную сумму, а ты простофиля не меньше него, потому что рассказываешь мне о своих планах столь же доверчиво, сколь и Спиру, а полагаешь, будто и умен, и всевластен».
Следующие несколько дней она провела взаперти, в своей комнате, сказавшись больной. Набрала из библиотеки литературы, подключила компьютер к сети и, скрючившись на полу, принялась наскоро переписывать формулы реагентов, названия ядов и прочих химических соединений. Она хотела не мешкая избавиться от главаря.
«Конечно, легче всего всадить нож в спину или оглушить чем-нибудь тяжелым. Существует уйма способов оборвать чужую жизнь. Но это как-то негуманно, - рассуждала она, виртуозно строча в тетради.
– И да, ведь это ради Кристиана. Пожалуй, единственное полезное преступление...»
Бледная и изможденная, она появилась в вестибюле на третий день и сообщила, что ей нужно в аптеку, куда старый слуга отпустил ее без особого энтузиазма, настаивая, чтобы она передала список лекарств ему, а сама легла в постель. Но Люси была неумолима. Без зонтика - хотя шел дождь - и не накинув ничего поверх рубашки, она побрела вверх по дороге, и, пошатываясь, скрылась за можжевеловой рощицей. Джейн, которая на тот момент находилась в прихожей, сортируя купленные в городе туфли, проводила ее до поворота туманным взглядом, и только потом вспомнила про зонт.
– Ну, я и разиня!
– сказала она себе.
– Если Люси промокнет, то, чего доброго, снова захворает.
– У меня нет и половины из того, что у вас здесь перечислено, - разводила руками аптекарша.
– Пробовали обращаться в химические склады?
Клиентка не ответила, выстукивая рваный ритм ногтями по прилавку.
– Ладно, вот вам всё, что есть в наличии.
Та молча расплатилась и ушла, звякнув дверным колокольчиком.
– Странная, право, особа, - пробормотала продавщица.
– Ох, чует моё сердце, натворит она бед!
А странная особа тем временем держала курс на причал, даже не подозревая, что за нею слежка. Взяла напрокат первый попавшийся катер, дернула за рычаг и, трясясь от озноба, повела моторку в море. Преследователю пришлось изрядно потрудиться, чтобы разглядеть контуры лодки за пеленой дождя.
"Ну, милая моя Люси, давай же, раскрой мне свою «четверговую тайну». С кем ты в сговоре? На какой такой остров ты ездишь?»
Злоумышленница
направлялась к острову Авго, самому отдаленному, самому невзрачному островку в Критском море. Аптечные склянки позванивали в пакете, на заднем сидении; с собою у нее был припасен кинжал, однако она по-прежнему не представляла, что будет делать, когда войдет в покои Морриса. Ее наверняка проводят туда, если только...Да, Моррис был отнюдь не легковерен и как раз вовремя принял меры предосторожности. Люси на порог не пустили, прогнав с издевками и тычками. Тот, кто следил за нею, прятался в кустах черной розы, коими было усажено всё пространство, начиная от узкой полоски пляжа и кончая мысом на противоположном берегу. Эбонитовые бутоны были крохотные, и если б Люси пригляделась, то различила бы среди зарослей темную фигуру, которая, пригнувшись, двигалась одновременно с нею, словно тень. Дождь нимало не ослаб: вода попадала в уши, стекала с волос, струилась по плечам и холодила спину.
– Всё потеряно, - в отчаянии шептала Люси.
– Если он указал на дверь, жить мне осталось недолго. Такие, как Моррис, отсрочек не дают. И раз уж мне суждено умереть, то не лучше ль оборвать эту никчемную жизнь прямо сейчас, чем дожидаться, пока его головорезы прибудут на виллу?
Забравшись в катер, она откупорила наугад одну из бутылочек и уже поднесла к губам, как вдруг кто-то навалился на нее, придавив к сидению, и с силой сжал кисть. Бутылочка с ядом опрокинулась, а содержимое ее разлилось по резиновому коврику на днище. Свободной рукой Люси безотчетно выхватила кинжал. Она готовилась к нападению, она знала, что Дезастро скор на расправу, но и предположить не могла, что расправа эта последует столь молниеносно.
Маленькая и хрупкая, она одержала верх лишь благодаря своей ловкости и изворотливости. Когда, очутившись над противником и вцепившись в рукоятку обеими руками, она занесла кинжал для удара, ее глаза вдруг расширились, а с уст слетел возглас изумления.
– Кристиан!
– Ты достойный боец, и я бы сразился с тобой, но в другом месте и при других обстоятельствах, - произнес тот.
– Не стоит принимать поспешных решений и расставаться с жизнью, чуть тебе отказывают в аудиенции.
– Но он хочет тебя убить! Он уже послал своих людей!
– разрыдалась Люси, склонив голову ему на грудь.
– Я не могла допустить, не могла...
– всхлипывая, пробормотала она. Повинуясь минутному порыву, Кристиан прижал ее к себе.
– Тише, успокойся. Всё будет в порядке. Мы победим, победим.
Ливневая завеса заслоняла от них пустую, омертвелую глазницу угольно-черного маяка, который простаивал без смотрителя уже много лет подряд и под которым располагалось убежище Дезастро. Кимура приподнялся и осторожно, чтобы не оттолкнуть Люси, повернул ключ зажигания. Катер завибрировал и тронулся с места.
Никогда еще морская прогулка не казалась Кристиану столь медленной и унылой. Помощница Актеона повисла у него на плече, содрогаясь от немых рыданий и холода, а он вынужден был вести лодку в густой мгле, время от времени сверяясь с компасом и картой.
«Ну, вот, - думал он, - теперь мне известно точное местонахождение врага, однако что я один могу поделать? Разбить их коронным ударом? Так бывает лишь в кино. Попробовать договориться? Ищите дурака! Натравить на них полицию? К тому моменту, как сюда прибудет патруль, преступников и след простынет...»