Каллиграфия
Шрифт:
– Что вы как неживые!
– взывала она.
– Лиза, очнись! Какая муха тебя укусила?
– Я задаюсь тем же вопросом, - проворчала Венто, вяло листая журнал.
Джейн со скуки переключала телеканалы, Франческо ходил из угла в угол. Роза, которую покинуло вдохновение, комкала свои неудавшиеся эскизы и один за другим кидала в урну. Но когда у Лизы из глаз брызнули слезы, внимание всех без исключения обратилось к ней. Даже Росси перестал мельтешить по комнате.
– Вот так номер!
– оторопел он.
–
– Объясни толком, что стряслось.
– Донеро, - прерывающимся от рыданий голосом произнесла россиянка.
– С того дня, как Джулия устроила бардак в его кабинете, я больше не смогла к нему попасть. Он вечно отсутствовал...
– Или делал вид, что отсутствует, - с напором сказала Мирей, буравя Джулию взглядом.
– Полагаете, наш краевед обиделся на Лизу из-за моей проделки?
– подскочила та.
– И двух мнений быть не может, - ответила француженка.
– Ты должна немедленно оправдать ее и извиниться перед Донеро!
– Ну уж нет, - надулась Венто.
– Мне еще на Крит с ним лететь!
– К-как? Разве он улетает?!
– потрясенно проговорила Лиза, привстав с кресла и тут же шлёпнувшись обратно.
– А тебе разве ничего не сказали?
– удивилась Джулия.
– О-ох!
– простонала россиянка, заламывая руки.
– О, я несчастная!
– Не страдай, через полгода получишь его назад, целого и невредимого, - сострила Джулия.- Я, так и быть, поговорю с ним после приземления.
– Да-да, лучше после, - вставил Франческо.
– Сделай ты это в воздухе, он точно выпустит штурвал, чтобы тебе наподдать!
– А ты будешь изощряться в остроумии, даже если тебя подвесят над раскаленным жерлом вулкана!
– не осталась в долгу та.
Мирей еще долго возмущалась по поводу их внезапного отъезда.
– Вы всё равно как от набега спасаетесь!
– чрезмерно грассируя, говорила она.
– Нет чтобы до весны подождать!
– Не забывай, мы имеем дело с мафией, и промедление смерти подобно, - отвечала Джейн.
– Мы можем упустить единственную зацепку, единственную ниточку, ведущую к разгадке. Вероятно, у Кристиана веские причины на то, чтобы лететь зимой.
– А у него есть план?
– не отступалась Мирей.
– Как он рассчитывает обезвредить главаря? Неужто с вашей помощью? Что вы, горстка студентов, можете против банды вооруженных преступников?
– разорялась она.
– Я считаю, план синьора Кимура несостоятелен (если таковой вообще имеется). А на побережье Крита, простите, куда удобнее крутить романы, нежели охотиться за мафией.
Джулия в ответ только фыркнула.
[15] Дочь кипрского царя Кинира, Мирра, известна тем, что боги превратили ее в дерево, обреченное вечно плакать
[16] Дырявая башка! (ит.)
[17] Аматэрасу в японской мифологии богиня солнца и прародительница японских императоров
[18]
Поэтическая фраза пера Кавабата Ясунари[19] Разрушитель космического и социального равновесия, дух вод (кит.)
[20] Истра-Психея и Оруаль-Майя в романе Клайва Льюиса «Пока мы лиц не обрели» - две противоположности. Истра - воплощение красоты, мудрости и света, а Оруаль - уродства и приземленности
Глава 9. Взрыв над Албанией
В день отправления Сатурнион Деви собрал студентов и преподавателей на центральной аллее парка, взошел на шаткий помост и побарабанил пальцами по микрофону.
– Итак, кхм, попрошу тишины!
– Он откашлялся и обвел толпу прищуренным взглядом. Малиновые и желтые шарфы, пестрые зонтики, капюшоны - настоящий осенний парад. Правда, совсем безрадостный и апатичный. Публика недоумевала, а некоторые не стеснялись выражать свое осуждение вслух. Покапывал редкий, противный дождик, и, кабы не навес над сценой, директор проявил бы к аудитории куда большее сочувствие.
- Сегодня у нас грандиозное событие!
– важно изрек он.
– Ровно через час группа молодых исследователей, которых мы все прекрасно знаем, вылетит в Грецию на аэроплане новой модели «Молния», конструктор которой также хорошо известен: мой незаменимый помощник, Туоно!
Послышались жидкие аплодисменты, и несколько голов повернулось в сторону легендарного заместителя. Тот улыбался, потирал свои холеные руки и больше всего походил на привередливого, откормленного кота.
– И хотя летательный аппарат впервые совершает столь длительное путешествие, нет никаких поводов для беспокойства. «Молния» прошла тщательную проверку, вся техника в исправном состоянии, а с управлением освоится даже ребенок. Не так ли, господин Туоно?
– Совершенно верно, - подтвердил тот.
– Не откажите нам в любезности, опишите машину поподробнее, - медоточиво произнес Деви, и надо было видеть, с какой неохотой Туоно сменил его у микрофона. Начал он издалека, с бесцветного очерка о воздухоплавании, после чего принялся излагать сухие факты о самой конструкции, периодически бросая тревожные взгляды на арку, откуда вскоре должен был выйти синьор Кимура в сопровождении своей малочисленной «свиты». Выражение сытого довольства постепенно сползло с его физиономии, толпа расслабилась и зашелестела, дождь заметно усилился. «Хлоп-хлоп-хлоп!» - пораскрывались зонты. У подстриженной туи, под черным зонтом, особняком от всех стояла Аннет Веку. Бледная, как полотно, с опухшим после бессонной ночи лицом... представители готической субкультуры приняли бы ее за свою.
– Уникальная экономичность, слияние фюзеляжа с крылом, - рассеянно повествовал Туоно.
– Высокие аэродинамические показатели...
– Очень увлекательно, - не вытерпел директор и отобрал у него микрофон.
– А вот и наши смельчаки!
Но те, к кому относились его слова, отнюдь не чувствовали себя смельчаками.
– Джулия, ты взяла теплые свитера?
– спрашивала Джейн, убирая со лба мокрую челку.
– Угу.